Гэв Торп – Лютер: Первый из падших (страница 35)

Я много лет шел по этой дороге. Иногда медленно, иногда необдуманно быстро. Оглядываясь назад, я начинаю это понимать и осознавать связь с теми событиями, которые привели меня к этому дню и этой речи. Как и все успехи и неудачи, через призму эгоизма все кажется неизбежным. И я также оказался в ловушке из-за неудач других.

Нет… это моя слабость привела меня сюда, и сейчас я признаю, что свободен от порчи.

Могут ли настать такие времена, когда мы сойдем с пути? Да. Да, могут. Кто-то посмотрит сквозь иллюзию внешней истины и даст о себе знать. Мы — истина, мы решаем, что реально, а что нет. Немногие ухитряются ухватить этот момент, и, вероятно, они так никогда и не осознают, как близко подошли к проклятию. Лишь ясность мысли — работа нейронов — может спасти почти заблудшую душу, породив смирение. Молчаливое решение сделать шаг влево, а не вправо, убережет вас от смертоносного болта или пули.

Думаю, я единственный, кто прошел этот путь практически до конца. Я насладился силой и все же успел отвергнуть ее. И еще, кажется, мне удалось это сделать только потому, что я, сам того не понимая, постоянно практиковался. Когда мне пришлось принять окончательное решение, мысли мои были ясны, ибо события прошлого предоставили мне шанс на что-то вроде репетиции.

Это случилось на Зарамунде. Да, так оно и было.

Как только я получил в свое распоряжение транспортный флот, мое заключение на Калибане закончилось. Решение само по себе было нелегким: хотя я и боролся за независимость Калибана, захват кораблей и прекращение изгнания прямо нарушало волю Льва. Никакие речи не смогли бы убедить его в ином. Все мои сообщники понимали, что отныне мы — мятежники, выступающие против Льва.

У нас был только один военный корабль, и нужно было принимать немедленное решение: транспортные суда полезны только тогда, когда они могут достичь порта назначения. Тридцать тысяч рыцарей Ордена, все до единого космодесантники, были могучей армией, достойной любого командира, но какой прок от космодесантников, если их уничтожат в пустоте?

Ужасные бури терзали Галактику, возвещая о том, что Магистр Войны пошел по пути проклятия одновременно со мной. Однако навигаторы видели маяки на Зарамунде достаточно четко, и захват верфей казался идеальным первым испытанием для моих «неоперившихся» сил. Поскольку это был важный узел на пути к Терре и с Терры, контроль над Зарамундом сам по себе стал бы предметом торга, и это позволило бы Ордену распространить свое влияние еще дальше.

Но, как оказалось, Зарамунд стал испытанием не военного характера. Он был окружен множеством враждующих группировок, впрочем, как и многие другие системы в Галактике: одни присягнули Хорусу, другие — Императору. Однако прибытие значительных сил Темных Ангелов (поскольку мы прибыли еще в цветах Первого Легиона) быстро подавило все разногласия.

Без руководства в любом обществе образуется пустота, так же, как при недостатке силы воли у человека ему всегда будет грозить искушение. И в обоих случаях едва слышимый шепот Хаоса обретает чудовищное влияние.

Вскоре после того, как мы взяли под контроль систему и забрали несколько фрегатов, два крейсера и боевую баржу для своих нужд, мои Мистаи предупредили меня о возмущениях в варпе.

— Великий Магистр, это не просто корабль или флот, — сообщил мне лорд Сайфер на мостике моего нового флагмана. — Эта флотилия словно разбивает шторм, как молот по камню. Грубой силой.

Мы подготовили флот ко встрече нежданных гостей, и через несколько дней за считанные часы из варпа появился целый флот. Одновременное прибытие и согласованный строй кораблей навели меня на некоторые подозрения, ибо даже при самом благоприятном варпе одному кораблю практически невозможно оставаться на связи с другим. Среди суматохи, охватившей Зарамунд, я подумал, что это просто очередное чудо Вселенной.

Я снова посоветовался с псайкерами Мистаи. Примите во внимание, что я не говорил с ними о силах варпа, хотя, думаю, дар, которым они обладали, должен был раскрыть им мою растущую связь с царством Хаоса.

— Весьма необычно, — согласился лорд Сайфер. — Чтобы получить контроль над штормами варпа, флот должен содержать одного или даже несколько могущественных псайкеров. И они, вероятно, не являются союзниками Императора.

Я думал примерно так же, и мы ожидали сообщений с кораблей на системном мониторе. Всего на Зарамунд прибыли шесть кораблей, и все — со следами боевых повреждений.

— Они пришли сюда ради верфи, — решил я, собрав совет — Гриффейн и Астелян следили за тем, как наши корабли готовятся к так и не состоявшейся битве. — Нельзя позволить им ее захватить.

— Корабли легиона, крейсерского класса и выше, — сообщил мне Гриффейн. — По силе почти равны нашему флоту.

