Георгий Лопатин – Объединитель Руси (страница 46)

А добился за это время он многого. Поход братьев по южнорусским княжеством увенчался полным успехом. Малые города с удельными княжествами и не думали оказывать сопротивление, особенно те, чьи князья пали на поле боя.

Что до выживших князей и вернувшихся в свои уделы, то они либо присягали на верность, либо бежали в Киев. Последних было не много, но были. Их уделы сразу брались на карандаш, чтобы потом отдать в качестве награды или платы своим новым сторонникам.

Что до столиц, то тут было несколько сложнее. Там, как правило, остались дети великих князей, что поспешили объявить себя новыми великими князьями и сподвигнуть народ на сопротивление узурпатору.

Но не тут-то оно было! Народ дрязги великих князей достали до печенок, он был готов сделать все, чтобы этот бардак наконец прекратился, тем более что Юрий Объединитель как раз хочет этого добиться. И если правильно все сделать, пустить нужные слухи, кое-кому заплатить, подпоить собравшийся на вече народ дармовой медовухой, крепленой спиртом, да печеньки-пряники разнести в качестве закуси, то получались эдакие маленькие «вечевые цветные революции», только без бедуинских скачек.

Получалось достаточно уверенно, тем более что с народом агенты КСБ и раньше вели планомерную работу, то и дело пуская нужные слухи и провоцируя разговоры, закладывая в их голову мысль, что не дело это, когда князья шершнями скачут со стола на стол, как с цветка на цветок, и, как эти бесполезные насекомые, только собирая нектар, а взамен ничего не давая, вроде того, как пчела дает мед. Дескать, вместо того, чтобы заниматься своей землей, развивать ее, пустив в ней корни, они ее обирают, как тати, чтобы прыгнуть на более высокий и богатый стол.

В общем, недовольство копилось месяцами, накладываясь на собственные «кухонные» рассуждения, и, наконец, в нужный момент прорывало.

Князьям не оставалось ничего другого, как спешно собрать манатки и свалить подобру-поздорову от разъяренного народа.

Могла помешать церковь, но, к удивлению Юрия, долгогривые в процесс почти не вмешивались (попытки успокоить людей за вмешательство можно не считать), что не могло не насторожить.

«Может, инструкции из Центра не получили, а по собственному почину действовать не рискуют? Очень уж все быстро для них развивается», – думал Юрий Всеволодович.

Впрочем, все оказалось несколько прозаичнее. Как стало ясно чуть позже, церковным иерархам в Никее было просто не до Руси. У них там творились более интересные дела, а именно избрание нового Патриарха взамен скончавшегося в начале тысяча двести шестнадцатого года Феодора Второго.

Третьего июня наконец избрали Максима Второго, но тот вдруг скоропостижно скончался спустя шесть месяцев после избрания, и вновь началась вакханалия с выборами.

С Киевом, куда сбежали все недовольные князья и бояре со своими дружинами, дабы там дать решительный отпор узурпатору, возникла заминка. Точнее, могла возникнуть.

Но у Юрия с собой было…

Восточные и северные ворота вынесло почти одновременно, и то, что случилось в Смоленске, повторилось в точности «от» и «до».

Вырвавшиеся из Киева, уцелевшие в побоище князья направились в сторону Болгарии, ибо тех, кто сопротивлялся ему до конца, Юрий прощать не собирался. Слишком опасно их оставлять за спиной. При первой же возможности бузу устроят.

И вот после захвата Киева (а также приведения к присяге Галича, что после киевской экзекуции стал как шелковым) для Юрия Всеволодовича как раз начался кромешный ад.

В жутких мучениях и диких криках, словно ребенок, рождалась новая организационная форма управления государством, можно даже сказать, появилась двойня, а именно Боярская дума и Палата князей. Уточнялась система избрания (вечевая, то есть кто кого на площади тупо переорет и изобьет, или тайная с бросанием белых и черных камешков в кувшины) и сроки, на которые избираются представители, остановились на а-ля пятилетках, количество этих сроков не больше трех, кто за что отвечает, и так далее и тому подобное.

Кроме того, нарезались уделы, что отнюдь не минутное дело, ведь нормальных карт нет, вместо них какие-то «детские» рисунки, точных данных по населению тоже нет, для этого нужны церковные книги, но все же предварительная нарезка уделов шла, и в них рассаживались князья…

И вот в такой ответственный момент «приема родов», когда голова новорожденного уже вышла, происходит нападение.

Понимая, что не успевает вернуться (разве что в одиночку загнав лошадей, что по определению бесполезно), Юрий только скрипел зубами и, в надежде на лучшее, продолжал начатую работу.

