Гэв Торп – Джайн Зар. Буря Тишины (страница 10)

Экран посерел, когда герольд архонта оборвал связь, чтобы переговорить со своим господином. Джайн Зар в это время продолжала приближаться к мерцающей завесе энергии, которая отмечала вход в Низвергающуюся Бурю. Линкор ускорился, и пульсация его двигателей затопила окружающую портал пряжу, отчего по сенсорам корабля лорда-феникса пронеслись слабые волны ужаса и дикой боли.

Коммуникационный монитор так и оставался безжизненным.

Когда артиллерийские установки боевого корабля по очереди нацелились на Джайн Зар, тревога ее корабля переросла в парализующий внутренний вопль. Лорд-феникс противилась желанию судна включить теневое поле и сбежать и с должной храбростью продолжала медленно, но верно приближаться к порталу.

Она открыто бросала вызов архонту.

Переговорный экран с жужжанием ожил и показал кабалита из Шипастого Глаза и расплывчатую фигуру позади него.

— Архонт Найдазаар щедро приветствует Бурю Тишины и предлагает ей присоединиться к нему на борту «Кинжального духа», чтобы вместе отправиться ко дворцу нашего выдающегося повелителя. — Герольд на мгновение оглянулся назад. — На самом деле он очень настаивает, чтобы его гостеприимство встретили с уважением.

Визг корабельных сенсоров унялся, сменившись мрачным стоном, — орудия линкора отключились, и активировался сцепляющий луч. Двери, ведущие в основную часть гигантского корабля, плавно отворились внутрь, открыв взгляду залитый красным светом стыковочный отсек.

Джайн Зар наскоро взвесила все возможные варианты. Вне зависимости от намерений архонта она скорее выживет в его лапах, чем на корабле, который можно уничтожить за считаные мгновения. Даже если Найдазаар и планировал пленить ее и доставить к Векту в качестве заложницы, он в любом случае довезет лорда-феникса до центра Темного города. Если бы Джайн Зар каким-то образом и спаслась от линкора и продолжила путь самостоятельно, ей пришлось бы столкнуться с немалыми опасностями.

— Я согласна на лестное предложение архонта сопроводить меня до Темного города и с нетерпением жду возможности лично отблагодарить его.

Размытая фигура позади герольда одобрительно кивнула, и экран тут же погас. Джайн Зар притормозила корабль и позволила сцепляющему лучу полностью окутать судно своими кольцами, которые обвивались вокруг него подобно душащей добычу змее.

Со звуком потрескивающей энергии луч затянул Джайн Зар во мрак отсека «Кинжального духа». Двери затворились, и наступила тьма.

Глава 4

В отличие от сокрытых тенями глубин Комморры боевой корабль Найдазаара оказался залит светом. Пока стража из двадцати кабалитов сопровождала лорда-феникса по высоким коридорам, она поняла, что лучше бы архонтовы декорации скрывала полутьма.

Каждая стена была обтянута освежеванной кожей. Искусное мастерство гемункулов помогло сохранить каждый волосок, прыщик, шрам и пору. Лоскуты кожи, сшитые тонкой как волос серебряной проволокой, принадлежали многим расам, отчего стены превратились в плоскогорья разнообразных цветов — темно- и светло-коричневого, орочьего зеленого, пурпурного и даже чисто-белого, полученного от альбиносов. У некоторых не хватало конечностей. На многих кусках виднелись раны от клинков и осколковых винтовок, зарубцевавшиеся ожоги от плазмы и шрамы от электроплетей.

Сводчатый потолок был сложен из костей, которые, по всей вероятности, принадлежали тем же жертвам. Кости отличались разнообразными формами и явно относились к многочисленным видам, включая такие, которые не могла распознать даже Джайн Зар.

Всем скелетам недоставало черепов — их припасли, чтобы вымостить ими палубы корабля. Перекрытия под ногами были покрыты лаком различных пестрых цветов и отполированы до блеска, а весь путь представлял собой настил из многообразных драгоценных металлов. Лорд-феникс и ее сопровождение без труда продвигались вперед, благодаря естественной ловкости преодолевая неровности палуб.

Величественные люстры, представляющие собой исполинские конструкции из когтей и зубов, оказались украшены сияющими кристаллами, заливающими светом все вокруг. Гирлянды из нетронутых внутренних органов свисали со стен в качестве непристойных декораций, а жидкости все еще поблескивали внутри них, сохраненные при помощи стазис-бальзамов.

Двери во внутренние покои Найдазаара были выполнены из гигантских костей и в высоту в три раза превосходили Джайн Зар — существа, у которых их изъяли, наверняка при жизни были раза в четыре больше своих же останков.

Лорд-феникс остановилась неподалеку от запертых дверей, отчего командир стражи бросил на нее сердитый взгляд.

— Как вы это все начали? — спросила сибарита Джайн Зар.

— О чем ты? — промолвил он. — Что начали?

Лорд-феникс махнула в сторону жуткого убранства.

