Гейдар Джемаль – Логика монотеизма. Избранные лекции (страница 57)

Под «нашим миром» я понимаю вот что. Это пространственно-временной континуум, четырёхмерный пространственно-временной континуум, который, подобно некой стеклянной поверхности бронестекла, имеет критическую точку. У этого бронестекла есть одна микроскопическая точка, в которой, даже если попасть туда монеткой, всё это стекло рассыпается вдребезги. Это узел напряжения. Узлом напряжения нашего пространственно-временного континуума является наша Земля, на которой находимся мы с вами, – потомки Адама (по крайней мере «морально-культурные» потомки Адама, если даже не физические). Так вот, если нечто критическое совершится здесь, то это будет иметь последствия для всего нашего мира, для всего этого зеркала. А если одно зеркало будет разбито, то вся цепь зеркал будет разомкнута, и мгновенно отражение в этих зеркалах погаснет. Это будет победа над оригиналом, который стоит в центре и отражается. Таким образом, на нас возложена ключевая, критическая задача: разомкнуть цепь зеркал для того, чтобы Иблис был посрамлён. Иблис как Бытие, которое отражается в этом зеркале.

Теперь, что же отражается? Иблис отражается. А что такое Иблис, который отражается? Иблис, который отражается, Бытие, которое отражается как Существо, – это прежде всего фараон. И нужно понять, что это и буквальное, и метафорическое (не буквальное) понимание: фараон как власть. Потому что в чём загадка власти? Власть – это отражение Бытия в чистом виде в зеркале нашего мира.

Представьте себе тёмный храм, пустой храм, в куполе которого есть отверстие в центре. И через этот купол в полдень проходит луч солнца, который падает на пол и образует солнечное пятно. Вокруг темнота, а здесь, на полу, солнечное пятно. Единственное место, где можно сказать, что нечто есть. И вот, кто встал в это пятно, тот есть, а кто остался в темноте стоять, того нет. Кто встал в это пятно, кто стоит в этом луче, падающем из неба сквозь эту дырку в куполе, тот – фараон. Фараон может быть единичным, может быть, в крайнем случае, коллективным.

Но власть – это всегда отражение Бытия. Вот почему Всевышний в Коране говорит: «Мы установили во всех селениях правителей преступниками, дабы они интриговали во имя своей власти, но они интригует против самих себя, однако они этого не знают». То есть, иными словами, правители словом Божьим объявлены преступниками, и указано, что такова задумка, Замысел, это Всевышний их установил в качестве преступников во всех селениях. Для чего? Для того чтобы те, кто услышал это Слово Божье, устранили бы их, свергли, избавились от них, потому что они являются врагами Аллаха. Это очевидно.

На самом деле, даже в допророческие, внепророческие времена люди, народы, которые не знали Откровения, инстинктивно чувствовали эту правду. Но где действует эта власть? Где действует власть как отражение Бытия? Она действует в обществе. Поэтому у Бытия есть два аспекта отражения. Одно – персональное, в виде фараона. А другое – коллективное, в виде большой тени. Есть столб, а есть у него тень. Столб – это фараон, который стоит в этом пятне света. А тень – это общество. Посреди этой тени стоит столб. Бытие отражается в виде власти, которая является центрированием общества. Общество – это, надо правильно понять, не союз людей, это не связь людей, это не связь людей между собой с хозяйственными, с семейными целями для воспроизводства, для чего-то ещё. Общество – это нечто другое. Что же такое общество?

Представьте себе, когда люди были в Золотом веке, они не испытывали никакого конфликта со средой. Гром и молния, дождь, холод – они не знали конфликта с этим, потому что они ощущали себя в мире как зародыш в утробе матери, в околоплодной жидкости, они плавали в состоянии океанического блаженства, им не нужен был язык, они общались телепатически. А телепатически можно передать только ситуацию в настоящем времени, без сослагательного наклонения. Вы не можете телепатически сказать: «Позавчера, в среду я был у тёщи на блинах, но блины получились не очень хорошие». Вы можете сказать телепатически: «Я вижу тебя», «Вот лиана», «Смотри – за тобой зверь» и так далее, – то есть в буквальном, прямом смысле. Они общались телепатически и не знали никаких проблем, и не замечали ни старения, ни изменений в себе, ни смерти, то есть гибели.

И внезапно к ним является посланник Аллаха Адам, первый из великих пророков, и учит их первому Откровению в истории человечества – языку, которому его самого научил Аллах. И мгновенно исчезает телепатическая связь между людьми, язык становится средством коммуникации, исчезает это блаженное состояние, и они вдруг испытывают на себе ливень, холод, град, они начинают трястись от холода, они прячутся по пещерам. И тогда Иблис посылает к ним «культурных» героев, которые, допустим, в традиции греков представлены, например, в образе Прометея, титана. Герой приходит и говорит: «Мне вас жаль, я хочу вам помочь». Он крадёт у олимпийцев, то есть у некоторых ликов, аспектов Иблиса, огонь, который, как мы знаем, является субстанцией Иблиса, из которой он сделан, приносит людям, они начинают обогреваться. Возникает некая система, возникают связи коммуникативные и возникает «кокон», который защищает их от среды, – тогда они уже больше не трясутся от холода. Потому что раньше они были в таком состоянии, что всё вокруг них было цветущим садом. Теперь это уже не цветущий сад, но создаётся такая имитация защиты, которая всё более и более укрепляется и разрастается.

