Герман Горшенев – Звёздная Кровь Архераил. Книга 3. Теория невероятности (страница 5)
Пламя вылетело толстой струёй, обжигая червя. И опять. Только и оставалось подумать – Раджеп Мадарасп! Силища у червяка была эпическая. Поляна оказалась залита огнём, но червяк устоял, прыгнул, а потом скатился на небольшую площадку в узкой трещине. Бежать ему было некуда, сгорающее топливо ревело над ним, твари тьмы сейчас очень некомфортно, но это не то, на что я рассчитывал. Любой бы другой червь однозначно вспыхнул от такого огненного сюрприза, а этот неплохо подпалился, но оставался вполне дееспособным. Появилось предположение, что этого червя готовили как диверсанта, а зная, что самое опасное для них – огонь, наделили немалым количеством защиты. Но гадать бесполезно.
Червяк, опалённый из заработавшей дюзы, по-прежнему сидел на небольшой площадке под каменным уступом. Я даже не предполагал, что обожжённый огнем червяк будет такой резвый. Он никуда не мог двинуться, но и пламя не доставало. Его опаливало, но не убивало. Он всем своим видом показывал, что у него терпения гораздо больше, чем топлива в резервном баке. Наверняка имаго командир понимал, что болтающаяся на соплях железяка не сможет долго извергать щедрые потоки огня, покрывая сотню метров. И я понимал. Создавалась патовая ситуация. В ловушку для идиотов я его поймал, а вот что мне теперь с ним делать?
Всё пространство заросло мелкими, с ноготь размером, разрывниками. Они были и на площадке с червяком. На эти растения постоянно указывал симбионт, выделив их в особую касту и отыскивая повсюду. Архераил, ты тупой? Я же уже так делал в храме говорящей головы! Открыть задание наблюдателя и забрать награды. Схватил первые попавшиеся руны и сломал. Пять капель звёздной крови. Меня этому говорящая голова научил. Руна – амулет мгновенного уродливого роста, и отправить искорку в крошечный кустик разрывника.
Растение сразу стало огромным, а ветви куста с кусачими колючками впивались в шкуру извивающегося червя. Разрывники всегда выглядели недобро, и я особых отличий обычного от взращённого уродливым ростом не увидел. Как по мне, милый кустик, когда от него подальше находишься. Ветви дёрнулись в разные стороны, а колючки всё больше впивались в тёмную тварь, врезаясь намертво. Куст старался разорвать свою жертву, но червь выдержал, пытаясь вырваться. Ветви, вцепившиеся в тело, держали намертво, но не убили. Я почувствовал, как воздух наполняется мощнейшим ментальным импульсом. Мне страшно захотелось взять нож и разрезать побеги, а потом последовал большой список желаний, связанный с отпусканием имаго командира из ловушки и простецкие просьбы – головой об камень убиться.
У меня есть оружие, но я даже не пытался стрелять. Симбионт сразу предупредил, что возможности червя гораздо более широкие, чем кажутся, и если я вздумаю высунуть руку или голову, то тут меня и прикопают без той части тела, что я высунул. Да уж, нашёл себе развлечение в виде отловленной твари, а потом я заржал.
– Капитан Архераил, ты тупой? – сам у себя спросил и тут же подтвердил: – Так точно. Тупой.
В жизни многие вещи идут не по плану, как это. Вместо сжигания я только поймал червя, но если к нему не придёт помощь в виде другого теневого чудовища, то мне надо просто подождать всего несколько часов. Я посмотрел в сторону ночного силуэта игг-древа. Первые проблески уже начинали вытеснять свет ночной иглы, заменяя синеватый оттенок золотым свечением. Оставалось только не обращать внимания на навязчивый шёпот в голове, который совсем мне не мешал, хотя раздражал и упрямо требовал бросить всё и прийти на выручку схваченному разрывником червяку.
Шум от борьбы твари и милого кустика был гораздо сильнее, чем ментальное давление на мозг от пойманного червя. Я прислонился к борту и прикрыл глаза. К возможному появлению других червей отнёсся философски. Тварь так вопила на всех мозговых диапазонах, что все обычные хищники давно обгадились и разбежались, а с моим автоматом из аварийного набора от пришедших на помощь червей, если они здесь есть, не отбиться.
Червь извивался и орал. Жуткие вопли в ментальном поле сотрясали всю округу. Сжигаемое игг-светом чудовище не церемонилось. От нас врассыпную бежали звери, стараясь как можно быстрее покинуть страшное место. Многие падали и бились в конвульсиях, некоторые просто валялись, возможно, погибнув или пребывая в беспамятстве. Немудрено, что оглушило таким ментальным воплем. Симбионт сообщил, что в моё ментальное дерево с вопросами добавилось параметров, но прочитать не может, зато способен показать, где это место. Прямо здесь и сейчас узнавать такие ценнейшие сведения я не хотел, и от меня отстали.
