Георгий Юрский – Выстрел по видимой цели (страница 18)

Яковлева встречали подчинённые, откомандированные из Москвы: Денис Муратов, Федор Петров и с ними Виктор Перепелкин. Последний, и без того молчаливый, рядом с начальником замкнулся. «Оказывается, и среди наших чекистов можно встретить похожих на Агента 007!» — подумал он.

На встречу с московской шишкой прибыл и руководитель местного отдела ФСБ. Он вскоре откланялся, заверив Владлена Ильича в готовности помогать во всем, хотя в точную цель командировки его не посвящали. Яковлев прилетел с секретной миссией: провести переговоры с Рамазаном Магомедовым, одним из лидеров местного исламистского движения.

— Расскажи мне, Денис, что такого ты нарыл тут, что надо лично сюда лететь? Я пока ничего начальству не докладывал, чтобы раньше времени не опозориться, — иронично начал Владлен, когда они остались одни.

— Расклад такой. Рамазан сдает всю ячейку. Но просит полное помилование. Типа от генпрокурора. Я ему верю, — Денис говорил уверенно.

— Блин. На нем же куча крови. Сложно будет… — Яковлев задумчиво потер подбородок.

— Но зато Рамазан обещает всех сдать. — Муратов сопровождал каждый тезис своей речи легким ударом по столу руками, пальцы которых были сложены в фигуру «мудра защиты». — Прямо сейчас готов встречаться. Надо поторговаться. Но он просит гарантий с верхнего уровня. Так что поэтому тебя и вызвал.

— Поехали тогда. Сам с ним поторгуюсь, — скомандовал Владлен.

За руль неприметного «Форда» уселся Федор, молодой жилистый парень, отвечающий за силовое сопровождение группы. Владлен Ильич сел рядом, Денис Муратов и Виктор Перепелкин — сзади.

— Далеко ехать? — спросил Яковлев, перекладывая с одного края губ в другой сорванную по дороге к машине травинку.

— Два часа. В горы подняться придётся. Немного потрясет, дороги тут плохие, — отрапортовал Муратов.

— Неприятности могут быть? — Владлен собирал всю важную информацию. Он делал это легко, играючи, без официоза.

— Мы к ним готовы. Весь багажник оружием забит. Тут этого добра навалом, — Федор самоуверенно ухмыльнулся.

Яковлев с недоверием покосился на шофера.

— Конечно, местных могли привлечь, но Рамазан настаивал, чтобы местные не знали. Типа все протечет, — вклинился в разговор Денис.

— Разумно. На местных куча информации компрометирующей. Пока придерживаем, — согласился Владлен. — Как мы работаем?

— С нами Фёдор пойдёт, он в ближнем бою покрепче. Виктор Перепелкин стреляет хорошо, так что посадим на высотку, будет на мушке их держать. Место это мы осмотрели, сюрпризов не должно быть, все сверху просматривается, — доложил Муратов.

Владлен Ильич обернулся, посмотрел сначала в заднее стекло, потом перевел взгляд на Дениса, затем на Виктора.

Они съехали с федеральной трассы и поехали вдоль широкого русла реки в горы. Дорога, поначалу выглядевшая широкой и отремонтированной, постепенно сужалась, местами обнаруживала огромные провалы. Но виды были потрясающими.

Все чекисты были уроженцами Москвы, потому с восхищением любовались горными пейзажами Дагестана. Заросшие лесом склоны сменялись марсианскими пейзажами красноватых скал. Горные луга перемежались с густыми чащами орешника. Наконец они приехали на окраину какого-то заброшенного аула, табличка с названием которого была оторвана от столба. Как раз у него Виктор выскользнул из машины и скрылся в кустах, откуда шла тропинка на гору. С собой он тащил снайперскую винтовку и РПГ[6]. Поймав недоуменный взгляд Владлена, Денис пояснил:

— Береженого бог бережет.

Владлен промолчал, понимая, что на месте обстановка виднее. Денис раздал всем бронежилеты и сел за руль машины. Отъехав от столба в тенистую сторону еле просматриваемой за кустами дороги, остановился, чтобы дать возможность переодеться.

Через пять минут в наушнике рации у Дениса прозвучало: «Первый. Я на позиции. На месте встречи. Стоит «Нива». Вижу двоих. А стоп. Еще двое на пикапе чуть позади. Не нравятся мне они. Вооружены. Прием!»

— Второй. Принято. Продолжаем операцию. Держи пикап на прицеле, мы с этими разберёмся, если что.

«Форд» чекистов проехал аул и встал на противоположной окраине, возле «Нивы» исламистов. Около нее стояло двое мужчин, по виду невооруженных. Первым из машины вышел Денис Муратов, за ним — Владлен и Федор. Денис подошел к мужчине постарше и протянул руку:

— Ас-салам алейкум, Рамазан.

— Алейкум, ас-салам, — ответил похожий на впихнутую в джинсовый костюм дубовую бочку Рамазан.

Он пожал протянутую руку, не глядя на Дениса, а рассматривая тех, кто стоял за ним. Лицо его было темным от морщин и сдвинутой низко на лоб кепки.

— Это кто с тобой? — показал он пальцем на Владлена.

— Начальник мой. У него есть полномочия дать тебе помилование, — кратко пояснил Денис.

— Хо-ро-шо, — медленно произнёс Рамазан и двинулся к Владлену, протягивая руку. — Приветствую!

