Георгий Лопатин – Мушкетёр (страница 18)
Он только-только успел зарядить два пистоля и мушкет, как увидел стремительно приближающуюся погоню. Сидевшие на веслах мужики споро работали веслами. На носу устроился одноглазый поляк и то, что он держал в руках Андрею сильно не понравилось, потому как у него тоже было что-то огнестрельное, ствол короче чем у мушкета, но длиннее пистолетного, этакий обрез-лупара.
Проверять меткость одноглазого Градов не желал и потому выстрелил первым из мушкета.
– Тьфу ты… – с досадой сплюнул он, заметив, что промахнулся мимо цели и попал в гребца, что завалился в лодку.
Транспортное средство преследователей из-за этого закрутило, там началась перебранка, второй гребец не желая повторить судьбу своего товарища отказывался грести и в итоге вовсе вывалился за борт и погреб к берегу.
Арканщик после приказа одноглазого поляка, выбросил за борт тело убитого рыбака и сам сел за весла.
Андрей все это время не филонил, а прочистив ствол мушкета, спешно его перезаряжал. Но стрелять не спешил, дистанция для такого оружия была явно великовата.
«Выстрелю, они быстро сократят дистанцию с которой уже можно будет стрелять из своей бабахи, так что не успею перезарядить длинноствол, а для стрельбы из короткоствола будет еще далеко», – понял тактическую задумку противника Градов.
Поняв, что беглец раскусил их план поляк ругнулся на своем языке, что-то там про матку.
«Сейчас кто ошибется первым… – вяло подумал Андрей. – Или… они рассчитывают, что я ослабну от потери крови…»
А на спине, как чувствовал Градов и впрямь было очень мокро и кровь похоже продолжала сочиться. Рану опять же, как он припомнил, нанесли широким наконечником, охотничьим, специально выбрав такой, чтобы подранить, но не убить.
– Суки… не дождетесь…
Градов начал втыкать ножи в кормовую лавку. Делал это со всей силы, всаживая в мягкую древесину клинки на пару сантиметров минимум. А потом еще и две сабли положил между ними, так как ножи ставил не в ряд один к одну лезвием к лезвию, а в два ряда, один впереди, другой чуть сзади.
Одноглазый впередсмотрящий это заметил, даже что-то сказал своему напарнику, но видимо не понял, что задумал беглец. А Градов потом и остальные вещи положил под кормовое сидение, а потом еще и сидушку на которой сидел, после чего, сцепив заранее зубы, резко затормозил веслами и сделал несколько сильных гребков назад.
Поляк несколько секунд непонимающе смотрел на происходящее, а потом видимо догадавшись в чем дело, что-то закричал своему напарнику, но было уже поздно, расстояние стало уверенно сокращаться, и когда оно по его мнению достигло оптимального значения, метров сто, может чуть меньше, Андрей упал на дно лодки и просунул ствол мушкета в небольшую амбразуру, что он сформировал из ножей.
Лодка качалась на воде от его действий, плюс волны, так что прицелиться оказалось весьма трудной задачей, к тому же требовалось учесть паузу между моментом нажатия на спусковой крючок и собственно выстрелом, а это где-то полторы секунды.
Бах!
Мушкет не подвел и выплюнул свинцовый шарик с облаком густого дыма.
В последний момент поляк упал на дно лодки в носу, гребец чуть замешкался, но тоже решил упасть. Пуля угодила в борт, брызнула щепа и в следующий момент раздался пронзительный крик гребца.
– Попал… – удовлетворенно прошептал Андрей и подтянул к себе пистолеты.
Что-то, размахивая своим ружьем, остервенело орал поляк, посылая проклятия на беглеца и обещая ему самые страшные кары.
Бах!
Поляк выстрелил стоя во весь рост.
Бздынь!
Раздался звонкий звук и один из ножей вырвало из доски.
Плюс сильно вздрогнула одна из сабель. Андрей сделал вывод, что поляк стрелял крупной дробью, что тоже логично, ей с дальнего расстояния не убьешь, если конечно не попасть в крупные вены, а вот остановить остановишь.
Бах! Бах!
Дважды выпалил в ответ из пистолетов Андрей. Потом подумал, что надо было бы еще больше сократить расстояние перед этим.
«Все равно не факт, что попал бы, а вот потом пришлось бы быстро убегать, а рука уже и так едва слушается», – подумал он.
И убедился в своей правоте, когда вернул лавку на место и сел за весла, чтобы снова разорвать дистанцию. Соревноваться в скорости перезарядки своего оружия с поляком он не собирался. И только лишь вновь увеличив отрыв, принялся за перезарядку мушкета и пистолетов.
Бах!
Градов решил палить на удачу с запредельной дистанции е делая больше попыток сближения.
БАХ!
Он все же рискнул заложить усиленный заряд пороха и вложил две пули. Ему требовалось вывести своих противников из строя раньше чем сам потеряет сознание, а то, что он рано или поздно отключится он уже не сомневался. Первые признаки уже появились, начало мутить в глазах, шумит в ушах и общая слабость с тошнотой.
