Герман Горшенев – Звёздная Кровь Архераил. Книга 5. План номер ноль (страница 10)

– Это после него разработка была, – ответил я, а наёмница понимающе кивнула.

Этот путь оказался открыт, но попасть опять в лагерь означало радикальную смену наших планов. Решили исследовать лабиринт и начали создавать свою карту. Это был не домен, и связь с наблюдателем существовала, карта восходящего отлично работала. Тот, кто создавал эти сооружения, засунул за пределы круга, но недалеко. Главный искин Единства видел эти места, но без света игг-древа и аборигенов, которые могут сюда добраться, не мог ничего, а просто наблюдал и раздавал бесчисленные задания на уничтожение популяции червей, кои в этих местах просто кишели.

Для чего и кто создавал эти сооружения, наверное, ответа не будет. Очередная загадка, кому понадобились тысячи каменных саркофагов, уходящие десятками проходов в глубины камня. Ещё сутки ходили между гробами. Провели пару экспериментов. Попытались вскрыть несколько штук, и спасибо, что не использовали совсем дорогие предметы, а начали с простых железяк, которые подвернулись в руне хранилища. Четыре ножа, сковородка, глиняный горшок частями и скребок для очистки кожи от мяса остались пленниками каменных ящиков. При попытке вскрыть саркофаги предметы, пробивая буквально сотые доли миллиметра камня, словно прилипали, проходя через невидимую границу, которая и начиналась за первым слоем. Пара копий из моего хранилища осталась воткнутыми в щель между камнями, словно вклеились, когда я их туда просунул. Странно, но вытащить уже не удалось.

Мы пытались скрести ножами и подручными средствами, а я даже ударил сковородкой, которая прилипла намертво к камню. Можно было обломить лезвие ножа или копья, кусок горшка, который мы разбили для получения мелких осколков, но именно тот кусочек лезвия, что застрял, выколупать обратно было невозможно.

– Смотри сюда. – И наёмница передала мне штурмовой комплекс.

Я взглянул в прицел. Умная оптика имела кучу режимов, в том числе и цифровое увеличение и память, она позволяла быстро обвести округу, высунув ствол, а потом с помощью шлема или через оптику просмотреть отснятое изображение. Нашёлся и режим увеличения. Ничего такого. Стрелку может понадобиться рассмотреть пыль от следа врага, особенности мины, которые можно разглядеть только под микроскопом, или с пяти метров прочитать серийный номер аварийного шлюза, написанный микрошрифтом. Оптика и электроника прицела позволяли это сделать без проблем, и прицел превращался в цифровой микроскоп.

– Увидел. У меня в экипаже тральщика постоянно служили две женщины. Ни разу не пожалел. Умеете вы мелочи разглядеть.

Стало понятно, зачем Длань достала оружие и бегала вокруг гробов. В нескольких местах камень откололся чуть сильнее, и лезвия ножей, кусочки керамики от горшка словно зависли в воздухе. Они ничего зримого не касались, но при этом выбить их с помощью грубой силы было нереально. Под микроном камня начиналось силовое поле и, скорее всего, оно замедляло всё, что находилось внутри. Словно время остановили. Тогда понятно, что и тела могут пролежать там бесконечно долго.

– Как экстрамерность вывернутая, – сделал я своё предположение.

Наёмница кивнула. Выходит, симбионт, когда переносил наши сознания, выключал гроб, или кто-то, кто ждал симбионт, давал мне возможность получить новое тело. Это только предположение. Кто, для чего и каково его отношение к моей персоне – всё оставалось загадкой. Стоило мне повстречать Длань, и её тоже ко мне присоединили. Как говорила подруга, она в этом круге уже много раз тело меняла, но сюда попала впервые. До этого ей доставались тела дикарок, по каким-то причинам находившиеся в бессознательном состоянии.

Провели ещё один эксперимент. Руны-предметы, касаясь преграды гробов, рассыпались звёздной кровью. Нож, непонятный крюк и лопатка для выкапывания чего-то там, но нужного и полезного, оказались поломаны и теперь требовали ремонта у рунного мастера. Всё укладывалось в нашу теорию. Если это вывернутая экстрамерность и там остановлено время, то тела могут лежать хоть миллион лет. Вот для чего это сделали, совершенно непонятно. Кто-то законсервировал кучу народа, чтобы что? Ждали катаклизма? Держали войско молодых и сильных? Решили лишних до лучших времён отложить? Думаю, что никогда не узнаю правды об этом месте.

Есть вариант, что энергетический космический корабль, в котором сидит моя душа и симбионт, просто пробивал эту защиту и выводил тело из консервации, тогда это место может быть забыто сотни тысяч лет, и никто, кроме меня, никогда до этих тел не доберётся.

Ещё тройку выходов удалось обнаружить только через день. Если не придумаем, как ими пользоваться, то план номер ноль был всегда за спиной.

