Герберт Уэллс – Галерея призраков (страница 26)
— Я попрошу довезти их инструктора из салона, — ответила она. — Инструктора по вождению из автосалона, Люк. На машине, которую я куплю, когда улажу все вопросы в банке.
Мисс Уилсон оторвала от шитья удивленный взгляд, когда услышала топот копыт, простучавших по улице мимо ее маленького ателье.
Она успела только заметить, как что-то низенькое молнией пронеслось мимо окна. Не успев удивиться, она случайно наткнулась взглядом на свое отражение в большом зеркале, перед которым клиенты примеряли сшитые ею платья.
Ее полное имя было Элис Уилсон. Но прошли уже долгие годы с тех пор, как кто-либо называл ее Элис. В свои тридцать три она была серенькой и неприметной, как церковная мышь…
Но… нет! Мисс Уилсон, не веря глазам, рассматривала свое отражение. Она… она больше не была похожа на мышку! Теперь она была — о да, сомневаться в этом не приходилось — почти красавицей!
Забыв об отрезе ткани и иголке, которые по-прежнему держала в руках, Элис Уилсон с удивлением смотрела на женщину в зеркале — миниатюрную, со счастливей улыбкой на румяном лице, обрамленном длинными локонами золотых волос, локонами, от которых, казалось, исходило сияющее свечение.
У женщины в зеркале были мягкие и влажные красные губы, а ее голубые глаза обладали чистотой и глубиной небесной лазури. Элис Уилсон снова улыбнулась, не в силах сдержать свое радостное удивление. И женщина в зеркале опять улыбнулась ей в ответ.
Кончиками пальцев Элис осторожно прикоснулась к лицу. Что случилось? Может, это сон или обман зрения? Каким образом…
Она вздрогнула от неожиданности, услышав приближающиеся звуки торопливых шагов. В комнату вбежала раскрасневшаяся от возбуждения Нетти Питерс. При ходьбе она смешно выставляла вперед голову на тощей шее, отчего сразу становилась похожей на встревоженную курицу.
Ателье мисс Уилсон располагалось на Ярмарочной площади рядом с магазином, и потому обречено было стать местом первой остановки Нетти в ее круизе по городу. Наконец перед мисс Питерс был слушатель, с которым она могла поделиться новостью о проклятии Люка Хоукса.
— Мисс Уилсон, — выдохнула она с порога. — И что же вы думаете…
— Она думает, что ты явилась, чтобы растрезвонить о каком-нибудь скандале или рассказать очередную сплетню, — перебил ее пронзительный голос, похожий на скрежет напильника.
Голос, как ей показалось, доносился из ее собственного рта. Нетти Питерс подозрительно посмотрела на портниху.
— Мисс Уилсон, — строго проговорила она, — если вы предпочитаете практиковаться в чревовещании, вместо того… чтобы выслушать, что я собираюсь вам рассказать… — «Точно так же, как ты собираешься рассказать это всем остальным», — снова перебил ее второй голос, и Нетти Питерс едва не лишилась чувств — второй голос действительно раздавался из ее рта!
Она в панике схватилась обеими руками за горло, но, поскольку мозг ее был ослеплен ужасом, язык сам собой продолжал трещать о том, что она собиралась рассказать.
— Я видела Люка Хоукса… — «Точно так же, как ты видишь все, что тебя не касается», — взвизгнул пронзительный второй голос, легко заглушив ее обычную речь: — …В магазине на Ярмарочной площади, и там он с женой… — «занимался своим делом, что и тебе иногда не мешало бы». — …Покупал одежду для своих бедненьких голодненьких детишек, над которыми они просто измываются… — «Только последний идиот тебе поверит!» — …И когда мистер Хоукс попытался расплатиться с продавцом… — «А ты так и присматривалась, сколько у него денег», — …«То банкноты буквально прилипли к его пальцам», — «А ты никогда не задумывалась, что все жители этого городка были бы просто счастливы, если бы все твои слова прилипли к твоему горлу?»
Городская сплетница, обессилев, смолкла. Слова выскакивали из нее наперегонки, полностью лишая ее рассказ какого бы то ни было смысла, как будто два голоса старались перекричать друг друга. Она чувствовала в горле странное трепыхание. Как будто одновременно говорила двумя языками…
Мисс Уилсон озадаченно смотрела на нее, и Нетти Питерс только теперь впервые обратила внимание на необычайное свечение волос портнихи, на непривычную мягкость черт ее лица.
Бессвязные слова забились в горле старухи, просясь наружу. В глазах ее вспыхнул ужас. Она развернулась и, сдавленно всхлипнув, выбежала из ателье.
Пораженная Элис Уилсон все еще смотрела ей вслед, когда дверной проем заслонила другая фигура. Это был мистер Уиггинс, владелец убыточного книжного магазинчика, располагавшегося с противоположной стороны от ее ателье.
Обычно мистер Уиггинс был бледным и застенчивым. Из-за сильной сутулости и толстых линз очков он казался значительно старше своих тридцати восьми. Он постоянно улыбался, но это была робкая и осторожная улыбка человека, который просто не осмеливается не улыбаться от страха, что судьба окончательно отвернется от него.