БАХ!
– А-ы-ы!!! – вскрикнул кто-то в лодке.
Кого-то зацепило. Может вновь гребца-арканщика, а может одноглазого поляка.
К радости Градова, противник не выдержал и повернул к берегу.
Андрей же продолжил плыть на лодке и течение спустя пару часов, когда начали сгущаться сумерки, вынесло его к какому-то городку.
За это время он немного привел себя в порядок, как мог перевязался старой одежной и натянул на себя новый комплект.
19
На берег Градов решил сойти на диком берегу, а не на причале. Все-таки заявиться с кучей оружия на борту в город не самая разумная идея, а там наверняка какое-то начальство имеется, может даже полицейский пост. В общем оружие требовалось спрятать и в город войти минуя официальные посты потому как при себе у него никаких бумаг нет, а как известно: без бумажки ты – букашка…
Загнав лодку в небольшой заливчик Андрей решил немного подкрепиться, благо на дне лодки имеется некоторое количество рыбы.
«Ну и глядишь эта парочка мимо проплывет, если все же снова пустились в погоню спустя какое-то время», – подумал он.
То, что его в любом случае будут искать, он не сомневался.
«Для того гонористого поляка поймать меня этот уже не только и не столько работа, сколько личное дело, после того как я ему глаз выбил и возможно подстрелил, – пришел к выводу Андрей. – И даже если придет приказ прекратить преследование, то он все равной пойдет по моему следу…»
А то, что удастся сбросить преследователей с хвоста Градов теперь сильно сомневался.
– Что же делать-то, а?.. – вздыхал он со смешанными чувствами: раздражением, злостью и тихой паникой.
Пока варилась уха, (Андрей без лишних затей вырезал из рыбин филе и бросил в котелок с водой жменю пшеницы, плюс покрошил луковицу, да посолил), припрятал оружие для чего поднял дерн возле какого-то колючего кустарника (в них он не разбирался, разве что шиповник мог опознать уверенно). Себе оставил только самый неказистый из всех ножей.
Уже окончательно стемнело, Андрей съел свое варево и почувствовал себя гораздо лучше, он начал готовиться к походу в город, затушил костер, собрал вещи в котомку, когда увидел, что по реке проплыла лодка с двумя типами на борту. Хоть и было довольно далеко, но ему показалось, что это те самые охотники за головами.
– Проклятье…
Первой мыслью Градова было отказаться от посещения города, вместо этого сесть в лодку и под покровом ночи миновав населенный пункт, добраться до какого-то другого жилья, но тут дала о себе знать рана в плече пульсирующей болью. Все говорило о воспалении, а значит нужно срочно провести обработку. В городе должны быть доктора, и хоть он о них был невысокого мнения, ни руки не моют, ни инструмент не дезинфицируют, но все же что-то они уметь должны, какие-то лекарства есть помимо кровопускания. А если затянуть, то есть все шансы словить гангрену, а это весьма продолжительная и довольно мучительная смерть.
«Или лучше все-таки к деревенским знахаркам обратиться», – засомневался Градов.
В свое время он наслушался ужасов о медицинских практиках прошлых веков. В частности, о том, как в просвещенной Франции лечили ее Короля-Солнце, Людовика какого-то там по счету, каких только изуверств с ним не творили! Регулярно поили сурьмой отчего он облысел, но это еще полбеды из-за этого «лекарства» у него образовались кишечные язвы которые прижигали раскаленным прутом пропихивая его через задницу. Как результат в заднем проходе образовывались анальные шишки и опухоли, которые вырезали ножницам без наркоза! Потом ему выдернули все зубы, дескать темный налет это поражение зубов червями, сломали при этом нижнюю челюсть и вырвали часть нёба!
Отечественные знахарки на этом фоне выглядели как-то предпочтительнее. Они хотя бы травами лечат, а не толченым пометом летучих мышей, кровью девственницы и мочой новорожденного и тому подобной хренью. По крайней мере по них он никаких леденящих душу историй не слышал.
Решив не выкапывать обратно оружие, Градов, как окончательно стемнело, так что появились звезды, столкнул лодку и поплыл, доверившись течению, проскользнул мимо города, где его наверняка чуть ли не с собаками ищет та парочка, а там и не заметил, как уснул.
Проснулся от холода и от того, что его мелко трясло. И не совсем понятно отчего его трясло, от собственно холода или же началась горячка.
– Все-таки воспаление… – пробормотал он, потрогав лоб.
Лоб был горячим, щеки горели, во рту сушняк, голова болит…
Лодку ночью приткнуло к берегу и пришлось снова выходить на стремнину. Впрочем, плыл он не так, чтобы долго, когда он увидел очередное селение и понимая, что все, без чужой помощи ему однозначно каюк, направил лодку к причалам у которых уже суетился народ.