Герман Горшенев – План номер ноль (страница 44)

— Мне тоже интересно. Надо у победоносного обязательно спросить.

С детства любил книги, именно те, что читать глазами на экране планшета, а не фильмы. В древности, когда собирались на войну, вначале посылали гонцов, потом гонцы возвращались и говорили, что соседнее племя готовит воинов, потом воины собирали припасы, доставали оружие, грузили на телеги и вьючных животных, собирали по степи разбредшихся ездовых животных, которые должны стать боевыми питомцами, хорошенько отдыхали, готовили большой праздник по поводу ухода армии, праздновали и со скоростью неспешно катящейся телеги прибывали в пункт сбора, где жили порой не один месяц, ожидая всех подкреплений. А потом выдвигались на войну.

Это потом появились всегда готовые и снаряжённые армии, но большую часть истории было именно так. Даже существовали целые народы, которые кочевали и одновременно воевали, растили скот и рожали детей. Так и брели через бескрайние степи на своих домах-повозках, в окружении скота и ездовых боевых животных. Наверное так. Наша банда куда-то шла. Не охотятся же они за теми, кто из храма говорящей Головы вывалился?

Я помахал рукой главному аборигенов. Вождь подошёл и кивнул:

— Слушаю тебя могучий восходящий Архераил, прячущий свою силу.

— Спасибо за похвалы, но давай просто Архераил. А что вы здесь делали?

— Шли на охоту, — ответил он, но увидев мой подозрительный прищур, пояснил. — Это смертельная охота. Наблюдатель дал задание убить. Мы шли охотиться по заданию. Появился серебряный вожак диких тавров. Он собирает нашествие и опустошает округу.

— Не маловато вас на серебро?

— Нам нужен только вожак. У нас четыре бронзовых восходящих и шесть деревянных. Мы взяли много лучших воинов, ждущих свои стигматы восходящего. Это слава и звёздные монеты. Они тоже умеют держать оружие. Мы должны справиться.

— А где живет тавр, — спросил я, не так чтобы сомневался, но просто хотелось ещё раз убедиться.

— Там, — махнул рукой Клык Ледозуба.

— А где земли народа Луны?

— Там, — ещё раз туда же махнул вождь аборигенов.

Нет, у меня не было никаких сомнений, я даже мысли не мог подумать, просто это ритуал, чтобы убедиться, что всё в порядке. Можно было и не проверять, я и так знал, что будет по пути. Если ты живешь по принципу плана номер ноль, и у тебя есть точка «Б», в которую следует прибыть из точки «А», то отклонения не предусмотрены.

— Я хочу посмотреть на это.

— Ты хочешь помочь нам на охоте?

— Не знаю. Пока только хочу посмотреть.

— Я благодарен тебе за помощь, Архераил. Для нас будет честью, что ты пойдёшь с нами, — и, положив мне руку на плечо, слегка сжал пальцы. — А теперь я хотел пойти к своим людям. Им нужна помощь, — добавил он, и, видя, что у меня нет больше срочных тем для обсуждения, отправился к народу, у которого было полно самых разных занятий.

Со своей победой, в которой я применил кошелёк, читай, неограниченный запас звёздной крови и нажористые руны из арсенала древнего существа, притворявшегося риксом-мальчишкой, управился быстро. А вот последствия предстояло разгребать долго. Стояла вторая половина ночи, а все ещё бегали и суетились.

Страдалец был рядом. Как нам пленника вернули, так он и не отходил, а просто сел на камушек, и, похоже, решил действовать по плану, как у меня, не заморачиваясь хитросплетениями изгибов судьбы.

— Что стоим, кого ждем? — Длань обратилась к криворукому на глобише, а потом продублировала на местном, добавив ещё пару пояснений.

Когда он обернулся, она кинула на него руну, которая растворилась звездочками и впиталась в его тело. Абориген испуга не выразил, а просто удивлённо посмотрел на подругу. Она подошла и разрезала на руках верёвки, а болезный встал и пошёл в подлесок собирать дрова

— И что ему сказала? — осведомился у наёмницы.

— Что у меня руна медвегрыза. Если обманет и убежит, то на следующую ночь он к нему придет. Убить не убьет, но руки откусит, потому что брехливое существо не должно получить стигмат. А откусывать надо сразу две, чтобы в храме Вечности про вторую руку не договорился.

Что за руну запустила подруга, неясно. Конечно, нет у нас никакой руны медвегрыза, но абориген наверняка поверил. Он был без гвоздя, поэтому точно понять, что в тебя влепили было очень сложно. Да и после того, что он видел и что мы с ним проделывали, я бы тоже поверил. Лучше не нарываться, пусть это потом окажется откровенной брехнёй, чем подтвердить вдруг неожиданно оказавшуюся реальностью правду.

Завершив с рассказом, как она маленьких обманывает, подруга повернулась ко мне:

— А ты чё замер? Посуду давай!

— Хозяюшка ты моя. Ты хоть знаешь о чём просишь? — сёрничал я, но отдал всё, что было в моём странном хранилище.