Кокон – это общество. Общество – это такая структура, система организации, при которой землетрясения или катастрофа не могут уничтожить этих людей. Например, внесоциальное племя первобытных людей зависит от всего: карп исчез в этом притоке Амазонки – всё, племя исчезло тоже, оно уже от голода вымирает. Землетрясение грянуло или пожар – всё, племя вымерло. А общество – это такая структура, при которой, взорвись там хоть тысячу вулканов Кракатау, каждый из которых мощнее, чем ядерное оружие, – да, будет неприятно, люди погибнут, но, в общем, почешут так в затылке, поскребут и живут дальше.

То есть общество – это кокон, имитация Золотого века, которая защищает людей от среды. А внутри этого кокона стоит прямое отражение Бытия в виде фараона, который может иметь и коллективную проекцию в виде ближайшего круга. Но самое главное – жрецы, на основе которых осуществляется это отражение. Потому что как это отражение осуществляется? Через световой столб. От предмета к зеркальной поверхности мира. Этот световой столб проходит через «систему связи», «интерфейс». Потому Папа Римский называется Понтифекс Максимус (то есть величайший строитель мостов). Этот мост – между миром невидимым (Бытием как таковым) и нашим, где это все отражается и проявляется (через «понтифекс максимус»). Такими же являются и Далай-лама, и некоторые другие адепты Иблиса, через которых всё это осуществляется. И вот, здесь мы находимся внутри этого кокона, где над нами стоит фараон, – проекция Иблиса.

Теперь я хочу вам сказать следующее. Я начал с того, что есть Мысль, у неё есть цель, задумка; в своей динамике она приходит к «самоотрицанию» в виде Бытия. Но жизнь, дыхание, подлинность этой Мысли – это апория, то есть диалектический парадокс. Но когда она приходит к своей противоположности и «вырождается» в Бытие («вырождается» в кавычках, то есть как бы превращается в Бытие), то эта апория там переворачивается и становится заранее заданной ошибкой, запрограммированной в Бытии ошибкой. Это специально задуманная Мыслью ошибка, которую нужно преодолеть. Что это за ошибка? Это ошибка – несправедливость. Бытие несправедливо. Внутри него есть программа несправедливости.

А что такое несправедливость? Конечно, можно сказать, что несправедливость – это когда человек работал десять часов, а ему заплатили пять рублей (а ему нужно 25 рублей). Да, это несправедливость. Но это частная форма несправедливости. А подлинная форма несправедливости – это отсутствие смысла. Дело в том, что апория – она потому драматична, потому нагнетает ситуацию, что она является, будучи нетождеством, волей к смыслу, взысканием смысла, как бы генерацией прорыва к смыслу.

А когда Мысль приходит к Бытию как к своей антитезе, когда она как бы засыпает в камне этого Бытия как мертвечины, то там эта воля к смыслу, это нетождество, апория, эта безвыходность превращается в отсутствие смысла, в демонстративное, сатанинское отсутствие смысла. И мы рождаемся в это отсутствие смысла. Но парадокс в том, что нас заставляют признать, что это отсутствие смысла есть, на самом деле, весь смысл, который возможен. Нам говорят: «Абсолют – это то, к чему надо стремиться». А Абсолют тебя стирает и ничтожит. В чем его смысл? А говорят: «Тождество ты есть то – вот это и есть смысл. И надо идти шагами, шагами, становиться риши, упагуру, гуру, так сказать, обладать сиддхи, потом отождествляться, добиваться освобождения, дживанмукты, – вот это и есть смысл». То есть нас учат абсурду, но говорят: «Это трансцендентный абсурд, потому что в высшем плане никто не нуждается в смысле». Смысл? Зачем смысл? Абсолют – он не нуждается.

На самом деле Абсолют – это негативная изнанка того Бытия, которое представляет собой совершенное зло, бессмыслицу, абсурд, – зло в чистом виде. Но она представлена позитивно, как сад, в котором постоянно цветут феномены, – такие, сякие, они исчезают, возникают, они подобны друг другу. А сквозь этот сад незримо проходит коса, которая его отрицает и отрицает: это его подлинная изнанка – бесконечность, которая есть на самом деле разоблачение тщеты и абсурдности Бытия. Но мы вброшены сюда с искрой Духа Божьего, которая соединяет нас с Мыслью. И цель наша – соединить эту искру с этой Мыслью, точнее, создать здесь то пространство мышления, пространство видения, в котором в сердцах наших эта точка свидетельствования отразится и приобретёт характер этой невидимой, незримой для нас Мысли, которая проявится как наше понимание Замысла, как наше соучастие в Замысле.