Георгий Юрмин – Рима отвечает на вопросы (страница 4)
Понадобится просверлить стекло — давайте стекло, фарфор — давайте фарфор, чугун — так чугун, кварц — так кварц. Да что там фарфор, чугун, когда ультразвук с легкостью сокрушает самое что ни на есть твердое на свете — алмаз! В специальных станках для обработки алмазов ультразвуком.
...Есть электросварка, есть газосварка. Теперь есть и звукосварка. Даже профессия имеется — звукосварщик. Спросишь у любого сварщика, может ли он огнем соединить между собой медь с молибденом, сталь с танталом, золото со свинцом, алюминий с серебром, наверняка ответит: чего не могу, того не могу. Вот если бы была сварка без огня — тогда другое дело, но такой же нет!
Сказал бы так сварщик и ошибся. Есть, есть. Как раз это она, ультразвуковая сварка, которая без огня, без жара, без пламени приваривает друг к другу те металлы, которых не могут приварить мастера, в чьих руках раскаленный прутик и темная защитная маска.
Звукосварщик берет две пластины (пусть медную и стальную), прижимает их друг к другу — и в сварочный станок. Ультразвук проходит через обе пластины, они от этого начинают вибрировать, как бы втираясь друг в друга, и, дрожа, намертво соединяются. Через несколько секунд пластину от пластины не оторвать.
...Обнаружилась странная вещь. Вот в колхозе два соседних совершенно одинаковых поля. Их обрабатывали одни и те же руки, одни и те же машины. И что же! На одном капуста, картофель, морковка или лук выросли богатырскими, а на другом — мелковаты. А все дело в том, что на одном поле взяли и просто посеяли семена, а на другом их прежде обработали ультразвуком. Всего-то две минуты это и заняло, а каков результат! Созрели «озвученные» овощи на целую неделю раньше, выросли, как та репка из сказки, «большими-пребольшими» и урожай дали намного больше. Словом, появилось в колхозе «богатырское поле», обязанное своим рождением «озвученным» семенам.
...Сколько раз случалось птицам быть виновными в авариях самолетов. Вот летит он на заданной высоте, с заданной скоростью, и вдруг его реактивные двигатели ни с того ни с сего глохнут. Что такое? Кто виноват? Механик? Нет, птицы виноваты. Подлетели слишком близко к авиалайнеру — вот их в сопла реактивных двигателей воздушная струя и затянула. Птицам — верная смерть, да и самолету, скорее всего, несдобровать.
Решили сделать так, чтобы птицам было неповадно приближаться к самолету. На огороде против них ставят пугало. Вот и на самолетах появилось пугало. Не руки-палки, на голове ведро, а особенное пугало— ультразвуковое. Самолет летит, ультразвуковая установка работает вовсю, посылая вокруг ультразвуковые лучи, которых птицы боятся. Вот и вся хитрость.
Много добрых дел у ультразвука. Он вдобавок ко всему еще и обнаруживает в море косяки рыб, очищает воздух от дыма, стирает белье, шьет на фабриках костюмы, умеет сверлить, в том числе — зубы пациентам, причем без боли; на сыроваренных заводах заставляет быстрее созревать сыр... Словом, надел ультразвук рабочую спецовку, стал настоящим работягой.
Стальной великан
ЧЕМПИОН ИЗ НОВОКРАМАТОРСКА
Есть во Франции городок Иссуар. На большой карте мира его не найти, да и на карте Франции он обозначен едва заметным кружочком. Особых достопримечательностей тут тоже нет. Где там — заурядный провинциальный городишко, каких тысячи!
Так было до недавнего времени. Зато сегодня любой мальчишка, который скачет на палочке вдоль улицы, с гордостью скажет: «Наш город самый сильный во Франции!» И не обманет. Потому что здесь с недавних пор работает удивительный станок. Ростом и весом он с многоэтажный дом и места занимает больше, чем громадный дом. Не зря французы назвали его «королем станков».
А вообще это пресс. На нем, как положено, стоит заводское клеймо. Да какое! На одной из станин русскими буквами выведено: «НКМЗ». Да-да, именно русскими. Пресс родом из нашей страны. НКМЗ означает: Новокраматорский машиностроительный завод имени В. И. Ленина. Из Новокраматорска он поездом прибыл в Одессу, оттуда теплоходом — в Марсель, а потом только в Иссуар. Здесь он и работает— мастерит сверхкрупные детали для завода и корабельных верфей.
Новокраматорский пресс-чемпион самый могучий. Сильнее его нет нигде — ни в Европе, ни в Америке. Только в СССР работает единственный в мире еще более мощный пресс.
...С давних времен славились своим искусством кузнецы, люди обычно недюжинной силы. Всякий, кто, бывало, ни встретит кузнеца, кланяется ему в пояс и старается хоть чем-то услужить. Нагрянет беда — все бегут к кузнецу за советом и помощью. Привалит счастье — спешат поделиться радостью. Этот силач — косая сажень в плечах — слыл мудрецом и покорителем духов огня. Но находились такие, кто его побаивался, шепча соседям: «Наш-то с самим дьяволом дружбу водит!»
