Георгий Лопатин – Объединитель Руси (страница 15)
А то, что конфликт возможен, Константин чувствовал инстинктивно, точно дикий зверь чует опасность. Очень уж благоволит отец Юрию, а к саму Константину – наследнику – проявляет если не холодность, но и большой отческой любви не видно.
Глава 5. Осада
1
Эрзянский вождь Ардат шел в поход на земли Владимирского княжества. Не в первый и, как он надеялся, не в последний раз. Но этот поход отличался от прочих тем, что грабить предстояло не окраинные городки, как то было раньше, продавая полон булгарам, а следовало проникнуть в самый центр русского княжества и напасть на крепость неподалеку от стольного града.
Еще одно отличие – шел самостоятельно, а не в союзе с другими князьками-прявтами.
Когда с таким предложением к нему прибыл представитель одного из бояр – боярский сын, – Ардат рассмеялся ему в лицо, сказав:
– Или вы сошли с ума, или думаете, что сошел с ума я?! Твое предложение слишком похоже на ловушку!
– Нет, я готов поклясться, что это не ловушка, опять же, я пойду с вами.
– Твоя жизнь не слишком-то уж и ценна, чтобы служить гарантией, не говоря уже о том, что твой хозяин тебе мог не сказать всего и обрек на смерть. Все-таки согласись, что это хороший размен – моя дружина и я сам на не слишком родовитого боярского сына.
– Тут ты прав… Мне нечем убедить тебя в своей правоте, и тогда мне не остается ничего иного, как пойти искать другого вождя, что все же рискнет и получит богатую добычу…
Ардат недовольно поморщился. Осторожность и жадность боролись в нем не на жизнь, а на смерть, склоняя то в одну, то в другую сторону. А обещали много.
– Да и не успеем мы его взять! – привел он еще один довод. – Достаточно будет защитникам подать сигнальный дым, если уж гонца не смогут послать, как из Владимира выйдет княжеская дружина, и нам придется спасаться бегством.
– В том-то и дело, что этого опасаться не приходится! – развеселился посланник. – Там каждый день дым коромыслом стоит!
– Отчего так?
– Княжич Юрий решил приставить к полезному делу увечных воев да сирот с беспризорниками, чтобы не бедствовали, а добывали себе пропитание своим трудом, в поте лица, как сказано в Библии, а княжич Юрий стал очень набожным, чуть ли не монах, даже по девкам не ходит, вот и дымят – трудятся.
– Увечные вои да беспризорники, говоришь? И ты утверждаешь, что там много добычи взять можно? – усомнился Ардат, подозрительность одержала тактическую победу.
– Они делают там харалужские мечи, князь! И много, если судить по тому количеству железной руды, что скупил княжич, а скупил он ее много! Очень много! Купцы везли ее со всех краев княжества и из других земель! И все это может достаться тебе. Я даже не уверен, что ты все сможешь унести. Но и того, что возьмешь, хватит, чтобы не только вооружить и облачить свою дружину на зависть другим, да так, что эти другие к тебе на службу пойдут, а это уже возвысит тебя среди других князей. А можешь излишки продать булгарам за звонкую монету. Даже с полоном не придется возиться, с ним мороки много, а прибыли чуть. Да и сдерживает сильно, а уходить придется быстро.
– Но если в его крепости делают столь дорогой товар, то почему такая слабая охрана? – вновь заподозрил подвох вождь. – Сотня увечных воинов – это мало…
– Как раз потому, что крепость близко от Владимира, и в случае опасности княжич надеется на помощь отца, который в нем души не чает. Так что вам нужно лишь хорошенько перекрыть все пути, чтобы мышь не проскочила, и у вас будет время для полноценного штурма.
– В чем же тогда выгода твоего господина, если я заберу всю добычу?
– Мастера. Ты по моему указу схватишь несколько человек, и я их заберу с собой. Они будут делать мечи для моего господина.
– Ясно.
В конечном итоге, после тяжких раздумий, победила жадность.
Почему?
Ардат прекрасно знал, что русские князья частенько пользуются привлеченными силами для решения своих внутриполитических проблем, кто-то половцев подряжает, кто-то нурманов. Так что попытка его найма кем-то из соперников княжича, в общем-то, не являлась удивительным явлением. Типичным даже. Так что подозрительность, если и не приказала долго жить, вождь всегда должен быть осторожен, но затаилась и зализывала раны, полученные от жадности.
Окончательно убедил Ардата в пользу похода разведчик, посланный по первому льду разведать цель. Его рассказ полностью подтверждал слова посланника. Крепость-де невелика по размерам, и защитников мало, много детей, но они не представляют опасности. Так что если навалиться, лучше в двух местах, то обороняющиеся ничего не смогут сделать.
