Герберт Уэллс – Неопытное привидение (страница 99)

Вскоре показались знакомые очертания аэродрома вблизи деревни с колокольней и церковью. Еще сверху он попытался определить, вернулись ли Перец с Буддой. И увидел их самолеты. Целы. Здесь мои перчики буддистские…

Выпустил шасси.

Самолет коснулся земли, побежал бодро, чуть подскакивая, вздрагивая всем телом. И Арсений был частью этого странного тела.

К самолету уже шагал Клинцевич, переваливаясь с боку на бок, как раскормленный гусь. Такая у него была походка. Козырнул, широко улыбаясь. Арсений ответил.

– Ну что, командир? – хрипло спросил техник.

Арсений в ответ показал пальцами ноль.

– Ничего, охота только начинается, – ответил техник, уже всматриваясь в обшивку самолета и замечая пробоины. – А смотрю, латки ставить надо? – даже с каким-то удовольствием спросил он. – Выходит, был бой?

– Был, Трофимыч, – сказал Арсений, доставая папиросы и угощая, как всегда после полета, техника.

Тот неторопливо брал папиросу, задумчиво нюхал ее, сминал гармошкой бумажный мундштук, прикуривал, втягивая щеки посередине, и выпускал клуб дыма, сам делаясь похожим на какого-то тоже божка, создателя облаков.

И слушал рассказ командира.

– А что у ребят? – спросил Арсений.

– Отправили в отпуск одного «юнкерса». А другой ушел.

– Я так и думал, что за ним гонюсь, – промолвил Арсений, кивая. – Ну значит, не прошли на тот бедный Ржев.

– Там уж и так все побомблено, – отозвался техник. – Да и ведь сам город ихний сейчас.

– Во Ржеве сейчас жарко… Операция в самом разгаре. Наши вот-вот отобьют город. Вот куда надо летать.

– Но ветерок весть донес, что к партизанам лететь нужно.

– К каким?

– А шут их знает. Сопровождать ПС с лекарствами, харчем, боеприпасом. А оттуда забрать раненых-калеченых, занемогших.

Арсений загасил окурок и пошел в штаб на доклад, на ходу обернулся.

– Трофимыч, а дырки быстрее подлатать можешь?

– Могем, а то как же, – откликнулся техник, потирая лениво руки. – Не про техника ль говорено: и швец, и на гитаре игрец, а Гитлеру от летчика – капец.

– Так подлатаешь прямо сейчас?

– Дефекты и мандавошки сами не проходят, – пробормотал свою излюбленную присказку Клинцевич.

Арсений улыбнулся… Но к штабу подходил сосредоточенный и хмурый.

Вообще он должен был доложить о полете своему непосредственному начальнику – командиру эскадрильи, но ему не терпелось узнать о новом задании.

…И сразу он столкнулся с комиссаром Салазьевым. Козырнул и хотел пройти к кэпу, но тот его остановил.

– Жарковский, где вы были?

Арсений уставился на Салазьева, на его, как всегда аккуратно подстриженные усы.

– Выполнял задание.

Легкая усмешка пробежала по лицу Салазьева.

– Выполнили?

– Хочу доложить об этом командиру, – ответил Арсений.

– Сейчас я вас спрашиваю, – холодно заметил Салазьев.

И Арсений вынужден был доложить о полете комиссару. Тот слушал, кивая скорее не сообщениям, а каким-то своим мыслям.

– То есть во всем виновато, как обычно, облачко, – с тонкой улыбкой проговорил Салазьев.

Арсений прямо взглянул в светлые глаза комиссара.

– Скорее, радио. Точнее – его отсутствие.

– Но вам же устанавливали радиоприемник, – возразил комиссар.

– И я его снял в конце концов, – ответил Арсений. – Был вынужден. Бесполезная громоздкая штуковина.

– Радио не работало?

– Так точно.

– Но у Самоедова оно есть, – напомнил комиссар. – И у Карпухина.

– А что толку? Они ничего не слышат из-за треска и помех. Частота всегда сбивается. Просто боятся снимать. А на самом деле совершенно бесполезная дребедень, – раздраженно отвечал Арсений. – В бою это не помогает, а только отвлекает.

– Вас слишком многое отвлекает, товарищ Жарковский. Облачность, туман и, – здесь комиссар взмахнул рукой, – так далее. Я настаиваю на установке радиоприемника на ваш самолет. Иначе это будет расценено как намеренное саботирование.

Арсений вспыхнул, недаром же он был из Жарков.

– А этот вопрос надо ставить ребром на заводах, выпускающих такое оборудование. Радио наш Попов изобрел вон еще когда! А кто им пользуется? Немец. На его самолетах все отлично работает.

Салазьев быстро и остро взглянул на Арсения.

– Откуда вы знаете?

В этот момент отворилась дверь, и появился грузный кэп с большой головой.

– Жарковский! – воскликнул он. – Ну-ка, говори сюда. Сбил второго?

– Никак нет, товарищ майор.

– Эх, хмм, – заворчал медведем по своему обыкновению кэп.

Арсений начал докладывать. Кэп качал крупной башкой, почесывал за ухом.

– Дырки большие? – поинтересовался он, когда Арсений закончил.

– Нет.

– На одном крыле?

– Так точно.

– Хм, бххр… ры… А я вот хотел тебя отправить в сопровождение с Пээсом восемьдесят четвертым. Надо его будет встретить над Пено и проводить…

– Куда, товарищ майор?

Майор взглянул на него, прищуривая один глаз, такая у него была привычка.

– А тебе-то что? Отдыхай. Полетят перчики. Через двадцать минут вылет. Свободен, товарищ старший лейтенант.

Арсений козырнул и отправился в сторону своей землянки. Когда он собирался нырнуть в деревянное чрево военного жилища, уже ощутимо пахнущего табачным дымом, из соседней землянки вышел как раз его непосредственный командир, капитан Дементьев, высокий, кадыкастый, с оттопыренными ушами.

– Жарковский?

– Так точно, – ответил тот и доложил о полете, затем спросил о предстоящем сопровождении ПС-84.

– К партизанам, – отвечал Дементьев. – К Бате.