Гепард Лайри – Восход Луны (страница 281)

В свете лампы виднелась одинокая бледная фигура единорога. Его душа еще хранила невероятную сильную память о прошлой жизни, но черты астральной оболочки поблекли, будто полиняли и выцвели. В груди, там, где должно было быть сердце, тускло мерцала искра души. Единорог стоял, склонив голову над блокнотом, и невидящим неподвижным взглядом уставился в ряды странных символов, коими были испещрены страницы его дневника. А вокруг колыхались силуэты его кошмаров и страхов, принявших обличия жутких скелетоподобных созданий и нависших над своей жертвой. Из их пустых глазниц вытекала черная жидкость, заливая бумагу, книги, приборы и стол, стекая вязкими каплями вниз и теряясь в завихрениях тумана.

Фигуры вздрогнули при появлении фесликорны и отступили, быть может от того, что еще были недостаточно сильны, или же потому, что мягкое лунное сияние, исходившее от Стеллар Нокс, их отпугивало, заставляя держаться чуть поодаль. Они боялись ее, но совсем скоро ненасытный голод мог пересилить их страх.

- Я - Хранительница Душ, и имя мое - Стеллар Нокс. - Прозвучал над самым ухом потерянной души мягкий проникновенный тихий голос. - А кто же ты?

Единорог поднял на нее потухшие глаза, в глубине которых застыл сплав невероятно тяжелой печали и усталости. Когда-то при жизни глаза были приятного золотистого оттенка.

- Я ученый. Точнее... был им. Очень давно. Не знаю, насколько... к тому месту, где я был заключен, понятие времени едва ли применимо в стандартном его понимании.

- Что держит тебя здесь, в тумане и мраке?

- Я сотворил... очень большое зло. По моей вине погибли невинные. А другие - лишь отсрочили свою неминуемую мучительную смерть. Я поддался эгоизму, тщеславию и жадности и возомнил себя выше остальных. Решил, что интеллект - это привилегия... Когда-то я был членом Кантерлотской Академии наук и подавал огромные надежды. Передо мной были распростерты горизонты целого мира, полного невероятных чудес и открытий. Я мечтал о том, что мое имя войдет в анналы истории и будет жить в них вечно. И по иронии мечта моя исполнилась. Только закончил я не как великий деятель науки, а как убийца. Злодей, чье имя вписано в века кровью.

Искра души судорожно запульсировала и будто сжалась еще сильнее, до размеров крохотной тусклой точки. Поначалу отстраненный спокойный голос вдруг начал дрожать и прерываться, обрастая оттенками тревоги и боли, словно его владелец вновь переживал трагедию последних мгновений своей жизни. Тени вокруг него затрепыхались и зашептались, чуя скорое пиршество, и их внушающие страх костистые силуэты вновь проступили из тумана, будто волки, окружавшие свою добычу. Теперь они окрепли настолько, что не боялись саму Хранительницу. Льющаяся из их глазниц и раскрытых пастей чернильная жидкость окрасилась в багровый оттенок, и такими же обратились таинственные символы, танцевавшие на страницах дневника бывшего ученого. Звезды над головами беспокойно замерцали, и их свет едва уже пробивал завесу мрака отяжелевшего тумана, будто налившегося свинцом отчаяния и безысходности.

- Я подлый глупец. Одним гнусным порывом перечеркнул все, чего достиг за свою жизнь! А теперь!.. - Кратко вскрикнув, потерянная душа умолкла и вновь понурила голову. - А теперь я не знаю, куда мне отныне двигаться дальше... Если бы только можно было все исправить... если бы можно было вымолить прощение...

Стеллар Нокс неожиданно взмахнула серебристо-туманным крылом, будто обрывая тираду раскаяния, и распростерла его над единорогом, даруя свою защиту. Тени затрепетали и зарычали, гулко, отрывисто, грозными отголосками зреющей бури. Гнет вины, тяготившей ученого, был невероятно велик, и тем сильнее были его внутренние демоны.

Фесликорна молча взирала на него. Да, она прекрасно знала, кем была в прошлом эта душа и что она совершила. Но нет в глазах Хранительницы душ, сияющих светом звезд и лучащихся состраданием, ни гнева, ни разочарования, ни осуждения. Певучей мелодией гармонии зазвучал ее нежный голос:

- Душа - ни что иное, как частица самой Вселенной. И в каждом из нас, в бесконечной череде воплощений, цикл за циклом, Вселенная проживает историю свою. Каждая новая жизнь дарует нам шанс реализоваться в другом качестве, но какой будет эта жизнь и кем в ней нам предстоит быть - решаем лишь мы сами. Деяние твое, Сальвус Обсессимус, принесло другим много страданий и горя. Но ощущаю я, насколько искренне и сильно раскаяние твое, подтверждающее силу духа. И знаю, сколько усилий ты приложил во имя своего искупления.