И каково же было его облегчение, когда после «обрезания пуповины», он уже готовился выступать на север, выяснилось, что Святослав, не без придумки Ивана, смог отбить нападение!

Да, ракеты были засвечены не только как развлекательный элемент, но и как боевое оружие, чего Юрий не хотел, ибо монголы этот момент, конечно же, пронюхают и подготовятся, вплоть до того, что сами станут применять, но оно того стоило – княжество уцелело, а враг был полностью разбит с минимальными потерями для себя.

«А что до засветки, то мы для монголов что-нибудь другое придумаем, – подумал великий князь Владимирский, вспомнив Ивана и его полубезумные глаза, когда он занимался всем, что взрывалось и горело. – А сами они таким оружием вряд ли смогут пользоваться в больших масштабах, несмотря на ресурсы Китая, а взять ближе порох им просто негде, да и тот дрянной».

Но, несмотря на то, что, по сути, все обошлось, спускать булгарам вероломное нападение Юрий не собирался. Как и долго откладывать, вот только надо дождаться, когда реки встанут… на юге это происходило несколько позже, да и толщина нарастала медленнее из-за постоянных оттепелей.

– Ярослав, бери своих новгородских ушкуйников, прочих охочих до драки и трофеев моих ратников, им тут уже давно нечего делать, и организуй ответный поход. Жги все, что можно сжечь, никого не жалей, и парней своих не сдерживай, пусть веселятся на полную, раз уж тут я им спуску не дал.

– Вот это правильно! – одобрил Ярослав, который уже откровенно закис.

Все эти политические дрязги ему были откровенно в тягость.

Ушкуйники и впрямь ворчали и, когда узнали условия похода в Булгарию, очень обрадовались. Наконец-то грабеж!!!

И Ярослав отжег.

Всю зиму ушкуйники носились по западной Булгарии, сжигая и разграбляя города: Веда Суар, Кирмен, Таяба, Тигаш, Тухчин и Ошель. Добрались до многострадального Булгара, но его жечь не стали, так как он дал богатый откуп. Да и ворота выносить было нечем, весь порох, что выработал к тому времени Иван, был израсходован на другие цели, но жители Булгара этого не знали.

Поначалу булгары отчаянно сопротивлялись, тем более что действительно подготовились к ответному вторжению, но потеря практически половины армии в неудачном походе и неспособность найти ключик к ратникам-стрелкам, что из арбалетов косили атаковавших конников практически в любых количествах, заставили их быстро отказаться от полевых сражений.

Партизанская тактика тоже ничего не дала. А булгары очень старались. Подлавливали ушкуйников на марше, пытались атаковать их стоянки ночью, но все было тщетно. На марше хорошим прикрытием служили ратники, шедшие на флангах колонны и сразу же ощетинивающиеся копьями, а на стоянках никто не ленился и делали засеку или же окружали себя ежами в три ряда. Потери, конечно, были, но столь незначительные, что о них и говорить не стоило.

В итоге хану Чельбиру не осталось ничего иного, как просить мира. И он его получил, правда, заплатить за это пришлось изрядную цену, ибо ушкуйники вошли в откровенный раж из-за невероятно удачно протекающего похода и нацелились на северо-восточную часть Булгарии.

Победители едва волокли десятки тонн серебра, тонны золота, больше сотни тонн меди, свинца, олова, железа и огромные обозы из товаров: ткани, ковры, кожи, меха, посуда и все прочее… Но все же смогли доволочь это до Руси, прежде чем лед начал ломаться из-за вступавшей в свои права весны.

Глава 4. Запад-восток

1

К началу весны тысяча двести семнадцатого года наконец все предварительные организационные моменты с созданием Боярской думы и Палаты князей были завершены, как и раздел княжеств на уделы. Осталось только осуществить выборы и назначение представителей. Метод в итоге оставили вечевой, а не тайный, дескать, чтобы все всё видели и не было недоверия и споров. Собственно, Юрию это пока было не принципиально. Как понадобится тайное голосование, за пару лет подготовит общественное мнение, и процедуру сменят на том же вече.

Сами выборы планировалось провести ровно через год, чтобы люди успели узнать, что к чему и почему, а также хорошенько поорать и набить друг другу морды, поддерживая кандидатов. Заодно простые люди будут чувствовать свою сопричастность в политической жизни государства, какое-никакое развлечение и осознание собственной важности, что тоже не лишне, ибо Юрий собирался выкорчевывать те первые ростки рабского послушания, что успели прорасти в душах людей не без помощи чернецов, все время утверждающих, что мы-де рабы Божьи. А если долго говорить человеку, что он раб, то перевести его из статуса раба Божьего в раба обычного бессловесного и безвольного станет на порядок легче.