Геза Шварц – Эш из мира теней (страница 3)
Люси перевела взгляд на фото, висящее рядом со снимком отца. Это был портрет её матери, которую звали Антея. Она казалась хрупкой и нежной, с маленьким личиком и светлыми волосами. Однако взгляд её был упрям, и улыбалась она, как истинная воительница. Она тоже была охотницей. Когда-то.
Рядом висел её меч в стеклянном ящике. Он назывался
Люси коснулась кулона у себя на шее. На фото матери он висел у неё на шее: половинка сердца на серебряной цепочке. Вторую половинку носил отец, которого смерть жены едва не сломила. Люси помнила, в каком он был отчаянии, как хотел найти тень, убившую его Антею. Тогда он сотворил очень мощные и страшные заклинания и крайне жестоко расправился с гостями из другого мира. Особенно, конечно, досталось теням. Многие из них до сих пор его за это ненавидят. Но в конечном итоге отец отказался от мести и вернулся на путь милосердия и сострадания, которым шёл прежде вместе со своей любимой женой.
Люси помнила, как их посещали существа не из человеческого мира. Некоторые, кажется, даже стали их друзьями. А ещё Люси помнила тёплый голос мамы, её доброе сердце. И последние слова, которые она сказала Люси, когда отправлялась на охоту, не предполагая, что назад уже не вернётся.
«Только не скучай по мне, – прошептала она тогда, как и всякий раз, когда им приходилось расставаться, и поцеловала Люси в лоб. – Я среди звёзд. Теперь. И навсегда».
И Люси уже тогда почувствовала, что эти объятия она никогда не забудет.
Она глубоко вдохнула. В основном она справлялась со своими чувствами. Но когда думала о матери, то скучала по ней так же сильно, как и раньше – так, что даже становилось больно. И как всегда, Люси вновь думала, что, если бы её мать не умерла, она бы увидела, как Люси растёт и взрослеет. Она была бы рядом с Люси в её первый школьный день. Она была бы просто её мамой из плоти и крови. Тогда и Люси тоже когда-нибудь стала бы охотницей и отец не пытался бы защитить её от каждой мало-мальски магической вещицы, как делает это сейчас.
Однако мамы уже нет. Когда Люси об этом узнала, то так тяжело заболела от горя, что даже потеряла свою тень. Так часто бывало, когда человек испытывал очень сильную душевную боль. Люси знала, что обычно люди, лишившиеся тени, умирают. Но она каким-то образом выжила, и с тех пор всё пошло по-другому.
Люси видела своё отражение в рамках обеих фотографий. У неё были губы и подбородок отца, а глаза и волосы матери – и всё же она отличалась от них обоих. Взгляд её был неуверенным и полным сомнения, лицо бледное, а сама она – маленькая и худая. Да и выглядит она гораздо младше своих лет. Да, она обладала магическими силами – но хватало их только на то, чтобы видеть существ из другого мира и накладывать слабенькие заклинания. Вдобавок ко всему она очень боялась высоты.
Люси вздохнула. Никогда ей не стать охотницей. Хотя ей часто снилось, как она попадает в мир теней и переживает там удивительные приключения – ведь в снах возможно всё.
Скрежет заставил Люси резко оглянуться. Как будто когти царапали по камню, и Люси тяжело сглотнула. Она ошиблась. Здесь, внизу, она была не одна.
3. Эш
Эш осторожно спустился в переулок. Здесь запах его народа ощущался ещё сильнее. Он редко сталкивался с тенями, которые нарушали правила с таким же удовольствием, как и он сам. А если сталкивался, то встречи эти были не из приятных. Шёрстка Фуми щекотала ему щёку, когда они завернули за угол. Уличный фонарь в конце переулка давал совсем мало света. И там стоял он – вор.
На первый взгляд он выглядел как старик. Но над своим физическим телом он работал не так тщательно и умело, как Эш. Его рука, которой он опирался на стену дома, походила на лапу с когтями, волосы были неестественного зелёного цвета. И хотя Эш ещё не видел его лица, он знал, что глаза незнакомца содержат частичку ночного неба: чёрные с крапинками звёзд. Да, перед ними стояла тень в маске человека. Но он не собирал сны с крыш – он вырывал их прямо из сердца спящего.
Эш остановился. Он знал эту тень. Ему понадобилось лишь коротко кивнуть, и Фуми соскользнул с его плеча. Эш моментально прыгнул вперёд. Его человеческое тело растворилось, а теневое метнулось по переулку, точно горящий ворон. Остановившись прямо за вором, Эш вернулся в человеческое тело и схватил тень за воротник.
– Что за чёрт… – прохрипел вор, когда Эш развернул его и прижал к стене.
– Он тут ни при чём, – сказал Эш. – Даже ему было бы стыдно за то, что ты тут вытворяешь. Ты же был бойцом королевы – а взгляни на себя теперь! Проклятье, Мо! Что всё это значит?
Глаза Мо странно сощурились.
– Я беру себе парочку снов. А что, почему нет? – прорычал он, с трудом ворочая языком. – Ты же и сам это делаешь. – Мо принюхался: Эш знал, что он может почувствовать запах цветов на его пальцах.
– Я людей не обкрадываю, – возразил Эш. – Я беру только то, что они в противном случае просто забудут. Нельзя отбирать сны, которые не идут к нам добровольно! Это противоречит чести нашего народа.
