Гэри Нанн – Битвы с экстрасенсами. Как устроен мир ясновидящих, тарологов и медиумов (страница 26)
Может, стоило бы принять официальный моральный кодекс экстрасенсов? Шарине идея нравится. Но что включить в этот кодекс?
– Перво-наперво туда нужно вписать пункт, запрещающий экстрасенсам давать советы по поводу здоровья. Это следует оставить врачам.
Кроме того, она считает, что необходимо ввести «гарантийный срок» для людей, переживающих тяжелую утрату:
– Если после первой сессии клиент платит 100 долларов, специалист обязан консультировать его бесплатно или отказаться принимать его, – предлагает она.
Шарина Стар прожила потрясающую жизнь. Помимо работы экстрасенсом у нее есть еще несколько профессий: консультант, детектив под прикрытием, писательница, диктор радио, регистратор браков, мастер фэн-шуй, гипнотизер, актриса, телеведущая и волонтер-наставник для молодежи в колонии для несовершеннолетних. То, что она нашла время поболтать со мной за чашкой чая-латте, – это маленькое чудо, и я очень благодарен ей.
Как частный следователь, она берет заказы, связанные с разоблачением неверных супругов, «пропажей людей, которые не хотят, чтобы их нашли» и делами о мошенничестве.
– Меня нанимают ради моей интуиции, – утверждает она, хотя мы с ней пока не определились, откуда берется эта интуиция – из мира духовного или человеческого.
Ее особенно увлекает тема мошенничества – в частности, те экстрасенсы, которые накладывают на людей проклятия или чары, а потом берут деньги за то, чтобы их снять.
Как-то раз в рубрику Шарины на одной из самых популярных радиостанций Австралии, 2UE, позвонила женщина и пожаловалась, что некая ясновидящая увидела на ней проклятие и предложила снять его за деньги.
– В эфире я сказала той девушке, что это мошенничество, – говорит Шарина.
Ее собственная двоюродная сестра лишилась похожим образом 12 000 австралийских долларов.
Это одна из причин, по которым Шарина Стар, скептик-экстрасенс, «не церемонится» с другими экстрасенсами.
Потом она рассказала мне, как однажды ездила на двухнедельный отраслевой круиз с компанией P&O. Там она познакомилась с темной стороной этого бизнеса и закулисьем конкурентной борьбы.
– Я выхожу к людям в красивом платье, ведь я артист, – говорит она. – Думаю, многие мне завидуют – я 27 лет вела шоу на радио 2UE.
Другие экстрасенсы, оказавшиеся на борту, зажгли свечу и посыпали Шарину пеплом.
– Так они говорят: держись подальше, стерва, – объясняет она. Я шокирован, она лишь пожимает плечами.
Но я приметил еще кое-что из ее рассказа: она считает себя артистом.
Таково ее самоопределение? Развлечение публики? Как некая противоположность предоставлению серьезных услуг?
– Я бы скорее сказала, что это 50/50: на 50 % развлечение и на 50 % всерьез.
Шарина говорит, что, когда ее нанимают серьезные фирмы, она «переходит в корпоративный режим» – так Невин Роттингер работала на брокерскую фирму (хотя Шарин не может назвать своих клиентов из-за подписанных ею договоров о неразглашении). Это серьезная часть работы.
– А если я иду на девичник, я должна быть легкой и пушистой. Серьезность там ни к чему.
Думаю, если она «читает» целую комнату людей, как «прочла» для меня кафе, она производит настоящий фурор.
Мы допиваем кофе, и Шарина говорит:
– Можно я вас угощу? – вот настолько она милая. Она экстрасенс с совестью. Недавно она закончила обучение на психотерапевта и считает, что это необходимо каждому экстрасенсу – из-за материала, с которым им часто приходится работать. Оказывается, Шарина получила свой диплом как раз накануне нашей встречи.
В разговоре повисла пауза. Мы оба оперли подбородки на сложенные чашей ладони, опершись локтями на стол.
Потом она делает глубокий вдох, и мы оба откидываемся на стульях.
– Ну что, – спрашивает она, – хотите лучший совет на удачу?
Я с улыбкой киваю.
– Красные трусы! – заявляет она. – И даже не думайте носить трусы другого цвета.
Тем же вечером я заказываю через интернет три пары красных трусов. Посмотрим, придет ли после этого удача, но в любом случае они будут напоминать мне об этой удивительной встрече и всех тех вещах, которые мне посчастливилось услышать.
Через несколько дней, собравшись с друзьями в пабе, я рассказал им, как мне понравилась встреча с Шариной Стар. И даже показал краешек новых красных труселей. У нас началась дружеская перепалка о том, нужно ли вводить моральный кодекс экстрасенсов – рекомендации и правила, которым должны следовать специалисты в этой сфере.
– Вроде бы им нельзя говорить людям, как они умрут, – вклинился Крейг.
– Теперь, может, и нельзя, – откликнулся Боуден, – но именно это один хиромант рассказал моему отцу.
