Георгий Лопатин – Объединитель Руси (страница 45)

Младшего брата он не воспринимал как полноценную личность. Каша, он и есть каша.

Агафья же взглянула с надеждой.

Она, в отличие от Святослава, присматривая за Иваном, отлично видела, как тот изменился в последнее время. Инфантильный и изнеженный юнец превратился в… одержимого. Толчком тому преображению послужили «Вифлеемская звезда» на Рождество Христово и салют, что был дан в честь рождения ее с Юрием первенца – Всеволода…

Он был так впечатлен фейерверком, а узнав, кто за этим стоит, буквально взял в осаду старшего брата, и Юрию ничего не оставалось, как посвятить младшего в тайну, сказав:

– Только, чтобы получить такую небесную красоту, придется изрядно повозиться с мочой и дерьмом. Ты готов к этому?

– Да!

Иван, узнав секрет фейерверка, естественно, дав клятву о неразглашении даже на исповеди, стал натуральным фанатиком этого огненного действа. Он готов был сутки напролет экспериментировать с селитрой, методами ее очищения, с пороховыми составами, меняя соотношение компонентов, с различными добавками и взрывать, взрывать, взрывать!..

Только что-то взрывая, он был по-настоящему счастлив и смеялся, испытывая непередаваемое блаженство, экстаз, по сравнению с которым близость с девушками отступала на второй план.

Одно Ивана при этом безмерно печалило, что селитры вырабатывалось очень мало, так что особо не развернешься, но и тут он экспериментировал и даже получил первые, пока еще невнятные, на грани погрешности, но все же обнадеживающие результаты.

К тому же, взрывать можно было не только порох! При определенных условиях могут взрываться жидкости вроде масла, топленого жира, нефти и, кто бы мог подумать, обычная мука!!!

Так что и в этом направлении шли интенсивные эксперименты.

– Кажется, я породил демона огня, – с усмешкой как-то сказал Юрий жене и, увидев, как та переменилась в лице, рассмеялся: – Но не бойся, для нас он не опасен, только для врагов. Лишь бы сам себя не подорвал…

Иван изложил свой план.

– Ты уверен? – скептически спросил Святослав, когда Иван закончил.

– Да! Но предупреждаю, у нас будет только одна попытка. Очень уж мало ресурсов…

Но Святослав все еще оставался в сомнениях. Ну не мог он воспринять сказанное, как нечто реально действенное.

– Я поддерживаю Ивана, – сказала Агафья после короткой паузы. – Более того, уверена, что мой муж поступил бы так же. Тем более что выбора у нас особого нет. Или делаем так, как предложил Иван, либо булгары проводят опустошение княжества сродни саранче…

– Что ж… попробуем.

3

Ильяс неприятно удивился, когда выяснилось, что его армию встречают почти у самой границы с Владимирским княжеством. На начальном этапе вторжения сражений не планировалось. Русичи отреагировали очень быстро, что на них было не слишком похоже. Они и с ответом, как правило, изрядно тянут…

– Беспокоиться не о чем, мой господин, – сказал командующему сардар Гази Барадж, что командовал наемным сбродом, а также полевой разведкой. – Самые боеспособные воины – это рязанцы и муромцы, но их всего три тысячи. Остальные владимирцы – в основном юнцы или старцы. Да немного пешцев. Мы сомнем их без проблем, господин.

– Ты уверен?

– Да, мой господин.

– Значит, и они это должны понимать, однако же вышли против меня, – сказал, пребывая в настороженности, Ильяс. – Ты вырос среди русских, причем именно среди владимирцев, так скажи мне, что это может значить?

Отец Гази Бараджа – Азан – действительно в течение девятнадцати лет жил и воспитывался в Москве, где родился и вырос Гази. В тысяча сто восемьдесят втором году Всеволод Юрьевич взял отца и сына в поход на Булгарию, намереваясь посадить Азана на булгарский трон, но не выгорело. Азана и его сына взяли в плен.

Сам Азан, чьим прадедом был булгарский хан Шамгун, сейчас исполнял обязанности улугбека города Учель, как до того его отец Арбат Ос-Лодж в разное время был улугбеком города Булгар, Учеля, а также двух провинций – Марюбы и Бел-лак-Саксина, что был выдан еще Андрею Боголюбскому, успевшему послужить Московским воеводой.

– Сложно сказать, господин. Иногда они предпочитают выйти в поле против превосходящего в силе врага и погибнуть с честью, но не опозориться. Особенно когда поражение неизбежно, и им нечего терять. А если они при этом своей безудержной и самоубийственной атакой нанесут врагу урон, да такой, что он не сможет сделать задуманное, то и вовсе будут считать, что погибли не напрасно. Вот и сейчас они, видимо, надеются разменять свои жизни на наше обессиливание, тем самым выиграв время для того, чтобы во Владимирское княжество успел вернуться Юрий Всеволодович с войсками.

– Хм-м… это было бы верно для владимирцев, но здесь рязанцы и муромцы…

– Ну, они же не знают, что мы намерены ограничиться лишь Владимирским княжеством. И потом, они крепкие союзники Юрия, так что не могли не выслать помощь.

