Герман Романов – В трех шагах (страница 18)
Но сейчас посыпались с неба и другие «подарки» — вице-президент Уоллес предельно серьезно отнесся к его предложению устроить широкомасштабное партизанское движение в Корее и Маньчжурии, где японская власть была оккупационной. И вместо французов, которые предпочитали отсиживаться в стороне, сидеть в «бистро», попивая дрянное винцо, и втихомолку кляня «проклятых бошей», попробовать вооружить корейцев и китайцев простейшими однозарядными пистолетами под кольтовский патрон, ценой в два доллара и сорок центов и весом в один фунт. Пистолеты укладывались в картонную коробку с десятью патронами и детальной инструкцией по применению на двух листках. Первый чисто практический, связанный с зарядкой пистолета. Второй мотивационный — там были приведены фотографии зверств, которые устраивали японцы с простеньким призывом всем жертвам к отмщению. Янки большие любители комиксов, и снабдили разнообразными рисунками — такая наглядная агитация быстрее доходит до неграмотного человека. Сюжеты жизненные, привычные для аборигенов — вот изнасилованная японскими солдатами кореянка стреляет в затылок насильнику, и вооружается винтовой, или несчастный китайский рикша убивает исподтишка офицера и вытаскивает у него из кобуры пистолет. А дальше сплошной хеппи-энд, иначе и быть не может — местные жители восторженно встречают освободителей, русских и американских солдат. Причем, последние вояки щедро угощают освобожденных от неволи людей сигаретами, похлопывают по плечу и раздают шоколад с конфетами. Видимо, показывая как хороша демократия, пусть даже она находится на «марше».
Производство пистолетов американцы наладили полгода назад, выпускали их десятками тысяч, накопив на складах под миллион штук, и назывались они характерно — «либератор», то есть «освободитель». И с американским размахом решили экспериментировать на азиатах, считая их более доверчивыми, храбрыми и внушаемыми, чем цивилизованные французы. Последние, будучи европейцами, очень ценили свою жизнь. И не торопились записываться в «клуб самоубийц», потому что с партизанами «боши» свирепо расправлялись. К тому же карательными акциями занимались отсутствующие на фронте дивизии СС. И логика тут у бизнесменов проста — азиаты будут драться, они не ценят драгоценную жизнь, им нужно только дать простейшее оружие, с помощью которого можно убить врага с восьми метров, потому что ствол для дешевизны оставили гладким.
Транспорт привез в Петропавловск четверть миллиона подготовленных коробок, каждая из которых была снабжена широкой лентой для парашютирования, ведь сбрасывать их предстояло в гористой и лесистой местности с небольших высот. А далее каждый вылетающий в Приморье самолет брал две тысячи коробок, которые уже на аэродромах готовили к выброске. И каждую ночь в летную погоду экипажи «дугласов» разбрасывали везде эти самые пистолеты, стараясь не пролетать там, где на картах были обозначены места дислокации японских войск.
— А ведь прислушались к моим словам, еще как прислушались — и отреагировали быстро, — маршал пробормотал сквозь зубы и отвлекся на стук в дверь. Взглянул на часы — все правильно, приближалось время военного совета, на котором предстояло разрешить массу проблем…
Глава 24
— Что творят, отрыжка пьяной коровы, что творят! Откуда их столько здесь, как мух на навозной куче, роями летают!
Адмирал Уильям Холси в словах не стеснялся, сыпал ими с угрожающей небесам частотой. И было отчего этому адмиралу так бесноваться на мостике своего флагманского авианосца «Хорнет» — в «Йорктаун» попало не менее трех торпед, и прямо сейчас, на глазах у потрясенных моряков, в мостик авианосца врезался груженный бомбой пикировщик — столб черного дыма встал над авианосцем, и что самое неприятное, из-под палубы стали вырываться языки пламени — судя по всему возгорелось топливо. Все моряки прекрасно понимали ярость адмирала — потерять авианосец в «затравке» генерального сражения никому не хотелось.
Японцы опередили с первым ударом, причем самураи воспользовались большей дальностью полета своих самолетов, сразу выпустив ударные авиагруппы со своих авианосцев. Однако количество самолетов в них было непропорционально огромным, и никак не соотносилось с их штатной численностью на четырех больших авианосцах. Ладно, пусть пяти — если считать еще один, меньше размерами, судя по всему однотипный потопленному англичанами «Сехо» — переделанной плавбазы субмарин. Если все подсчитать, то на круг выйдет три с половиной сотни самолетов, больше ангары кораблей просто не вместят, хотя японцы практикуют иметь в трюмах несколько самолетов в разобранном виде, на замену убыли. Но так их сборка занимает много времени, а потому в подсчеты они просто не следует принимать. Это только когда сражение закончится, потребуется подсчитать общую убыль. Но то будет завтра, а не сейчас, когда сражение только началось.
