Гэри Нанн – Битвы с экстрасенсами. Как устроен мир ясновидящих, тарологов и медиумов (страница 12)
Я понимаю, что в данном случае власть не была сосредоточена в руках одного-единственного медиума, это не совсем то же самое, когда один астролог или ясновидящий решает, кого уволить и с кем вступать или не вступать в романтические отношения – или в какой момент президенту следует обратиться к народу.
Однако этот случай показывает, что происходит, когда на обычных людей взваливают непосильный груз ответственности: ноша доводит их до состояния, когда они уже не могут доверять своему разуму и непредвзятости. Участники жюри присяжных не располагают той системой поддержки и консультирования, которая доступна представителям власти. У них нет команды политтехнологов, пиарщиков и политических советников – у них есть только совесть и гражданская сознательность. И когда они не уверены в своем решении, чувство вины будет терзать их до конца жизни.
Поэтому они могут обратиться за наставлениями к высшей силе, она предлагает более простые и удобные на первый взгляд ответы, которых не найдешь в нашем несовершенном и хаотичном мире. Судьба Стивена Янга была вверена присяжным, и эта ответственность их сломила.
Любопытно, что мы не позволяем этой системе духовных убеждений открыто влиять на наши столпы демократии, но позволяем это делать иудео-христианской религии: мы клянемся на Библии говорить правду и только правду, оставляем в Палате лордов места для бесчисленных епископов, поддерживая тем самым консервативные взгляды, которые ограничивают в правах женщин, представителей ЛГБТ-сообщества и неизлечимо больных людей, которые отчаянно желают умереть достойно.
Как мы относимся к людям, которые верят во все эти антинаучные, неправдоподобные христианские чудеса? Мы предоставляем им невиданные налоговые льготы, чтобы они могли основывать крупные и влиятельные организации, выделяем им рубрику «Мысль на день грядущий» на BBC Radio 4 и следим за тем, чтобы никто не оскорбил их богохульством.
А как мы относимся к экстрасенсам и медиумам? Мы отвергаем и отрицаем их, принижаем их до роли обычных аниматоров, высмеиваем всякого, кто готов воспринимать их хоть сколько-то всерьез.
Занятные двойные стандарты.
Еще более абсурдно то, что многие христиане – с большим высокомерием, надо сказать – смотрят на экстрасенсов как на мошенников, основываясь на Священном Писании.
Когда апелляцию Стивена Янга удовлетворили, родственники Фуллеров были готовы растерзать тех четверых присяжных. Они заявили, что члены жюри выставили на посмешище их тяжелую утрату, и этот поступок будет тяготеть над ними всю оставшуюся жизнь.
На повторном процессе Стивен Янг снова был признан виновным.
Раз уж речь зашла об отношениях между экстрасенсами и системой правосудия, следует упомянуть, что были времена, когда гадание считалось искусством настолько темным и опасным, что его запретили сначала в Англии, а потом и в Австралии. На самом деле технически оно до сих пор незаконно в некоторых западных странах.
В США, как и в Австралии, такое решение принимается на уровне штата. Верховный суд Калифорнии отменил постановление о запрете гаданий более 30 лет назад, так как усмотрел в нем противоречащее Конституции посягательство на свободу слова, и сравнил работу экстрасенсов с политическими опросами, которые тоже дают предсказания. (Впрочем, после неожиданной победы Трампа на президентских выборах и Брекзита результаты этих опросов и предсказательные способности политологов внушают куда меньше доверия, чем экстрасенсы.)
Суды некоторых американских штатов последовали примеру Калифорнии. Верховный суд США выступает против полного запрета на гадание.
Однако в некоторых штатах, например в Нью-Йорке, гадание все еще рассматривается как мелкое правонарушение и карается заключением сроком до 90 дней или штрафом в 500 долларов, за исключением тех случаев, когда гадание осуществлялось «в рамках представления или выставки с целью развлечения публики». Что, конечно, открывает широкие возможности для толкования. Именно поэтому в Нью-Йорке полно гадалок и предсказателей (которые, по слухам, еще и вступают в территориальные споры).
Предсказание судьбы за деньги по сей день считается преступлением согласно сводам законов Южной Австралии и Северной территории. Оно оказалось под запретом, поскольку было сочтено мошенничеством.
Исследовательница Алана Пайпер пишет:
Периодически случались попытки оспорить приговоры гадалкам и предсказателям на том основании, что экстрасенсорные способности являются истинным даром – по крайней мере, его носители в это верят, – а следовательно, подобная деятельность не является мошенничеством.