Отцу Боудена по линиям на ладони предсказали, что он погибнет в авиакатастрофе. Ему тогда было 16 лет. И с тех пор он ни разу не летал на самолетах. Сестра не ездила в отпуск в дальние страны. И родители Боудена ни разу не приехали из Великобритании к нему в гости в Австралию, что его очень расстраивает – особенно когда он наблюдает, как его друзья радостно встречают своих родителей и даже дедушек и бабушек в международном терминале сиднейского аэропорта, куда те целые сутки добирались из лондонского Хитроу. Думаю, ему это как соль на рану.
Это наводит на размышления о том, какую власть может получить хиромант над двумя поколениями одной семьи, и эта власть простирается на целые десятилетия, ей не страшны ни годы, ни разумные доводы. И какого рода эта власть: навязать фобию, которая иначе просто не возникла бы.
– Ты бы не решился, правда? – сказал кто-то. – Полететь на самолете, я имею в виду. Если бы тебе сказали в юном и восприимчивом возрасте, что такой будет твоя смерть.
Мы все согласились, что скорее всего не сели бы в самолет, и, прихлебывая пиво, задумались о том, как это повлияло бы на нашу жизнь, оказались бы мы в Сиднее, где познакомились через диаспору британцев, живущих в Австралии, и обнаружили много общего, делясь своей ностальгией и историями из жизни, в том числе подобными этой.
Шарина сказала, 50/50: на 50 % развлечение и на 50 % всерьез. Пришло время изучить серьезную половину – моральные принципы, которые действуют, когда люди впадают в серьезную зависимость от подобных услуг.
Медиумы, к которым приходят, чтобы справиться с болью утраты. Экстрасенсы, которых нанимают, чтобы найти пропавших. Ясновидящие, которых приглашают на вечеринки ради развлечения. Причины, по которым люди обращаются к потустороннему миру, становились мне более или менее ясны. И тут мой друг Уильям, когда мы встретились выпить кофе, подкинул еще одну причину, почему люди вроде него подсаживаются на мистику.
Все смешалось в жизни Уильяма Брума. Но никто не умер, поэтому медиум был не нужен.
Просто на личном фронте внезапно воцарился хаос.
Он расстался со своим партнером Доналом, и ему хотелось немного поддержки в выборе стратегии, как прожить этот новый этап своей жизни.
Уильям давно увлекался группой Psychic TV и на этой волне начал заказывать чтения по телефону и электронной почте.
Он делал это задолго до расставания, и это зашло так далеко, что Донал установил лимит трат на эти развлечения, когда в 2006 году Уильям вышел из-под контроля.
Лимит возник как реакция на растущую зависимость. Сначала он обратился к седьмому по счету экстрасенсу, потом к восьмому, потом к девятому. Не успел он глазом моргнуть, как расстался с 1500 фунтов.
На этот раз, четыре года спустя, Уильям, по его собственным словам, склонился ближе к скептицизму.
– После нашего расставания я уже был скептиком, но продолжал звонить экстрасенсам в отчаянном поиске надежды и утешения, – рассказывает он. – Я впал в зависимость, это помогало мне заполнить пустоту и не чувствовать себя таким одиноким. Это было своего рода психотерапией. Я не мог собраться с мыслями. Чувствовал себя разбитым.
Ответы некоторых экстрасенсов оказались обескураживающими – так, в одном письме говорилось, что ему нужно отпустить Донала, хотя в глубине души он хотел, чтобы они снова были вместе. К счастью для него и, возможно, благодаря новообретенному скептицизму он не последовал этому совету. Они с Доналом снова сошлись и уже 15 лет счастливы вместе.
Другой специалист предположил, что в детстве он подвергался насилию, но, вероятно, «просто вытеснил это из памяти».
Одержимость Уильяма экстрасенсами началась со встречи с ясновидящей по имени Мадам Розина на Борнмутском пирсе.
– Поначалу это была просто забава, – говорит он. Но потом ему стало не до шуток.
В 2005 году он записался на очный сеанс к экстрасенсу Салли в Уимблдоне под Лондоном. Салли была, судя по всему, хороша. Она-то и подсадила его по-настоящему.
– Салли заставила меня задуматься, есть ли толика правды в предсказаниях экстрасенсов, – рассказывает Уильям. – В то время она вела рубрику с предсказаниями о знаменитостях в воскресной газете. Так я о ней и узнал.
Вот она, сила печатного слова: люди верят газетам, когда подобная информация появляется рядом с настоящими новостями и без дополнительных дисклеймеров.
Когда Уильям пришел в уютный дом Салли на сеанс, он практически сразу же почувствовал себя лучше.
– Помню, она показалась мне очень убедительной. Многое из того, что она говорила, запало в душу и приободрило меня.
Есть одно расхожее высказывание, ошибочно приписываемое американской писательнице Майе Анджелу: «Люди забудут, что вы сказали, люди забудут, что вы сделали, но люди никогда не забудут, какие чувства вы у них вызвали».