Герман Рыльский – Креахоновая крепость. Водовороты времени (страница 19)

– Пап, ну я в океанариум… – сказала Яналия, остановившись в дверях.

– Да-да, я знаю… – произнёс Александр. – А мы решили глянуть какой-нибудь фильм. И заказали пиццу на ужин!

– С коротскими креветками, вооот такими, – показывая размер креветок, Майя развела руки, насколько хватило длины. – Теперь нам больше достанется!

– Знал бы кто, какие жестокости творятся в нашей семье! – жалобно протянула Яналия.

– Любимая, – Александр повернулся к жене, – эта девочка хочет, чтобы мы оставили ей кусочек пиццы!

– Хитрая какая! – усмехнулась Майя.

– А я думаю, пусть поужинает у своего друга, у этого Гулфи.

– Папа, Гулфи – борирр! – сказала Яналия. – У него в семье ужинают планктоном!

Александр кивком показал дочери на дверь:

– Опоздаешь, не засчитают отработку!

Яналия показала родителям язык и выскользнула из квартиры.

Гермес Гудини стоял, вальяжно прислонившись к арке у входа в парк. Прямо за ней начиналась главная аллея. Среди жёлтой листвы валялась котомка, в которой Гермес обычно таскал сменную одежду.

– Миледи! Согласитесь ли вы разделить со мной тяготы рабского, неоплачиваемого труда?

– Я тебе не миледи! – Яналия слегка пнула котомку, намекая, что пора бы выдвигаться.

Болтая о том о сём, друзья спустились на второй ярус. В холле было оживлённо, люди, роботы и соплеменники Гулфи спешили по своим делам. Крупный дроид катил через холл круглый аквариум на колёсиках; за стеклом металась страшная, зубастая рыбина.

Ещё в обед компьютер службы безопасности прислал на коммуникаторы Гермеса и Яналии одинаковые сообщения: «Внимание! В 16:00 вам следует прибыть в четвёртый сектор океанариума. На время отработки вы поступаете в распоряжение Руфа Лока, старшего ихтиолога». Друзья прошли через автоматическую дверь с цифрой «4» и оказались во владениях борирров.

Четвёртый сектор представлял собой титанический бассейн, в котором обитали морские хищники. В центре, прямо из воды, вырастала круглая башня, узкая внизу и широкая наверху, как болт с массивной шляпкой. Над бассейном были перекинуты гулкие металлические мостики. Друзья направились к башне искать старшего ихтиолога.

Было так влажно, что волосы у Яналии моментально стали тяжёлыми. Девушке казалось, что она дышит концентрированным запахом йода, соли и водорослей. Жара и духота – всё как на родной планете борирров.

Гермес, шагавший впереди, что-то сказал, но Яналия не расслышала. В океанариуме было шумно – гудели компрессоры, пыхтели насосы, в трубах булькало.

– Чего? Повтори, – девушка догнала приятеля.

Гермес остановился и показал вниз. Там, в окружении рыб, плавал борирр. Завидев детей, он поднялся по лесенке на мостик. С его оранжевого гидрокостюма стекала вода.

– Здравствуйте, – сказал Гермес. – Вы Руф Лок?

– А вы – нашкодившие дети, которых на меня повесили, – борирр смерил Яналию и Гермеса недовольным взглядом. – Правила простые: никуда не лезьте и постарайтесь ничего не сломать. В воду не соваться!

Внизу стремительными тенями сновали халлаки. Яналия удивилась – неужели Лок правда думал, что ей или Гермесу взбредёт в голову искупаться?

В этот момент Яналия ощутила подошвами вибрацию – кто-то бежал по мостику. Оглянувшись, она увидела Гулфи.

– Я не опоздал? – молодой борирр запыхался, его пузырь раздувался и опадал.

Старший ихтиолог поморщился:

– Идите на ту сторону бассейна. Будете грузить водоросли.

Гулфи Ток получил грабли, Яналия и Гермес – лопаты и тачки. Гулфи нырял в бассейн и выбрасывал наверх гнилые, растекавшиеся слизью водоросли. Гермес и Яналия грузили тёмно-зелёное месиво на тачки. Работа оказалась не самая приятная. Водоросли невыносимо смердели; Яналии пришло в голову, что, если бы море могло сдохнуть, от него бы шёл именно такой запах.

– Гулфи, как ты выносишь эту вонь! – сказала Яналия, когда Гулфи в очередной раз показался из воды.