- Недостаточно, - тихо прошептал историк. - Хоть моих друзей и удалось вернуть обратно, всех этих достойных пони ждала лишь одна участь. Я обрек их на страдания.

Единорог поднял взгляд на Хранительницу в немом вопросе и обреченном ожидании. На краткий, совсем краткий миг - искра внутри него робко моргнула маленьким лучиком света.

- Тебе не под силу вернуть уже умерших. Не печалься и не тревожься более о тех, кого ты знал - все они нашли дорогу, кто в новую, более счастливую жизнь, а кто-то, - фесликорна повела крылом, увлекая взгляд Сальвуса ввысь, - наблюдает за нами, храня наш покой и указывая путь во тьме. Они помогли мне найти тебя.

Один за другим огоньки нескольких звезд согласно мигнули. Неведомы были чистым вознесенным душам ни злопамятность, ни мстительность, ни злоба.

- А те, о ком ты беспокоишься, встретили судьбу свою достойно: семь веков генерал Хардхорн и его воины были заточены в камне, прежде чем удалось освободить их от проклятия. Отныне будут они жить долго и процветать.

Бывший ученый будто судорожно вздохнул в порыве изумления и облегчения. Стеллар Нокс удовлетворенно чувствовала, как прежде конвульсивные вибрации души становятся более спокойными и размеренными. Ранее блеклый силуэт единорога стал несколько светлее - астральное тело освобождалось от негатива. Тени глухо завыли и закрутились вокруг стола в головокружительном хороводе, в бессильной злобе забрызгивая поверхности густыми багряно-угольными чернилами, но, теряя связь со своей жертвой, они никак не могли уже пробить магическую защиту волшебницы.

- Многое выпало на долю твою. Была наполнена жизнь и добром, и злом - но остаться этому суждено в прошлом, - Хранительница кончиком крыла осторожно подняла морду ученого, глядя прямо ему в глаза. - Пора двигаться нам дальше.

Единорог бросил задумчивый взгляд на блокнот, все никак не решаясь расстаться с ним. Начертанные глифы все также пестрили на его страницах, но вдруг из стройных рядов символы стали выглядеть безобразными хаотичными закорючками, будто дневник отчаянно силился донести некий посыл в безмолвном крике.

- Я посвятил столько времени расшифровкам различных тайн и загадок. - Медленно проговорил Сальвус. - И мне казалось, что нет ничего важнее этого. Но я был столь слеп в своей самоуверенности, что так и не смог разгадать, пожалуй, самую главную из них. Представится ли мне еще... такая возможность?

Звездоокая кобылица мягко улыбнулась. Ее большие глаза лучились светом тысячи небесных драгоценных самоцветов.

- Несомненно, Сальвус Обсессимус. Готов ли ты написать новую страницу истории своей?

Ученый уверенно кивнул и поднял дневник над столом. Короткая вспышка, на секунду озарившая пространство... Магическое пламя, захватив бумагу, принялось поедать страницу за страницей. Тени изогнулись в страшном визге и разом потеряли свои очертания, превратившись в жуткие бесформенные кляксы. Блокнот горел, и символы в них плавились, истекая чернилами, будто кровью. Искра души Сальвуса, наконец по-настоящему освобожденная, засияла ярко, словно новорожденная звезда.

...Белый единорог в сопровождении Хранительницы Душ призраком растворился в иссиня-сером клубящемся тумане.

***

[ Файрволл и сыновья ]

Лучший тактик Ее Солнечного Величества остался в должности главного оружейника и кузнечных дел мастера Кантерлота. После возращения Хардхорна и его отряда из каменного плена получил возможность работать с уникальными образцами зачарованных доспехов многовековой давности и вернуть некоторые утраченные временем секреты ковки особенной стали и чар, накладываемых на оружие. Хардхорн владел уникальным боевым грозовым молотом, семейной реликвией, доставшейся от предка. Таким образом, Файрволл, доработав древние технологии под современные реалии, и усовершенствовав современные техники на основе опыта прошедших веков, учитывая опыт Селестии в бою с Найтмером, создал уникальную систему производства брони и оружия, обозначив направление массовой модернизации эквестрийской армии.

А двое его сыновей-непосед, ранее мечтавших лишь о карьере Вондерболтов, в итоге выбрали службу в ныне обновленной и реформированной Кантерлотской гвардии, у коей восстановлены престиж и репутация. Сначала старший загорелся желанием, после младший последовал его примеру, согрев уже немолодое сердце отца чувством гордости за своих детей.

Гл. 24 - Возвращение Чудовища

[ Планета Земля \ Квартира Лайри ]

«Вы действительно хотите удалить аккаунт "google" и все связанные с ним данные?»

Я подтвердил согласие биоритмическим паролем и, сняв с пальца смарткольцо, кинул его на стол. Запущенная по таймеру переустановка системы окончательно сотрет профиль.