– Знакомая штука, – произнесла наёмница, недовольно морщась.

В одном из проходов оказался выход. Это был проход испытаний. Почему Третий не повёл меня сюда сразу? Может, ему сказали, куда идти, а может, не смог бы меня гарантированно вывести. Сила бойцов была непонятна, вернее, кроме последнего. Первый был деревом, второй бронзой, третье существо – рослый мужик с головой быка и огромным топором – отливало серебром, а в самой дальней нише сидела девушка в неброской броне, положив на колени простецкий клинок, зато отливавшая золотым фреймом. С золотом всегда сложно. По внешнему виду никогда не определишь, что из себя представляет боец и что от него ждать. Может, поэтому оборванец выбрал именно тот проход, где можно просто его живучесть поделить на количество духов в горшке и просчитать победу.

– Согласен, – подтвердил несложные наблюдения Длани.

Ещё один проход должен быть испытанием, как сказала моя подруга, что нужна очень-очень толстая кожа, много жира, чтобы жопу не отморозить, поверх надеты резиновые перчатки, а на роже противогаз.

– Да, дорогая, – улыбнулся я.

Этот проход был для тех, кто любит сопротивляться стихиям. Огонь, молния, холод и клубы очень подозрительного, густого липкого дыма. Никаких существ не было, но если у тебя нет всех вышеперечисленных возможностей сразу или сумасшедшей регенерации, то пройти сквозь бушующее пламя и не надышаться ядовитой гадостью под удары молний будет ещё сложнее, чем прибить существ испытания. Сей проход выглядел ещё менее преодолимым, чем тот, где нас ждали милые ребята с разноцветным окрасом своих фреймов.

Третий проход был пуст, но выглядел самым подозрительным. Небольшой коридор, расширение метров в сто в виде круглого зала с беспорядочно установленными массивными статуями в три роста человека и стены, завешенные самым диковинным оружием и загадочными предметами.

– Зато везде возможность выскочить обратно, – заметила наёмница.

– Сложно сказать. Не такая это и возможность. Если слегка припалило электричеством или после деревянного восходящего выбежать, то нормально, а вот духи пополам сразу разорвут. Интересно, что здесь и почему никого? – указал я на пустой зал.

Мы наблюдали, но странное всегда выглядит опаснее, чем сильное, но обычное. Здесь было что-то неуловимое и знакомое. По стенам висели тысячи предметов. Ножи, пики, ни на что не похожие штуки вроде заточенного колеса с ручками, хлысты и металлические жгуты с шипами. Самые невообразимые вещи в загадочных сочетаниях. Длань аж ойкнула:

– Я, конечно, много пробовала. Всё девичество на самом дне общества провела, разное было, но вот это, – и мне указали на целый развал висевших на стене штук, где размещался раздел с шипастыми цепями, кнутами и железяками, сцепленными самым загадочным образом, – и вот это, – элегантно провела рукой подруга, указав на ту часть, где были перчатки с шипами, башмаки, покрытые лезвиями, и несколько сетей с крючьями, – только по тройному тарифу.

Не совсем понял, что имела в виду наёмница, но тут до меня дошло. Все вещи были развешаны на крюках в форме человеческих рук. Да ладно! Наверняка это самое страшное и самое жуткое испытание. Если ты сильное золото, то в состоянии раздавить призраков из кувшина, придушить золотую девку с мечом или даже пройти сквозь вонючий и наполненный молниями коридор, но здесь ты встретишь равного противника, которого в состоянии победить, только преодолев себя и свой самый жуткий страх. Это был полигон воображения. Место, где нужно победить материализовавшийся кошмар из потаённых глубин своего разума.

Это у меня голая одноглазая клоунесса, но я видел, как преодолевали свой страх тощий кел и невидимый воин, который выдернул меня из милой беседы с Тарханом на корабль Верховного. Они получили сильнейшего противника. Ой как было им непросто справиться! Чем закончилась драка, я не знал, но, возможно, страх победил моего похитителя. Я несколько часов бегал по кораблю-двойнику и среди догонявших его не заметил. Если бы он быстро прижал свою тёткожабу, то наверняка бросился бы за мной в погоню. Я бы обязательно припомнил своему обидчику такую выходку, даже если бы меня об этом не попросили.

Кел тоже не смог бы победить женщину с содранной кожей, если бы у него не было огромного запаса рун. Он её раздавил, как говорил мой знакомый торгаш, размером кошелька. Не имей он такого количества ресурсов, наверняка бы страх победил. И даже уничтожив тётку с содранной кожей, он находился в таком состоянии, что мы добили его почти с полтычка. Что делалось в коридорах испытаний у Гадюки, тоже помнил. Подготовленные бойцы в полной броне еле-еле вытащили одну железяку, понеся потери в половину отряда.