Мо хрипло рассмеялся:
– Занятно, что именно ты рассуждаешь о чести. Знаменитый Эш Траумфейер! Покоритель Чудовищ – и одновременно с этим бельмо на глазу королевы, потому что он делает что хочет. Тень, которая может жить без человека. Тебе-то легко говорить. Ты достаточно силён и в состоянии о себе позаботиться. А я нет! И другие тени тоже. Мы умираем, если у нас нет человека. Точно так же, как и люди, у которых нет тени. Ты забыл об этом?
Эш не ослаблял хватку:
– У тебя есть человек. Я вижу его в твоих глазах. Он лежит сейчас в кровати и спит. А когда он проснётся и не обнаружит своей тени, он начнёт волноваться.
– Ерунда, – процедил Мо сквозь зубы. – Люди вообще редко обращают внимание на свою тень, а меня и подавно не замечают. Он слаб, его сны бледны и непрочны. Он не может дать то, что мне нужно. Получить это я могу только из снов, вырванных из людских сердец. Они обладают самой большой силой, ты ведь знаешь. Они могут облегчить мои страдания.
– Какие ещё страдания? – мрачно спросил Эш. – Быть пойманным за руку как жалкий вор?
Мо закашлялся:
– Ты что, не видишь?! Я болен!
Фуми хихикнул. Судя по всему, он пристроился прямо над ними, на водосточной трубе.
Эш покачал головой:
– Давненько я не слышал такого глупого оправдания. Тени не могут заболеть.
– Раньше, возможно, так и было, – кивнул Мо. – Но теперь уже нет. – Он вдруг так сильно закашлялся, что всё его тощее тело затряслось. – Я видел их, – хрипел он. – Тех других, с которыми происходит то же, что и со мной. Жалкие и убогие, они уже никому не бросаются в глаза. Одни кашляют, у других озноб. А некоторые просто вдруг падают как подкошенные и больше не встают. Совсем как люди!
Последнее слово заставило Эша похолодеть – подобного волнения он не испытывал уже очень давно. Услышав всхлип, он крепче перехватил Мо.
– Неплохая попытка отвлекающего манёвра, – пробормотал Эш и повернул лицо Мо к окну. – Но кому-то сейчас хуже, чем тебе. Гораздо хуже. Посмотри на ребёнка, которого ты обокрал. Смотри, старик!
Вместе они заглянули в тёмную комнату, где на кровати лежала девочка лет восьми или девяти. Она была бледная и тяжело дышала, будто ей снился кошмар.
– Она умрёт, – выдохнул Эш прямо в ухо Мо. – Да, вот так просто. Её сны – это жизнь, особенно те, что живут в сердце. Если их у неё отнимешь – ей не останется уже ничего: одна лишь пустота. А люди не созданы для пустоты.
Мо уставился на ребёнка и побелел как мел. У него точно пелена спала с глаз. И сам он будто только сейчас пробудился от горячечного сна. Дрожа, он раскрыл ладонь. Эш коснулся лежащих на ней осколков – и они, переливаясь, полетели обратно к спящей малышке и опустились ей на грудь. На мгновение девочка перестала дышать, а потом втянула воздух и, вздохнув с облегчением, погрузилась в безмятежный сон.
Старик Мо весь обмяк, оперся на стену и снова заглянул в окно комнаты спящей девочки.
– Мне так жаль, – прошептал он. – Я был… как в страшном сне.
– Тени снов не видят, – возразил Эш. – Проклятье, Мо. Ты же был когда-то лучшим следопытом королевы. Ты защищал царство теней от опаснейших сущностей, так же как и мир людей. А во что ты теперь превратился?
– Сам же видишь, во что, – прохрипел Мо. – В ничтожество и вора.
Эш помолчал.
– Ты потерял своего человека, – сказал он затем. – Это со многими из наших случается. Но ты ведь нашёл нового человека и…
– …и это совсем не то же самое, – перебил его Мо. – У меня горе, неужто до тебя не доходит? И не говори мне, что тени не могут горевать. Надоели ваши проклятые правила! Во мне ещё есть жизнь, понимаешь? И тоска по тому, чего я лишился, – по тому, что вы все отрицаете, будто этого нет! Я тоскую по настоящей связи с людьми!
– Люди усиливают нашу магию своими снами, – заметил Эш. – Они заботятся о том, чтобы мы жили, точно так же как мы заботимся о том, чтобы жили они, потому что только люди, имеющие тень, могут видеть сны. Если время людей пройдёт – пройдёт и наше время. Но…
– …но на этом всё, хочешь сказать? – Мо покачал головой. – Нет, это не так. Когда-то мы были едины, Покоритель Чудовищ, – тени и люди. Мы обучались друг у друга и друг друга защищали. Не было ни границ, ни неведения, ни страха. Мир был лучше, чем сейчас. И ты это знаешь как никто другой. Ты знаешь, каково это – потерять всё. У тебя больше нет человека. Но ему тебя очень не хватает. Тебе кажется, что твоё чёрное пепельное сердце мертво. Возможно, ты даже надеешься на это. Но это не так. Не важно, сколько чужих снов ты забираешь, заполняя своё сердце: твоя боль всегда с тобой.