Однако сегодня, в этот день странных происшествий, мистер Уиггинс стоял на удивление прямо. Его волосы были взъерошены, очки съехали набок, а глаза сияли от возбуждения.
— Мисс Уилсон! — воскликнул он. — Со мной случилось нечто невероятное! Я просто должен рассказать об этом кому-нибудь. Прошу вас, не сердитесь на меня за то, что я ворвался к вам так неожиданно!
Элис Уилсон взглянула на него и в тот же момент забыла о собственном странном перевоплощении.
— О нет! — ответила она. — Конечно же, я не сержусь. Я… я рада!
За окном простучали копыта, и раздалось пронзительное лошадиное ржанье, сопровождаемое взволнованными криками мужчин.
— Такое впечатление, что по городу бегает стадо диких пони, — поделился мистер Уиггинс с мисс Уилсон. — Один из них заскочил на тротуар и чуть было не сшиб меня с ног, когда я шел сюда. Мисс Уилсон, вы ни за что не поверите тому, что я хочу вам рассказать. Вы должны сами это увидеть. Только тогда вы не подумаете, что я сошел с ума.
— Что вы! Я бы никогда так не подумала! — заверила его мисс Уилсон.
Не слушая, что она говорит, мистер Уиггинс схватил мисс Уилсон за руку и буквально потащил за собой к двери. Щеки ее залил нежный румянец, когда мистер Уиггинс прикоснулся к ней.
Она выскочила вместе с ним из ателье, пробежала с дюжину ярдов по тротуару и, чуть запыхавшаяся, оказалась в полумраке его крошечного книжного магазинчика.
По пути она мельком успела заметить трех или четырех косматых пони, весело гарцевавших дальше по улице, и Генри Джонса с Джейком Харрисоном, которые пытались поймать их под улюлюканье собравшейся вокруг них толпы.
А уже в следующее мгновение мистер Уиггинс, дрожа от возбуждения, насильно усаживал ее в старое мягкое кресло.
— Мисс Уилсон, — торжественно начал он, — я сидел именно на этот самом месте, когда ко мне в магазинчик — было это не более пятнадцати минут назад — зашел Джейкоб Эрл. Вы прекрасно знаете, как он ходит — напыщенно и величаво, как будто вся земля ему принадлежит. Я знал, что ему от меня нужно. Он хотел получить тысячу долларов, которые я ему должен. Я занимал их, чтобы купить книги для магазина. А у меня… ну, в общем, у меня нет таких денег.
Если вы помните, когда в прошлом году умерла моя тетя, она оставила мне в наследство участок земли за рекой, который я потом продал Джейкобу Эрлу за пятьсот долларов. Он делал вид, что оказывает мне великое одолжение, покупая мою землю только ради того, чтобы я смог начать свое дело.
А потом на этой земле был обнаружен золотоносный песок, и теперь она стоит по меньшей мере пятнадцать тысяч долларов! Я случайно узнал, что об этом песке Эрлу давным-давно было известно. И несмотря на это, он продолжает требовать тысячу, которую мне ссудил.
— Да, о да! — воскликнула мисс Уилсон. — С него станется! И что же вы сделали, мистер Уиггинс?
Мистер Уиггинс пригладил ладонью торчавшие во все стороны волосы.
— Я сказал ему, что у меня нет денег. Тогда он снял перчатку — правую перчатку — и заявил, что если денег не будет и завтра, то он заберет вместо них все мои книги и движимое имущество. А потом он положил руку на моего медного китайского, божка. И догадайтесь, что случилось!
— О, что вы! — прошептала мисс Уилсон. — Ни за что не догадаюсь!
— Смотрите! — воскликнул мистер Уиггинс дрогнувшим голосом и торжественно приподнял большую тряпку, которой был накрыт какой-то предмет, стоявший на прилавке прямо перед мисс Уилсон. Этим предметом оказался маленький китайский божок, не более фута в высоту, сидевший в позе лотоса и державший на бедрах вместительную чашу.
По его медному лицу блуждала хитрая улыбка, а губы открытого рта были округлены, как будто божка застали врасплох в момент крайнего удивления.
На глазах у потрясенной мисс Уилсон изо рта маленького божка выкатилась золотая монета и с музыкальным звоном упала в чашу на его бедрах!
Элис Уилсон задержала дыхание.
— О, Джон! — сумела наконец выговорить она, впервые в жизни назвав мистера Уиггинса по имени. — Это… это деньги?
— Китайские деньги, — объяснил мистер Уиггинс. — Там их уже полная чаша. Каждую секунду у него изо рта выскакивает новая монетка. А первая появилась в тот самый момент, когда мистер Эрл положил руку ему на голову. Смотрите!
Обеими руками зачерпнув содержимое чаши, он поднес золотые монеты к лицу мисс Уилсон и высыпал их ей на колени. Она осторожно взяла одну и подняла к глазам.