– Верно…

И вот наконец произошла встреча двух армий.

Ильяс снова забеспокоился. Позади конницы он увидел три странные повозки с огромными ящиками, а все непонятное порождает опасение.

Военачальники, как и полагается перед битвой, встретились посреди поля.

– Зачем ты пришел во Владимирскую землю? – нервничая, спросил Святослав.

– Быть может, я хочу помочь тебе… Однажды твой отец хотел посадить его отца на трон Булгарии, – сказал на это Ильяс, указав на Гази Бараджа. – Так почему бы мне не сделать тебя великим князем Владимирским? Дай свое согласие, и я помогу тебе отбиться от твоего брата Юрия. Мы же станем добрыми соседями и союзниками…

Святослав нервно дернул щекой.

К нему однажды приходили люди с подобными предложениями. Как потом выяснилось, это были люди брата из его тайного приказа… За то, что Святослав не сообщил о доброхотах, Юрий его тогда наказал, банально избив кулаками и ногами, так что он потом несколько дней не мог встать с постели. А на следующий раз, если не сообщит о подобных заходах, обещал убить. И Святослав сообщал.

Однажды, сильно разозлившись на брата за очередную проверку, которая произошла всего через две недели после предыдущей, приказал зарубить посланца. Потом выяснилось, что этот посол был реальным от Мстислава Удатного, а не подставным…

«Но сейчас ведь это точно не подстава Юрия! – мысленно истерично хохотнул Святослав, у которого мелькнула мысль согласиться, но ее задавила другая: – Вот только как долго я пробуду великим князем? Месяц хоть протяну?»

В том, что брат его после этого непременно убьет, причем тайно, как в свое время пытался убить Юрия Константин с помощью яда, Святослав ни мгновения не сомневался.

– Нет… я не предам брата.

– Похвально, хоть и глупо.

Делегации разъехались, Ильяс уже хотел дать приказ на атаку, как увидел, что русичи слезли со своих коней.

– Что они делают? Помолиться перед смертью решили?

И тут дали о себе знать три странные телеги, из которых к тому времени выпрягли лошадей. От них вдруг повалил густой сизый дым, а потом что-то стало быстро вылетать, изрыгая сзади огонь и дым, при этом пронзительно свистя.

Многочисленные дымные следы потянулись в сторону булгарского войска, стали снижаться, а потом раздались оглушительные взрывы.

Кони – пугливые животные, стали беситься от взрывов, с диким ржанием вставать на дыбы, крутиться и падали. Другие рванули во все стороны, абсолютно не реагируя на управляющие понукания, призывающие их к смирению.

Да, собственно, очень немногие из людей сохранили в этот момент выдержку. Часть воинов, так же крича что-то невразумительное, с выпученными глазами скорее дополнительно нахлестывала своих коней, чтобы поскорее выбраться из этого ужаса. Ведь, не иначе, русы натравили на них злых духов…

Булгарская армия, потеряв всяческое управление, стала разбегаться во все стороны.

Этого и ждали русские.

Они, по настоянию князя Ивана, успели немного приучить своих коней к свисту, для чего пришлось делать свистульки и часами свистеть коням в уши, чтобы те не взбесились, плюс дополнительно крепко держали за узды, и как только залп закончился, вновь вскочили в седла.

– Руби их в песи!!!

Конная лава русских витязей вломилась в то, что осталось от порядков булгарской конницы, легко сминая эту рыхлую, все еще плохо управляемую толпу. А потом еще неделю шла охота за разрозненными отрядами булгар и бандами их союзников-наемников. Последние, поминая духов предков-защитников, разбегались сразу, даже и не думая о сопротивлении.

Булгары, собственно, тоже о продолжении похода думать забыли, ибо потеряли в первый день до трети своей численности, и теперь уже они оказались в меньшинстве, а поскольку разбегались во все стороны, то не смогли достаточно быстро сформировать единую армию, мотаясь небольшими отрядами по лесам, что быстро засекались лесовиками и планомерно уничтожались.

Ильяс смог уйти, а вот Гази Барадж попал в плен в самом начале. Его тупо придавил померший от разрыва сердца конь, да и самого его контузило, ибо ракета взорвалась всего в паре шагов.

– Ну, здравствуй, – криво улыбнулся ему Святослав. – Добро пожаловать на родину… родился здесь все-таки. Дом твоего деда Арбата в Москве будет снова в твоем полном распоряжении… Не забыл его еще?

4

Получив информацию о том, что булгары двинулись на Владимирское княжество, Юрий Всеволодович рвал и метал, не столько от самого нападения, сколько от собственного бессилия и от того, что все, чего он добился, может кануть в Лету. Потому что если он сейчас соберет все свои силы и вернется, то на юге начнется такой хаос, что люди будут рады восстановлению прежнего порядка, ибо драться за власть начнут все против всех, и достанется, естественно, простым крестьянам и горожанам, которых будут обирать как «красные», так и «белые», а также всякие «зеленые» и прочие «серо-буро-малиновые в крапинку». В общем, во второй раз его уже не поддержат.