Георгий Савицкий – Стержень обороны (страница 39)

Подкалиберные дальнобойные снаряды, раскрутившись в нарезах, вылетают из стволов орудий. Отлетают в стороны секторные ведущие поддоны. Уменьшенный с 305 до 203 миллиметров калибр сверхдальнобойных снарядов позволяет получить огромный прирост в скорости полета и дальности. А тем более – с использованием пороховых ракетных ускорителей, которые позволяют эту скорость не снижать даже при потерях от трения о воздух. Высокая скорость уникальных русских снарядов конструкции молодого гения Сергея Королева имела и еще одно существенное преимущество – гораздо лучшую стабилизацию на траектории полета и от этого высокую точность попадания.

Удар по центру Симферополя был нанесен ювелирно. Мощными взрывами сровняло с землей здание гестапо и местной оккупационной управы. В одно мгновение огненный вихрь уничтожил фашистскую нечисть!

Второй удар «накрыл» склады и мастерские на окраине Симферополя, вызвав сильнейший пожар. Гитлеровцы были обескуражены этим артналетом.

Но к сожалению, сильно расходовать драгоценные сверхдальнобойные снаряды было нельзя. К тому же из-за интенсивной стрельбы требовалась замена лейнеров стволов. А во второй башне нужно было менять правое орудие целиком – с демонтажом противооткатных устройств и вспомогательных механизмов. Все работы по замене орудия проводили рабочие Севастопольского Морского завода им. Серго Орджоникидзе, им помогали и артиллеристы батареи. Специально для этого морем на крейсере «Красный Крым» было доставлено в разобранном виде новое 305-миллиметровое орудие. Крайне трудоемкая операция была проведена всего за два с половиной месяца.

Но еще раньше на Тридцать пятую батарею приехал сам командующий обороной Севастополя вице-адмирал Филипп Октябрьский в сопровождении начальника береговой обороны генерал-майора Петра Моргунова. Прибыли высшие командиры с почетной миссией.

Командир батареи, его заместитель и комиссар были награждены орденами Боевого Красного Знамении, остальные офицеры – орденом Красной Звезды. Краснофлотцам вручили медали «За отвагу». Комбат Алексей Лещенко получил досрочно звание майора береговой службы. Погоны вручил лично вице-адмирал Октябрьский.

– Служу трудовому народу! – ответил Алексей. От волнения перехватывало дыхание. – Товарищ вице-адмирал, товарищ генерал-майор – доверие – оправдаю!

Севастополь не только сражался, город русской славы продолжал жить и трудиться. Практически все гражданское население трудилось для фронта, который проходил уже по окраинам города. На упрятанных в каменные массивы штолен спецкомбинатах круглосуточно, в несколько смен, производили и ремонтировали оружие и обмундирование. Заводы «Красный металлист», «Морской завод», «Молот», «Химчистка» и спецкомбинаты перевыполняли план. Так, с января по апрель 1942 года промышленность города-героя произвела около 180 000 ручных гранат, 30 000 противотанковых гранат, более 16 000 тысяч мин к 82-миллиметровым минометам, а также много другой продукции военного назначения 135 различных наименований. А всего с момента начала обороны Севастополя и до конца июля 1942 года промышленность Севастополя дала фронту 2408 минометов, 113 720 мин, 305 699 ручных гранат, 231 549 противотанковых и противопехотных мин, 8715 авиабомб.

Специальные бригады расчищали завалы на улицах после немецких артобстрелов, вместе с медиками эвакуировали раненых. Севастопольские женщины организовали многочисленные бригады по пошиву военного обмундирования и стирке белья.

В городе-крепости работало 25 подземных магазинов и ларьков. В феврале 1942 года под землей был оборудован кинотеатр «Ударник». На его основе были организованы кинопередвижки для населения, они выезжали в цеха, школы и различные учреждения. В Севастополе выступали бригады артистов и писателей, работали шесть библиотек.

До середины июня 1942 года Севастополь снабжался водой и электроэнергией, работали бани, парикмахерские, почта, телеграф, выпускались газеты «Красный Крым», «Маяк Коммуны», «Красный Черноморец», «За Родину». В штольнях и самых надежных убежищах работали школы, которые закрылись только строго по окончании учебного года – в конце мая 1942 года.

Жители города по призыву Городского комитета обороны на пустырях и в скверах организовывали огороды. Уже в конце мая 1942 года появился урожай ранних овощей. Получить свежие витамины было особенно важно для защитников Севастополя.

Рыбаки Балаклавы и Севастополя под огнем немецкой артиллерии выходили в море на лов рыбы, снабжали защитников города свежими морепродуктами.

Алексей, видевший свой родной Донецк весной и летом 2014 года под обстрелами, с заколоченными окнами и закрытыми дверями магазинов, знал цену жизненному оптимизму и несгибаемой стальной воле защитников Севастополя. Перед лицом смертельной гитлеровской угрозы моряки, солдаты, гражданские жители города-крепости сохраняли мужество и человеческое достоинство.