Яковлев протянул руку в ответ, но дальше случилось неожиданное. Дагестанец, несмотря на возраст и лишний вес, ловко прыгнул в ноги Владлена, опрокидывая его навзничь.

Из кустов рядом с «Нивой» начался шквальный автоматный огонь. Федор был убит сразу — кровь хлестала из шеи. Денис бездыханным лежал лицом вниз в крови, еще не смешавшейся с пылью.

Виктор, услышав стрельбу, как и было обговорено, отработал обоих боевиков, стоявших возле пикапа. Когда же перевел прицел на «Ниву», Рамазан со спутником и автоматчик из кустов уже затащили в нее оглушенного Владлена. Неподвижные тела Федора и Дениса оставили лежать на дороге.

Виктор подумал было застрелить водителя, благо «Нива» ехала не быстро. Но машина все удалялась и удалялась от него, и он боялся, что, стреляя сквозь крышу, заденет Владлена.

— Витя, приём, — вдруг в его наушнике раздался слабый голос Дениса.

— Да, командир. Ты как?

— Терпимо. Две пули — в бронежилете, по одной — в руке и ноге, — закашлявшись просипел Муратов.

— Пытаюсь водителя снять, не получается, — Перепелкин продолжал диалог, не переставая целиться в «Ниву».

— Стреляй наобум. Уйти не должны. Это приказ. Если Владлена живым увезут, нас закопают. Можешь из «граника» шмальнуть. — Голос Дениса окреп.

— А если зацеплю? — сквозь зубы цедил Виктор.

— Делай, что приказано! А так напали боевики, убили пацанов, погибли героями. Тогда, может, просто уволят.

— Принято. Работаю.

Перепелкин начал методично засаживать пули в левую часть удаляющейся машины. В какой-то момент она вильнула и выехала с дороги в сторону обрыва. Секунду задержавшись на нем, как бы раздумывая — стоит продолжать движение или нет, она рухнула в пропасть.

— Молодец. Все правильно сделал. Не кори себя, — в рации Виктора раздался голос Дениса.

— Мои действия?

— Так. Я сам крови много потерял, вырубаюсь, так что легенда такая: мы завербовали бородатых, и они нам сдали Рамазана. Владлен его повез, но боевики из пикапа начали по ним стрелять. А мы с Федором приняли бой и задвухсотили их. Отбой, — слабым голосом скомандовал Денис.

Виктор спустился с горки, перетянул турникетом ногу Дениса, проверил на всякий случай пульс у Федора и занялся сокрытием улик. Для начала выбросил свою снайперскую винтовку, а пикап с трупами боевиков перегнал поближе к ущелью.

В итоге начальство на Лубянке получило рапорт, что при задержании лидера бандподполья героически погиб начальник управления Владлен Яковлев и рядовой сотрудник Федор Петров. Тяжелораненый Денис Муратов и Виктор Перепелкин ответным огнем уничтожили нападавших боевиков. Проверять толком никто ничего не стал, так как операция была не согласована с местными силовиками, и привлекать их к расследованию значило раскрыть все карты.

Зоя сидела потрясенная рассказом и раздавленная правдой о смерти отца.

— То есть мой отец погиб из-за вас с Муратовым? — наконец решилась она на вопрос.

— Ну, так скажем, погиб он из-за Муратова. — Кадык Перепелкина дергался то вверх, то вниз. — Я прямой приказ выполнял: не дать машине уйти.

— И расстрелял моего отца!? — Девушка вскочила, схватила Виктора Борисовича за грудки. Гримаса плача исказила ее лицо

— Я проверял. В заключении о смерти, написано «сочетанная травма». Не «огнестрельное ранение». Я в него не попал, — настаивал Виктор, уже не Гай Юлий Цезарь, а оправдывающийся раб.

— Попал — не попал!.. — закричала Зоя, — какая разница?! Он умер из-за вас!

Зоя рухнула на стул, сложилась пополам, закрыла лицо руками. Рыдания сотрясали ее тело.

— Да уж. Кино и немцы, — немного невпопад прокомментировал Никита.

Он подошел к девушке и стал гладить ее по спине.

— Я могу быть свободен? — откашлявшись спросил Виктор Борисович.

Зоя никак не отреагировала на его слова.

— Можете быть свободны. Из города не уезжайте, — Никита взял процесс в свои руки.

— Тут надо пропуск подписать, я же тут работал, знаю, — кашлянул Перепелкин.

— Это раньше было. Сейчас вас проводят, — очнулась Зоя.

Как только дверь за подозреваемым закрылась, Никита налил из кулеры воды и, опустившись на одно колено перед Зоей, поднес стакан к ее рту. Не поднимая глаз, Зоя взяла обеими руками стакан, жадно выпила, вытерла глаза. Встала, держась за стул, постояла, словно проверяя свою способность сохранять вертикаль, и со словами: «Я сейчас», — вышла из кабинета.

Никита сел на ее стул, сцепил на затылке руки в замок, начал раскачиваться вперед-назад. «Господи, каково ей сейчас?! Росла без отца…» Никита подумал о своих сыновних чувствах. Отца он любил. Не столько по крови, не столько за опыт, передаваемый деликатно и незаметно, — за теплоту голоса, которая сопровождала от рождения до сего момента. Теплоту, которая придавала жизни прочности, безопасности. «Может, и в правоохранительные органы пошла от беззащитности своей?» Эта догадка поразила Никиту. Он совершенно иначе увидел во всех недавних делах образ Зои. «Какая мужественная девчонка!»