— Они самонадеянны, но не столь велика их мощь, сколь эффектно появление, — возразил Астелян. — Молниеносная контратака, вероятно, сломит их в течение нескольких часов.

— Но не без потерь, — подметил я. — Я знаю, что мы пришли на Зарамунд, будучи готовыми к войне, но не будем начинать ее без необходимости. Неизвестно, следуют ли за ними остальные.

— Все говорит о том, что они на подходе, — подтвердил лорд Сайфер. — Варп полнится большей активностью, чем могут создать всего шесть кораблей. За ними следует столько же, и еще больше, возможно, в пути.

— Это утешает. Приготовьтесь к бою, если понадобится, но не провоцируйте их. Сначала выясним, кто посетил наши новые владения.

Данные позже показали, что корабли принадлежали XIV легиону, Гвардии Смерти Мортариона. Гриффейн и другие говорили, что Гвардия Смерти — в рядах союзников Хоруса, причем из числа самых стойких. Мне хотелось служить Мортариону или Хорусу еще меньше, чем Льву и Императору.

И вот передо мной — моя армия в свежевыкрашенных доспехах Первого Легиона. Битва казалось неизбежной до тех пор, пока мы не сверили опознавательные знаки ведущего корабля с нашей базой данных.

Это был «Терминус Эст», флагман капитана Каласа Тифона, вернувшийся ко мне на Зарамунд, словно по воле самих богов Варпа.

Что, возможно, было правдой.

Убедившись, что флотом все еще командует Калас, я предложил ему привести свои корабли на верфи и подняться на борт «Верного Слуги» — ха, мне не преувеличить иронию нового названия бывшей боевой баржи Имперских Кулаков.

Я поприветствовал капитана и его советника, Виосса, в посадочном отсеке. Они были облачены в тактический доспех дредноута — доспех, превосходящий в прочности броню обычных легионеров. Прошедшие за время нашей разлуки годы были жестоки: оба казались измотанными войной, их снаряжение носило следы спешного обслуживания, а кожа была желтой и безжизненной, почти как у мертвецов.

— Подготовь флот, Лютер, враг прямо у нас за спиной, — быстро начал Калас, даже не поздоровавшись. — Он безжалостно преследовал нас десятки звездных систем.

— Кто вас преследует? — спросил я.

— Корсвейн, — ответил Виосс. Его голос походил на невнятное шипение из-за гноящейся раны на правой стороне челюсти. — Мы думали, что загнали его в Аргее, но он сумел из добычи превратиться в охотника.

Гриффейн и другие рассказывали, что Корсвейна назначили сенешалем Льва после сражений Легиона с Повелителями Ночи в Трамасе, и он несколько раз сталкивался с моим нынешним гостем и его кораблями.

— Так это он вас преследует? — уточнил я, вспомнив о других кораблях в варпе. — И весь ваш флот — здесь?

— У нас есть в лучшем случае несколько дней, — ответил Калас. — Несколько дней, чтобы провести срочный ремонт и подготовиться к противостоянию.

— Я не уверен, — добавил Виосс. — Не уверен, что даже с кораблями Зарамунда у нас хватит сил, чтобы победить.

— Не приписывайте себе чужое имущество, капитан, — тихо произнес я.

Виосс одарил меня хмурым взглядом; выражение лица у него было на редкость неприятным, и с него осыпались хлопья шелушащейся кожи, как чешуя. Он был явно нездоров, и мне стало не по себе. Я не хотел, чтобы зараза, в принципе способная поразить космодесантника, затронула мой флот.

— Ты отказываешь нам в помощи, Лютер? — сурово спросил Гвардеец Смерти. Изо рта у него смердело, и я отступил, стараясь не показать страха.

— Я не отказываю, но и не соглашаюсь, — решительно заявил я. — Если вы не хотите иметь дело с Корсвейном и моими кораблями, будьте повежливее, капитан.

Я повернулся к Каласу и улыбнулся.

— У нас еще есть немного времени, чтобы выработать стратегию, — сказал я ему, махнув рукой в сторону двери посадочного отсека. — Мои покои — самое подходящее место для обсуждения, и у меня есть командиры, которые также должны принять в нем участие. Может, при нынешнем положении я преподнесу тебе ответный дар утешения в бокале?

Виосс беспокойно заерзал, но Калас кивнул в знак согласия, разглядев в моих словах робкое предложение.

Я вызвал Астеляна, Гриффейна и лорда Сайфера к себе в покои и встретил их там вместе с двумя Гвардейцами Смерти. Гриффейн и новый лорд Сайфер были незнакомыми для них лицами, и их следовало представить, а затем Калас по возможности вкратце объяснил ситуацию.

— Мне нужен порт, — отрезал он. — Силы Хоруса собираются для последнего удара по Терре, и долгожданная встреча с моим генетическим отцом неизбежна. И все же я никак не могу освободить свое плечо от хватки этого настырного Темного Ангела.