Тот пожал плечами:

– Я не знаю, как это – чувствовать запах. Бориррам это непонятно.

Яналия вспомнила, что сородичи Гулфи не чувствовали ни вкуса ни запаха. Это была цена, которую они заплатили эволюции за дыхательный пузырь.

– Всё, хватит, – наконец Гермес отбросил лопату. – Перерыв!

– А Лок не будет ругаться? – встревожился Гулфи.

Яналия поискала взглядом ихтиолога, но увидела только роботов, чинивших насос. Скорее всего, Руф Лок сидел где-нибудь на дне бассейна, в компании халлаков и других зубастых тварей.

– Да ему вообще параллельно, – сказал Гермес. – Лишь бы мы под ногами не крутились.

Он отключил антигравитацию, и тачка опустилась на пол. Друзья присели на неё, вытянув ноги. Некоторое время был слышен только плеск воды и мерный гул компрессоров.

– Как там Жужик? – спросила Яналия, нарушая затянувшееся молчание.

– Хотите посмотреть? – оживился Гулфи. – Он здесь, в отдельном отсеке.

– Давай, – согласился Гермес.

Переходя с мостика на мостик, друзья очутились в другом конце четвёртого сектора. Здесь был круглый бассейн, в котором плавал единственный борр. Гулфи тут же нырнул и проплыл вместе с ним пару кругов.

– Жужик выглядит здоровым, – констатировала Яналия.

– Точно, – кивнул Гермес.

У борров было серебристое обтекаемое тело, плавник на спине и добродушная, вытянутая вперёд морда. С виду – те же дельфины, только крупнее. Дрессировать борров было легко, они охотно выполняли трюки. Одна проблема – вывозить их с Корота давно запретили. Жужик родился в неволе, поэтому «Олимп» не нарушал закон.

Гулфи выбрался из бассейна, отряхнул воду с гидрокостюма.

– И что с ним не так, по-твоему? – спросил Гермес.

– Смотрите, – Гулфи три раза хлопнул в ладоши. Борр продолжал нарезать круги в бассейне. – Видите? Это наш с Жужиком условный сигнал. Он не приплыл!

– Может, он на тебя в обиде? – предположила Яналия.

Гулфи выудил из кармана закрученную спиралью улитку и кинул её в воду. По неведомой причине Жужик проигнорировал угощение – раковина опустилась на дно и осталась там лежать. Яналия прекрасно помнила, с каким удовольствием он хрустел улитками; борирры-дрессировщики давали их Жужику в качестве поощрения за выполненный номер.

– Это другой борр, – сказал Гермес.

– Что? – одновременно переспросили Яналия и Гулфи.

– Это не Жужик.

– Такого не может быть, – Гулфи выглядел сбитым с толку. – Конечно, это наш Жужик, кто же ещё?

– А ты подумай, – сказал Гермес. – Забыл кличку и команды, ни с того ни с сего поменял привычки. Это – не Жужик.

Гермес часто делал смелые допущения. Он размышлял как фокусник – подумаешь, была одна рыба, стала другая. Фокус налицо, а уж каким образом кролик оказался в шляпе – вопрос десятый. Яналия не умела мыслить столь широко.

– По-твоему, Жужик исчез, а на его месте появился другой борр? – уточнила она.

– Да, – сказал Гермес.

– И как это могло получиться?

– Есть несколько вариантов… надо подумать.

– Ничего ты не знаешь! – заявила Яналия.

Гермес пожал плечами. Он даже спорить не собирался, всем своим видом демонстрируя спокойную уверенность. Яналия подумала, что таких самодовольных типов ещё поискать.

– Пойдёмте уже, – сказал Гулфи. – А то Лок нам отработку не поставит.

Друзья вернулись к работе. От бассейна к мусороприёмнику вёл длинный прямой коридор. Новые и новые порции гнилых водорослей отправлялись в тёмную шахту. Когда приближалась тележка с отходами, дверь мусороприёмника автоматически открывалась.

Тачки – овальные металлические платформы – легко скользили над полом. Заскучавшей Яналии пришло в голову, что из них мог бы получиться классный скейтборд. Сбросив в жерло мусороприёмника очередную порцию водорослей, она поставила одну ногу на платформу, а другой несколько раз оттолкнулась от пола. Тачка понеслась по коридору точно торпеда.