День-деньской проводил силач в чадной, жаркой кузнице. Кому коня подковать, кому косу, серп или нож для хозяйства смастерить, кому сундук крепкий, кованый справить — всяк сюда, в кузню, спешит. И мастер-бородач никому не отказывает.
Вот он, богатырь, рядом со своей наковальней. Тут же пылает горн, полный раскаленных углей. От огня по стенам, по потолку мечутся багровые блики. Оттого и сам кузнец и его помощники кажутся волшебниками огненного царства.
Длинными клещами выхватывает кузнец из горна кусок добела раскаленного железа, кладет его на наковальню. Тут принимаются за дело огромный тяжелый молот — кувалда и маленький легкий молоточек на длинной рукояти — ручник.
Кузнец показывает ручником, куда бить, помощник что есть мочи грохает кувалдой по пышущей жаром железяке.
Дзень-дзень!—торопливо тренькает ручник.
Бумм!—солидным басом откликается медлительная кувалда.
Дзень-дзень! Бумм! Дзень-дзень! Бумм!
...Звездочки-искры скачут по кузнице. Клубится дым. В короткие минуты отдыха обнаженные по пояс богатыри-кузнецы утирают пот и жадно пьют из ковша воду. Потом снова: дзень! бумм!
Под могучими ударами раскаленный металл сплющивается, раздается в стороны. Один из кузнецов длинными клещами поворачивает его то так, то эдак. И, глядишь, бесформенная железка превращается прямо на глазах то в серп, то в подковку, то в клинок боевого меча.
Говорят: «Не кует железа молот, кует кузнец». Что правда, то правда — кузнец. Однако теперь это не тот кузнец, о котором только что сказано. Есть нынче кузнецы и посильнее и половчее. Их четверо, этих чудо-богатырей.
Лет 150 назад строили громадный пароход. Все шло своим чередом. Но когда понадобилось сковать вал для колес парохода (они тогда были колесными), дело застопорилось.
«Нет у нас,— говорят кузнецы,— ни такого молота, ни такого мастера, чтобы совладать с эдакой громадиной».Тогда один инженер нашелся. «Имеется,— говорит,— у меня на примете кузнец. Ему любая работа по плечу. Этот кузнец — пар. Раньше пар только и знал, что заставлял прыгать крышку чайника. А теперь он работает, в том числе заставляет подскакивать вверх-вниз тяжелый стальной молот».
Подошел инженер к своему детищу, повернул рукоять. Молот как обрушится вниз да как грохнет по раскаленной стальной болванке! Раз стукнул, два стукнул... Готово — сплющилась болванка, словно она не из стали, а из воска.
Потом инженер повернул еще какую-то рукоятку — и сразу всесокрушающая ручища молота сделалась мягкой, осторожной, ласковой. Поставили на наковальню рюмку с яйцом — молот грохнулся, да не до упора, а вовремя остановился, нанеся такой точный, резкий и в то же время осторожный удар, что только чуть надбил кончик яйца, оставив вовсе невредимой рюмку. Вот этим-то молотом и выковали колоссальный вал для парохода. С того времени паровые молоты верно несут свою службу.
...Вода мельничное колесо крутит? Крутит. А если приладить не жернова, а молот, получится водяной молот.
А есть и воздушный. Когда накачивают футбольный мяч, его заполняют воздухом. Чем сильнее накачают воздух, тем мяч будет крепче. Развяжите резиновую трубочку мяча — воздух, шипя, с силой вырвется оттуда. Чем мячик туже накачан, тем стремительнее будет хлестать из него сжатая воздушная струя.
Вот и с воздухом, который должен работать, тоже так. Его-то еще больше сжимают. Машиной-насосом — компрессором, который имеется в шахте, на стройке, на прокладке дорог, в цеху... Зато воздух потом вырывается из своей стальной тюрьмы с такой силой, что может приводить в действие отбойный молоток, открывать-закрывать вагонные двери электричек, троллейбусов, автобусов и поднимать многотонный молот в кузнечном цеху.
Имеется в семье еще один брат-богатырь — гидравлический, жидкостный, молот-пресс, делающий совершенно одинаковые близнецы-детали.
Среди кузнецов прошлого были всем кудесникам кудесники. И только одно никак бывало, у них не получалось — сделать две совершенно одинаковые вещи, выковать детали-близнецы. Всякий раз одна хоть чуточку, но отличается от другой. А в наше время, когда, скажем, автомобили одной марки, похожие друг на друга как две капли воды, выпускаются тысяча за тысячей, детали-близнецы просто необходимы. К тому же если одна износилась — всегда можно поставить на ее место другую, точно такую же. Словом, взаимозаменяемость деталей — дело в наш, машинный век очень полезное.
Вот ученые и придумали выковать детали в формах-штампах. От одной и той же печати бывает всегда один и тот же оттиск, правда? И здесь так. Не зря слово «штамп» произошло от итальянского «stampa» — печать.