Действительно – доверие командования Алексей, теперь уже майор, оправдал. После второго штурма Севастополя и десанта в Евпаторию его береговая батарея продолжала вести огонь по пехоте и орудийным позициям противника. В период с 23 февраля по 20 марта 1942 года Тридцать пятая батарея выпустила 111 осколочно-фугасных снарядов. Точным огнем была уничтожена минометная батарея, подавлено несколько десятков огневых точек, в районе Языковой балки уничтожен склад боеприпасов. А сколько вражеской пехоты полегло – и не сосчитать!

Но все же Алексей знал – впереди самое страшное испытание. Третий штурм неприступного города-крепости Севастополь. Для него лично, человека, неведомым образом попавшего со Светлодарской дуги 2014 года во времена Великой Отечественной войны, это событие должно было стать моментом истины.

Глава 21

Смертельная дуэль исполинов

Древний Бахчисарай – столица Крымского ханства, «город-сад», «город пяти веков» многое видел. Узкие улочки в тени раскидистых деревьев и высокие минареты пережили многое. Как говорится, если бы камень умел говорить… Сейчас летний июньский зной укрыл древний город тяжелым пыльным балдахином.

Но вот отдаленный грохот, словно чудовищный голос ифрита, прислужника самого Иблиса, потряс сонный Бахчисарай, нервно встрепенулась листва деревьев возле арыков. Пыль пяти веков мгновенно слетела с приземистых построек дворца крымских ханов.

В двух километрах к югу от Бахчисарая, большой холм между речкой Чурук-Су и железной дорогой Бахчисарай – Севастополь был рассечен словно кривой турецкой саблей на десятиметровую глубину. Разрез был ориентирован строго – в направлении северо-восток – юго-запад, это еще больше добавляло сходства с резким и точным сабельным ударом. В ширину рана, нанесенная крымской земле, достигала двухсот метров.

Тяжелый серый дым клубился вокруг разрезанного вдоль мергелевого холма, делая его похожим на вход в преисподню. Но какой же демон обитал там – внутри?..

Вот послышался тяжелый металлический лязг, скрежет и глухие удары. Из рассеченного надвое каменистого холма с медлительной неотвратимостью самой смерти выполз громыхающий стальной монстр. В своем неумолимом движении механическое чудовище опиралось на восемьдесят лап-колес, которые скользили по рельсам сдвоенного железнодорожного пути. Вот выползший, казалось, из глубин ада механический демон разрушения задрал в зенит чудовищный четырехсоттонный хобот тридцатиметрового ствола, как будто вознамерился поразить сами небеса!

Вес всей монструозной конструкции составлял 1350 тонн, в длину железнодорожный транспортер, двигавшийся сразу по двум колеям, составлял сорок три метра. Чудовищное 800-миллиметровое орудие возвышалось над местностью более чем на одиннадцать метров. Сотворить такого внушающего ужас монстра под названием «Дора» мог только сумрачный тевтонский гений!..

По боковым путям по обе стороны от орудия-исполина подошли два поезда. Один с запасом снарядов, а другой с гильзами для них. Заряжающие быстро перекатили чудовищный семитонный снаряд высотой в два человеческих роста в люльку, зацепили тросы. Подъемный кран на железнодорожном ходу поднял зарядную люльку на высоту одиннадцати метров. Здесь снаряд осторожно перекантовали на зарядный стол. Следом ту же операцию произвели с гильзой, больше похожей на гигантскую стальную бочку.

Раскрылся затвор «Доры» – таких же чудовищных размеров, высотой в два человеческих роста. Словно механический Молох из фильма Фрица Ланга «Метрополис», затвор орудия-монстра клацнул стальными челюстями, пожрав семитонный снаряд и такую же огромную гильзу.

Оба поезда с боекомплектом и обслуживающий персонал орудия-монстра поспешили укрыться в разрезанном надвое каменистом холме.

– Achtung… Feuer!

От чудовищного грохота в двух километрах к югу, в Бахчисарае, жалобно зазвенели в оконных рамах осколки стекол, выбитых от сотрясений предыдущих залпов «Доры». Гигантские тучи угольно-черного дыма вырвались из ствола длиной тридцать два метра и весом четыреста тонн. Непроницаемое облако прорезал оранжевый огненный сполох, отправив бетонобойный снаряд к цели.

Крупнейшее в мировой истории орудие на железнодорожном ходу обстреливало склады боеприпасов в штольнях, подземные производственные комбинаты Севастополя, Тридцатую батарею майора Александера. Последняя цель оказалась наиболее важной, но железобетонный массив, продкрепленный стальным противооткольным подбоем, выдержал попадания даже чудовищных семитонных боеприпасов. По броневым башням «Дора» не попала. Как ни странно, но что артиллерийская разведка, что наведение немецкого суперорудия оказались отвратительными. Так, например, восемь чудовищных мегаснарядов «Дора» выпулила по недействующей Шестнадцатой береговой батарее. Все пушки с нее были сняты еще в конце двадцатых годов. Вероятно, что там действительно сосредоточились какие-нибудь стрелковые подразделения. Но ровнять их с землей 800-миллиметровыми снарядами – уж слишком сложно.