Но судьи отклоняли апелляции.
По словам Пайпер, гендерная предвзятость в делах подобного рода проявляла себя с самого начала:
Хотя предсказателей посещали и мужчины, считалось, что они делают это значительно реже и, как правило, приходят с целью получить ответ на конкретный запрос касательно инвестиций или поиска потерянного имущества… Женщины, по всей видимости, впадали в зависимость от визитов к гадалкам из-за своей увлеченности сплетнями и романтическими переживаниями или же из-за «невротических импульсов», которые делали их особенно легковерными. Газеты предупреждали об опасных последствиях, которые гадания могут иметь для «недалеких женщин». Сельских женщин обвиняли в том, что они спускают семейные деньги на шарлатанов.
С 1900 по 1918 год в Австралии было проведено 247 процессов по делам о гадании, 82 % обвиняемых были женщинами. До 1915 года в полиции служили только мужчины. Они часто работали под прикрытием и ходили к гадалкам, притворяясь клиентами, желающими узнать свою судьбу.
В результате некоторые гадалки стали бояться клиентов-мужчин и принимали у себя только женщин. Однако позднее в полиции стали принимать на работу женщин специально для таких операций. Упорство, достойное уважения! Гонения на предсказательниц усилились с началом Первой мировой войны, поскольку считалось, что они могут подорвать боевой дух нации.
Тем не менее, пишет Алана Пайпер, главными функциями гадалок и предсказательниц были развлечение народа (пока не изобрели «Нетфликс») и эмоциональная поддержка (вместо психотерапии).
Это одна из старейших в мире профессий. Она приспосабливается к развитию технологий, социальных сетей, культуры мемов и прочим новшествам эпохи постправды. Со времен шаманов, державших связь с миром духов в древних культурах, и до наших дней, когда сосуществуют гаитянское вуду, пуэрториканская брухерия, викканские традиции и азиатские системы верований вроде китайской нумерологии, ни одна страна не обходилась без широкого распространения и даже профессиональной индустрии, делавшей деньги на нашем любопытстве. В XXI веке, когда появились витрины и неоновые вывески, сеансы по «скайпу» и «зуму», телефону и электронной почте, специальные приложения, бизнес стал процветать.
Когда-то это был способ заработать денег для безграмотных представителей низов общества. Женщины обращались к этой профессии в отсутствие других возможностей – они могли работать дома, полагаясь только на свои мозги и свое чутье. Это была карьерная возможность для тех, кто не мог зарабатывать на жизнь физическим трудом, – например, для пожилых дам. И особенно она подходила вдовам.
Привлекательность этой профессии для женщин сохранилась и в наши дни: именно они преобладают в индустрии духовных практик – как среди исполнителей, так и среди потребителей услуг. В течение истории – от античных мифов о Кассандре до пророчеств Нострадамуса и далее до криминализации подобной деятельности в странах Запада – рейтинг доверия экстрасенсов колебался, будто маятник. В данный момент этот маятник находится ближе к точке, где оккультизму приписывается более глубокий смысл, нежели простое развлечение.
Во всем этом имеется и расовая составляющая: отдавать приоритет аналитическому мышлению перед любыми другими типами – очень западная черта. При этом совершенно не учитываются восточные и аборигенные культуры, в которых принято больше доверять чувствам, прислушиваться к интуиции, читать притчи – и лишь после этого принимать решение. В подобных культурах старики играют роль экстрасенсов, ведь к ним приходят за советом в поисках жизненной мудрости. Считать такой тип мышления «примитивным» – типичный снобизм белых людей. Наука может ответить на многие вопросы, но далеко не на все.
Она не может разрешить многие этические дилеммы нашего времени, а повторение мантр и максим, унаследованных от предков, – может.
И, конечно, она бесполезна в делах сердечных, которые издавна составляют одну из главных проблем человечества.
Глава 6
Проверка любовью
В следующий раз, когда мы с Тарен обсуждали влияние экстрасенсов и медиумов на ее жизнь, нам было уже не до шуток.
К моменту знакомства с Айрис я уже полгода был глубоко погружен в мир мистики. Я начал постепенно отвечать на глобальные вопросы о том, какую роль экстрасенсы играют в бизнесе, политике и СМИ. И добрался до этапа, на котором мне требовался непосредственный опыт.