В этот раз у меня было два максимально разных котелка. Один здоровый, прямо котлище, литров на пятнадцать, а второй точно такой же, но объёмом стакана на три. Моя сковородка в этот раз оказалось большой, массивной и глубокой, с толстым дном и высокими краями, почти как кастрюля. Мясо рглуусгла и рыбы, которыми было завалено моё хранилище, преобразовалась в совершенно невероятные разносолы. Были куски сырого мяса, с которого текла кровь, скрученные большими кольцами колбаса, толщиной в мою ногу и диаметром кольца почти в метр. Было горячо, и руки ощутимо припекало, как будто только что вытащили из коптильни. Появлялась рыба, кусок хлеба весом килограмма три и квадратный, сушёные коренья, какие-то вонючие пирожки, пахнущие сродни азиатским блюдам, которые тоже можно есть, и это те же самые жиры, белки и углеводы, просто выглядят и пахнут по-иному. Цай бережно относился к традициям кухни азио, но всегда вежливо предупреждал, что лучше не спрашивать, что за живность бегала, летала, а возможно, и ползала до того, как стать этими самыми пирожками.

Большой костёр разгорался. Криворукий носился быстрым маятником между подлеском и местом, где моя жена кухарить изволила. Притащил воды и лихо соорудил приспособы для подвеса котла. Аборигены собирали свое разбросанное имущество, потихоньку поглядывали, как подруга занимается едой. Надо быть полным глупым, чтобы не понять, что самим нам этого и за неделю не съесть. Если мы не ждём иных гостей в составе человек тридцать, но есть вероятность, что помогать есть излишки позовут именно бойцов из отряда Клыка Ледозуба. Среди бойцов были и женщины, пытавшиеся помочь, но наёмница отмахнулась в стиле, что лучшая помощь — это не мешать.

Криворукий лихо следил за костром, подливал воду и всячески старался, а я вроде как остался без дела. Мне тоже обозначили, что могу смотреть, но не трогать. Аборигены, вначале пытались как-то контролировать нашего криворукого, чтобы не сбежал, но потом, увидев, что он активно помогает на кухне и бежать в ночь даже и не думает, перестали напрягаться и обращать на него внимание, сконцентрировавшись на внимательном отслеживании процесса готовки. В любом случае, это наш пленник, они его отдали, а дальше наши заботы.

Груда еды всё появлялась и росла. Усталые люди уже доделывали свои дела или просто садились у костра, соблюдая достаточную дистанцию, чтобы не попасть под мечущуюся супругу. Пришла в голову идея.

— Я сейчас, а ты пока тут на хозяйстве сама, — проинформировал я Длань и направился к мосту.

— Да-да, льда на коктейли принеси, только кроши покрупнее, — одобрила она моё решение.

Около ледяного моста образовались настоящие сугробы. Воздух около реки и так влажноват, а соприкасаясь с ажурным строением мгновенно промерзал, образуя крошечный, зато непрекращающейся снегопад. Мост таять не собирался, и вокруг него уже намело очень прилично. Но моя задумка была не в этом. Прошёл вдоль замерших статуй, улыбнулся хладонитовой скульптуре шестирукого с топором, который бережно охраняет покой тех, кто внутри замка. Всё было на месте, включая песни и приличное такое давление. Да, мостик давил, так давил. Наверное, я в первый раз сильно дергался, что вообще внимания не обратил. Не скажу, что прям совсем тяжело, но вполне по-взрослому, и да, самое главное, что стараются вреде как для тебя, не нападают, а защититься от дружественного огня всегда сложнее.

Вошёл в замок. Вот моя цель. Раз оставили кувшинчик, то наверняка не с ядом и пахнет как вино, на вкус как вино, и локоть тоже изъянов не увидел. Раз он здесь просто так стоит, а руна принадлежит мне, то какая разница, выпью я его тут или на вынос? Например, могу взять на вынос и поднос с пирожками, нарезанным мясом и фруктами. На больших кораблях и базах флота, где до столовой могло быть две-три палубы и расстояние в несколько километров, всегда была возможность взять что-то с собой, чтобы не тратить время и поесть прямо на боевом посту.

Не могу знать, чем руководствовались создатели моста, но когда взял в руки блюдо и кувшин, на их месте появился такой же, а у меня безвозвратно пропали четыре капли звёздной крови. Значит, здесь такой тариф? Второе блюдо брать не стал. Жратвы и так полно, а вот второй кувшин подцепил, как кружки с пенным по нескольку носят. Ещё минус две капли звездной крови безвозвратно. Цена прямо кусается. Мне не жалко, я вообще деньгами мало заморачивался в своей жизни, но и эту часть бытия всегда контролировал.

Прямо сейчас, с моим запасом звёздной крови хватит дивизию напоить, но обратил внимание, что кровь не просто тратится, а расходуется безвозвратно. Пара кувшинчиков вполне. Лишнего брать не стал, у меня была ещё Корзинка Удовольствий и наверняка какое-нибудь пойло припасено у аборигенов. Если вдруг совсем нужно будет, вернусь и куплю ещё пару кувшинчиков, а пока, думаю, хватит. Отправился обратно. Удобная вещь этот мост. Как корзинка удовольствий, только тарифы здесь совсем недобрые, а по-настоящему для золотых господ.