Под всё это сам не заметил, как заснул. Проснулся, когда стало уже совсем светло. Заглянув в разлом, увидел остатки выгоревшей сороконожки и тут же получил сообщение от наблюдателя: «Ваша слава повышена на пять. Задание – уничтожение червя-командира – один из десяти – выполнено».
Меня немного похвалили за сложность, а потом добавили ещё одну единичку славы за то, что червяк был не из простых. Осторожно высунулся за край камня посмотреть на площадку. Ещё одна недокументированная возможность. На площадке было два мертвеца – червяк и теневой разрывник. Теневые твари погибают от игг-света, но гораздо менее чувствительны к действию древа. И червь, и растение сгорели под игг-светом, но вначале червяк, а потом теневой разрывник. Судя по всему, растение забрало звёздную кровь у имаго командира и только потом издохло само.
Не уверен, но, может, уродливый рост и заключается в приставке теневой? Теневые хищники всегда сильнее таких же, только без приставки «теневые», но страдают от света древ и стараются жить подальше от центра круга.
От червя почти ничего не осталось. Такое ощущение, словно труп сжигали в крематории. Нашлось всего несколько небольших чешуек, и интерфейс опознал гранёный камешек. Дар превосходящего червя, чёрный предмет, может содержать чёрную руну, а дальше шли вопросы. Наверняка что-то редкое, но прикасаться не хотелось. Я аккуратно подобрал две палочки, переложил штуковину в полиэтиленовый пакет, а затем зашвырнул в ячейку криптора. Там безвременье, и если штука ядовитая, радиоактивная или содержит ещё какую гадость, прекрасно полежит в экстамерности. Таскать подобную вещицу в кармане не хотелось абсолютно. Ещё немного покопав палочкой в остатках разложившегося монстра, обнаружил неприметную тончайшую цепочку, покрытую зелёным налетом. На ней висел крошечный кулончик с маленьким зелёным же камушком.
Кусочек иллиума – на цепочке из иллиума. И всё. Ни вопросов, ни свойств – ничего. В дальнейшем интерфейс восхождения полностью проигнорировал предмет. Это тоже наверняка штука ценная, но я не очень понимаю во всех этих украшениях. Не зря же его червяк таскал? Или просто съел кого-то нарядного, а кулончик за почку зацепился и остался в желудке? Для меня еда, броня и оружие – вот настоящие ценности, а всё остальное придумали торгаши на отсталых планетах. С предметом я поступил точно так же. Положил в полиэтиленовый пакет и зашвырнул в хранилище.
Над выжженным разрывником висело несколько искорок. Червь одарил меня двумя проклятыми рунами с классификацией «мерзость». Это наверняка с него. Было ещё двадцать две капли звёздной крови, их я забрал у кустика. Возможно, не будь двойной перекладки от червя к растению, мои трофеи были бы гораздо больше, но тоже неплохо.
Задание наблюдателя обновилось. Теперь мне предстояло убить десять, а потом и сотню таких червяков. Как я понял, их тут кишмя кишело и они не переводились. Жаль, что нет доступа к моему другу говорящей голове. У меня появилась куча конкретных вопросов, на которые мне наверняка бы ответили, раз рассказали обо всех тайнах мироздания, но не всегда знаешь, что надо спрашивать, когда перед тобой нужный собеседник, а многие вопросы появляются уже после беседы.
Потрёпанный, но довольный, я вполз в корабль. Главного врага придушили, даже трофеи собрали, ещё и от наблюдателя похвалы получили. За время моей славной охоты медуза растеклась по всему телу больного, слизала лечебную пену и вовсю лечила раненого. «Раджеп Мадарасп!» – само вырвалось у меня. Привязанный к креслу, закованный в потрёпанный лётный доспех, лежал настоящий тавр.
Глава 3. Теория невероятности
Рухнувший корабль был отличным домом. Все основные модули во время падения и наших мытарств в воздухе давным-давно вышли из строя, но симбионт нащупывал отдельные приборы и брал их под управление. В корабле было светло, работала вентиляция, а в углу командной рубки, после того как мой житель головы принудительно заблокировал автоматическую систему пожаротушения, я развёл костёр. В корпусе зияло немало дырок, и по техническим каналам под пульт дул приличный сквозняк, давая неплохую тягу. Нужно только выломать ценные приборы и натаскать немного камней, засунуть пару листов металла, организовав место для приготовления еды. В этих местах царила прохлада и дополнительный источник тепла тоже был совсем не лишним.
Во время удара жёсткость корвета повело и корпус во многих местах пошёл небольшими трещинами и разрывами обшивки. Кое-где выдавило технические лючки или просто вывернуло немало навесного оборудования. Грузовой отсек был заблокирован, а через мелкие дырки в обшивке крупные хищники к нам пролезть не могли. Зато мелочёвка, привлечённая запахами людей, с удовольствием пробиралась через множество растрескавшихся и вывернутых от удара плит корпуса. Потом мелкие животные расползались по техническим каналам, шурша по всему внутреннему пространству. Около меня крутилась целая стая небольших и любопытных тенехватов. Они сновали то там, то там и старались не попадаться под свет светильников, но очень заинтересовались моей кулинарией.