— Все это. Когда вы приступили к работе, у вас, конечно же, не нашлось в запасе костей для всего корабля. Глупо бы он выглядел только с несколькими дюжинами скелетов, пригвожденных к стенам. Так как же вы это начали? Вы запасали достаточно тел для каждого отдельного коридора или собирали их, пока не накопили для украшения всего судна?

Сибарит рыкнул и потянулся рукой к плети, висевшей на его ремне. Пальцы Джайн Зар метнулись к трискелю, закрепленному на боку, а сама она наклонила голову к темному эльдару. Через миг кабалит убрал руку с оружия.

— Мы разберемся, как тебя повеселить, когда архонт Найдазаар закончит с тобой.

Лорд-феникс двинулась вперед, ни капли не обращая внимания на кабалитские угрозы. Противники пострашнее Найдазаара пытались покончить с ней, однако она все еще жила. Джайн Зар продолжала существовать — пусть и не в привычном понимании, ведь ей больше не надо было дышать и есть, как когда-то.

Огромные двери распахнулись, выпуская наружу заполняющий зал трезвон триумфальной музыки. Горны трубили салют, в то время как арфы добавляли гармоничной меланхолии, а несколько других струнных инструментов своими более грубыми нотами придавали партитуре резкое звучание. Насколько Джайн Зар хватало знаний в таких вещах, мелодия была превосходно оркестрована.

К ее удивлению, сам зал выглядел достаточно скромно: куполовидный потолок укрывал белесые стены с огражденными галереями, на которых располагались мраморные скамьи. Там сидели доверенные последователи архонта, наблюдая за происходящим внизу. Обычно лидеры кабалов возвышали себя над своими приспешниками при помощи платформ и помостов, однако зал Найдазаара был выстроен в виде уходящего вниз пятиуровнего амфитеатра, в центре которого сидел их господин.

Джайн Зар повидала немало комморрийцев, но оказалась немного не готовой к тому, что ждало ее в центре комнаты.

Четыре идентичных эльдара сидели на белых тронах, повернутых в каждый угол комнаты. Их наготу скрывали лишь отделанные камнями ожерелья, торки, наручи, поножи и короткие юбки из алых чешуек. Их кожа была черной с прожилками золота, а тела истощены настолько, что они выглядели подобно трупам.

Их лица не имели отчетливых черт. Безглазые, безносые и безгубые, словно абстрактные скульптуры, темные эльдары выделялись лишь своими выступающими скулами. Их вытянутые лысые головы заканчивались спиралевидным завитком, с которого свисали тонкие серебряные провода, соединяющие тела между собой.

К пальцам покоящихся на подлокотниках рук оказались прикреплены пульсирующие трубки, которые будто змеи описывали петлю вокруг крюков на потолке, а затем соединялись в трепыхающееся подобие мозга.

Открытые канавы спускались по всем уровням зала и доходили до восседающих на тронах Эльдаров. По каждому из желобов струилась различная жидкость — по одному из них явно текла глянцевитая красная кровь, а по остальным бежало нечто светло-желтое, ярко-оранжевое и вязкое серое. Стеблеподобные пальцы ног свисали в лужицы жидкостей под каждым троном, и крошечные язычки внутри лакали растекающиеся соки.

За исключением одного извилистого пути, ведущего к тронам, все ступени амфитеатра уставляло награбленное добро с бессчетных налетов. Казалось, что предметы были беспорядочно разбросаны по залу. Обломки грубых механизмов чужаков лежали рядом с чучелами грызунов. Слитки драгоценных металлов кучами валялись неподалеку от мехов и тканей с аляповатыми узорами. Покрытые инородными отметинами керамические осколки грудами покоились на гниющей мебели. На тотемах орочьих отродий висели гобелены, украденные в нескольких неудачливых искусственных мирах. Ступень за ступенью удерживала на себе награбленную ветошь — вещи, которые украли в тысячах миров и отобрали у сотен различных рас и цивилизаций.

Джайн Зар понимала, что все это находилось здесь не для того, чтобы кого-то впечатлить. Трофеи были выложены не напоказ остальным, а для удовольствия того, кто их припасал.

Тишина тревожила ее. Зрители на балконах молчали: от них не доносилось ни шороха одеяний, ни перешептываний. Джайн Зар внимательно осмотрела зал и заметила, что расположившиеся на скамейках кабалиты замерли от удивления и восхищения с широко раскинутыми руками, что было частью всего этого спектакля наряду с их покоренными врагами, устилавшими проходы.

Позади нее бесшумно захлопнулись двери, и теперь она оказалась взаперти в безмолвном зале.

Джайн Зар пожалела о своем решении прийти сюда. Такой барахольщик, как Найдазаар, с превеликой радостью забрал бы себе броню лорда-феникса, и уж если кто и обладал средствами отделить ее сущность от доспеха, так это комморрийцы. Возможно, им бы удалось извлечь ее душу невредимой для своей коллекции.