Холси продолжал расхаживать и ругаться сквозь зубы, одновременно ведя расчеты. За один раз выпустить с палуб каждый авианосец сможет три десятка самолетов, никак не больше, даже чуть меньше на «драконах». Потом необходимо поднять из ангара вторую ударную авиагруппу, подготовленную к вылету, на это потребуется два часа, не меньше, все зависит от числа подъемников на корабле, с тремя быстро, с двумя намного медленней. Плюс истребители воздушного патруля, они постоянно кружат над авианосцами, обеспечивая противовоздушную оборону — хвала всевышнему, что японцы до сих пор не установили радары, хотя у немцев они имеются. И если Гитлер их передаст, то ситуация намного ухудшится. К тому же у самураев появились специальные разведчики — давно отмечены в небе «кейты» с подвесными баками, что сменили привычные прежде гидросамолеты с тяжелых крейсеров. Этих «скаутов» на больших авианосцах полдесятка, не меньше, слишком большой сектор пытаются перекрыть и постоянно отправляют смену. Так что максимум, что могли выпустить в первой волне японцы, так не больше чем сто двадцать самолетов, а подсчитали их во время атаки чуть ли не с двести, шедших тремя большими группами с небольшими интервалами, что уже говорит о многом. О том, в первую очередь, что самураи явно решили сокрушить два тактических авианосных соединения US NAVY одним мощным ударом. И выпускают их «по дивизиям», сразу объединенными группами с двух больших авианосцев.
— Сэр, — совершенно спокойно обратился к Холси начальник штаба контр-адмирал Марк Митшер, по прозвищу «Пит», которое закрепилось за ним еще в период учебы Аннаполисе. Кадеты остры на язык, и метко подмечают характерные черты человека — тот же Холси давно был известен на флоте за свою непреклонную ярость и строптивость, как «буйвол». Вот и сейчас мечется по мостику как по загону, будто жаждет его разломать, машинально хватаясь за леера. Но такой адмирал сейчас и нужен — только неукротимые духом люди способны победить в бою серьезного противника, а «Кидо Бутай» таковым и является.
— Думаю, мы имеем дело со всеми шестью ударными авианосцами, потому «первая волна» у противника вышла столь мощная. Где-то поблизости от Цукухары шляются авианосцы Одзавы — «Дзуйкаку» и «Секаку», на них самые большие авиагруппы. С ними, возможно и «Рюдзе», на Цейлоне его не отмечено, там только пара «дзунье» с дымовыми трубами торчком. Если, конечно, верить англичанам, но они, вроде, не ошибаются…
Договорить адмирал не успел, как последовал доклад, в котором отчетливо прозвучали нотки радости:
— Мы суммировали радиограммы о результатах атаки, переданные командирами авиагрупп. Достигнуто семь попаданий в «Хирю», его вскрыли как консервную банку — палубы в носу нет, горит. Остальным авианосцам противника досталось по одной-две бомбы, «Дзуйхо» получил еще торпеду, на нем замечен сильный крен. Самолетов на палубах вражеских авианосцев не отмечено, лишь по несколько истребителей.
— Это плохо, господа, что палубы пусты. Значит, к нам сейчас направляется такая же свора. Джентльмены, на нас летят еще двести самолетов, и мы должны их «приветливо встретить».
Холси выругался, и прошелся по мостику, покосился на горящий «Хорнет», к которому подошли на помощь эсминцы. Пожар на авианосце самое скверное, что может случиться, там цистерны с авиационным бензином, пары которого, если доберется огонь до помещений, где есть утечка из трубопроводов (а во время разрывов вражеских бомб это более чем вероятно), способны разнести корабль.
— Фрэнка надо убирать с корабля, нечего ему делать на этом барбекю, адмиралу не место на раскаленной сковородке.
— Может, Флетчеру следует перенести флаг на «Уосп», — осторожно произнес Митшер, на что Холси только фыркнул:
— Четыре заслуженных адмирала на три авианосца это многовато, Марк, ты не находишь? Пусть перебирается на эсминец, прибывает на «Саратогу» или любой крейсер, и отправляется в полет на «Сенгамон», «Шенанго» или «Санти» — зря мы, что ли их сюда тащили вместе с «Колорадо». Вот и возглавляет «тактическую группу», пусть самую тихоходную. Это нашему Фрэнку наоборот добавит прыткости, он у нас деятельный.