И вот дружина одного из эрзянских вождей, ведомая проводником, кралась по рязанским землям, обходя все населенные пункты стороной. Грабить никого нельзя, чтобы, не дай духи, кто-нибудь из смогших сбежать не предупредил о вторжении. Тогда придется драться с рязанским князем, а это срыв прибыльного похода…
Вот и владимирское княжество. Сам Владимир ночью обошли стороной и вышли к крепости, кою многие прозвали Юрьевским скитом. Информационная политика княжича работала в нужном направлении, создавая необходимый в народе безобидный образ.
Густой черный дым и впрямь стоял столбом. Не зная, что это обычное явление, Ардат решил бы, что его приход заметили, а это знак тревоги, и принял бы решение бежать, пока его не словили княжеские дружинники.
Когда рассвело, вождь, решивший провести личный осмотр объекта штурма с противоположного берега, где еще сохранился лес, взглянув на крепость, обомлел.
– Это как это… – только и смог он вымолвить.
И было с чего. Стены крепости сверкали в лучах восходящего солнца, точно кусок чистой слюды или хрусталя.
– И как ее брать прикажешь?! – зло прошипел вождь представителю заказчика.
Тот тоже смотрел на ледяную крепость во все глаза. Стены не просто были облиты водой, и та застыла ледяной коркой, как иногда делалось, а были выложены из ледяных блоков, словно кирпичом. Но и это еще не все. К стене было просто не подойти, ибо ледяной покров сковал обрывистый берег до самой реки, образуя плавный скат.
– А что у ворот? – поинтересовался представитель заказчика.
– Не знаю… сейчас кого-нибудь пошлю посмотреть…
Вождь послал пару воинов, и те довольно быстро вернулись.
– Только ворота и чистые ото льда, вождь.
Ардат призадумался. Противник приготовился к встрече, причем готовился давно, а значит, понимал, что он представляет собой желанную добычу, подготовив для налетчиков только один путь для атаки – лбом об ворота, как баранам.
Вот только стоит ли в таком случае биться о них башкой? Даже тех увечных воинов хватит с лихвой для защиты крепости от нападения.
Терять воинов на подготовленную для обороны позицию не хотелось. Тем более, что он взял не абы кого, а лучших. Если потеряет их сейчас в безуспешной (да даже успешной) атаке, то по возвращению домой его могут скинуть конкуренты за власть в племени либо станут жертвами другого племени. Это тоже надо было учитывать.
«Но там богатая добыча!» – долбилась в голове алчная мысль.
И то, что там этой добычи много, подтверждал поднимающийся к небу густой столб дыма. Ее, собственно, прямо сейчас производили…
«Может, хитростью как-то?» – с надеждой и отчаянием подумал он.
Но, сколько ни размышлял, не увидел ни одной возможности для обмана.
Оставалась только лобовая атака.
– Вперед!
Триста воинов рванули к крепости вслед за своим вождем. Точнее, двести пятьдесят. Остальные пять десятков, отменные лучники, рассредоточились вокруг крепости пятерками, чтобы перехватывать гонцов, что наверняка пошлет княжич к своему отцу с призывом о помощи.
2
Зима пришла как-то сразу и вдруг, в середине октября густо пошел снег, а когда почти недельный снегопад закончился, ударили морозы, да сразу под минус тридцать. Благо продержались холода не долго, и вскоре потеплело до минус десяти.
Как это определил Штыков, если у него нет власти над телом?
Даже когда Юрий Всеволодович в очередной раз в качестве эксперимента захотел дать вселенцу управление над своей тушкой, то ничего не получалось и вскоре подобные попытки забросили.
Но спустя какое-то время стало что-то происходить.
Первым звонком стало то, что реципиент начал использовать в речи незнакомые хроноаборигенам слова, прекрасно сам понимая их смысл. Так что за «базаром» пришлось следить.
«Нахватался на свою голову», – недовольно бурчал реципиент после очередного такого прокола.
Поначалу такие оговорки списали на то, что княжич действительно «научился плохому» у Штыкова. Но дальше – больше, однажды княжич проснулся с криком и в холодном поту. Ему приснился кошмар.
«И что ты видел?» – поинтересовался Штыков, заподозрив неладное.
«Демонов! Жутких демонов!» – дрожа и мелко крестясь, выпалил реципиент.
«Успокойся. Опиши мне их».
«Черные! Тела похожи на человеческие, длинные хвосты с шипом на конце, из спины растут какие-то трубы, но самое жуткое – это голова того демона! Большая, без глаз, а из ее пасти, обильно исходящей слюнями, выстреливает еще одна пасть!!!»
Штыков захохотал и, если бы мог управлять телом, то бился бы в истеричном припадке.
«Что я сказал смешного?!» – в гневе взвился княжич.
«Извини… Ох… Смешного, если подумать, действительно ничего нет, и дело даже не в твоих снах… Дело в том, что ты начинаешь как-то получать мою память…»