Герхарт Гауптман – Перед восходом солнца (страница 30)

(Грозясь кулаком на Лесного Фавна.)

Ну, постой!

Запомни! Комаров тебе нашлю я

И оводов таких, что ты от боли

Нигде себе и места не найдешь!

(Злорадно, исчезая.)

Они идут.

(Уходит)

На доброе здоровье!

(К Раутенделейн, которая все еще стоит, поглощенная видом Гейнриха и его страданий.)

Ступай скорее в дом! Задуй свечу.

Мы спим.

(Мрачно, с упрямством.)

Я не хочу.

Не хочешь?

Нет.

Да почему?

Они возьмут его.

Так что ж?

Я не хочу.

Ах, дочка, дочка!

Пойдем! Ведь тут ничем уж не поможешь.

Беда – бедой. Пускай его берут.

Пусть мертвый будет с мертвыми. Ты знаешь,

Он должен умереть, так пусть умрет.

Ему же будет лучше. Погляди-ка,

Как жизнь его терзает: прямо в сердце

И бьет его, и колет.

(Во сне.)

Солнце гаснет!

Он солнца и ни разу не видал.

Пойдем! Пусть он лежит!

Так лучше будет!

(Уходит в дом.)

(Оставшись одна, прислушивается. Опять слышатся возгласы: «Гейнрих! Гейнрих!» Тогда девушка быстро срывает цветущую ветку и проводит около Гейнриха круг по земле, говоря при этом.)

Ветку первую в цветах

Я держу в своих руках,

Я в руках ее держу,

Круг заветный провожу.

Ты лежи себе, лежи

И себе принадлежи,

Будь своим и будь моим!

Больше власти нет над ним,

Все бессильны в этот миг:

Дева, юноша, старик.

(Отступая, исчезает в темноте.)

Пастор, Цирюльник и Школьный Учитель один за другим выходят из лесу.

Я вижу свет!

И я!

Да где же мы?

Бог знает! Снова слышно: «Помогите!»

Да, это Мейстер.

Ничего не слышу.

Крик слышен был оттуда, с высоты.

Пожалуй, это было бы возможно,

Когда бы к небу падали! Однако

Мы падаем как раз наоборот:

С горы в долину, не с долины в гору.

Чтоб мне не быть в раю: наш Мейстер, верно,

Лежит с полсотни саженей – пониже.

А, черт возьми! Не слышите вы, что ли?

Коли не Мейстер Гейнрих наш кричал,

Я с бритвой к Рюбецалю отправляюсь.

А это ремесло как раз по мне!

Вот, снова!