Георгий Крол – Остановить прорыв! (страница 34)
Мои ребята начали тихо расползаться по местам. А мы с ординарцем и комиссаром залегли напротив танков. Да, службу ремонтники несут паршиво. Будь на нашем месте немцы – повязали бы их тёпленькими. Пока часы отсчитывали назначенные пятнадцать минут, я осматривал лагерь в оптический прицел. А вот это интересно, танкистов возле машин что-то маловато. Посчитаем: две «тридцатьчетвёрки» – 8 человек. Три «БТ» – 9. Итого получаем семнадцать.
А я вижу на семь человек меньше. Возможно, конечно, что экипажи неполные. Но ведь может быть, что в каждой машине находится на дежурстве один из членов экипажа. В этом случае танки мгновенно задраиваются изнутри и превращаются в огневые точки. Кстати, стоят они как попало, но башни развёрнуты так, что создают круговую оборону. Если это не случайность, то их командир молодец. Странно только, что палатки и люди находятся не внутри круга машин, а снаружи.
Я посмотрел на часы. Время. Кивнул Корде и Рамону – и мы встали. Отряхнулись, привели себя в порядок и двинулись вперёд. Через минуту мы вышли на поляну. Никакой реакции, часовой нас заметил, только когда я демонстративно кашлянул.
– Стой, кто идёт!
– Отставить, рядовой. Мы уже минуту как стоим, дожидаемся, когда вы нас заметите. Старшего ко мне.
– Есть. Товарищ…
– Отставить, Чаплыгин. Потом разберём, как вы несёте службу. – К нам приближался лейтенант в чёрном танковом комбинезоне. Идёт внешне спокойно, но кобура расстёгнута, молодец. В танках на первый взгляд ничего не изменилось, но вот в том, что перед нами, курсовой пулемёт слегка опустился. Чуть-чуть, на пару сантиметров, и направлен теперь точно на нас.
– Лейтенант Найдёнов. Кто такие?
– Лейтенант Дубинин, 176-я стрелковая дивизия. С группой бойцов был направлен в Москву, для вручения наград. Самолёт сбили недалеко от Бричан. Теперь пытаемся выйти к своим. А вот что танковая часть делает в лесу, мне непонятно.
Лейтенант смотрел хмуро. По идее, он сам сидит в лесу, значит, и нас спрашивать, что мы тут делаем, не вправе. Ага, размечтался. Прав тот, у кого броня крепче. Во всяком случае, лейтенант думает именно так.
– Документы!
Ну герой. Ещё и голос повышает.
– На каком основании, товарищ лейтенант? Это мы два часа назад от роты фельджандармов отбивались. А вы тут сидите в тишине и покое, курорт устроили.
Лейтёха обозлился, вон как скулы побелели. Вскинул руку.
– Слушай, Найдёнов, давай без глупостей. Ты знаешь, сколько у меня людей? А где они, ты видишь? То-то! Я с тобой разговариваю как командир с командиром, а ты тут угрожать мне вздумал. Думаешь, посадил по человеку в каждый танк и герой? А то, что все остальные бойцы под прицелом, ты подумал? Вообще, почему танки не расставлены по периметру лагеря, а скучены внутри? Ведь одной гранаты хватит, чтобы их все уничтожить.
Лейтенант медленно опустил руку. Смотрел он всё так же хмуро, но некоторое сомнение во взгляде появилось.
– И откуда вы в Москву летели?
– Из-под Винницы. Не вскидывай брови, сам знаю, что звучит глупо. А вот гляди, какая катавасия получилось: самолёт наш попал в грозу. Связь накрылась, радиокомпас тоже. Когда вышли – нарвались на «мессеры». Те пытались нас вести на свой аэродром, но наши пилоты умудрились сесть на опушку леса. Вот с тех пор нас фрицы и гоняют. А вы тут как очутились?
Похоже, мои объяснения выглядели настолько нелепо, что танкист поверил. Такое выдумывать просто глупо, очень уж неправдоподобно. Поэтому начал отвечать.
– Тут располагались ремонтные мастерские 30-го танкового полка 9-й кавдивизии 2-го кавкорпуса. Дивизия была передана из состава Од-ВО и передислоцирована под Бричаны. Перед наступлением все готовые машины из мастерских были переданы в полк. Пять неисправных танков срочно заканчивали ремонтировать. Экипажи уже ждали, боекомплект загрузили, а горючее должны были доставить 12-го утром. Но так и не подвезли.
– А где начальник мастерских?
– Убыл, вместе со всей техникой. Тут оставались шесть человек техников и старшина со склада ГСМ. Вот мы и сидели, ничего не зная. Рации на танках есть, но мы их не включали, чтобы аккумуляторы не сажать.
– А медики?
– Они пришли вчера. Рассказали, что немцы начали наступление, наши части отступают. Да там медиков – сержант-фельдшер и две санитарки. Потом ещё люди и ещё. Всего пришли десятка полтора бойцов. Если точнее, то шестеро кавалеристов, трое из артдивизиона и пятеро мотострелков.
– Раненые есть?
– Да почти все, но в основном царапины. Девушки их перевязали, говорят, ничего серьёзного.
– А фельдшер что говорит?
– Ну, я же говорю, сказала – опасности нет, в строю могут стоять все.
– Ясно. Значит, сержант-фельдшер – тоже девушка.
– Ну да.
– А палатку они что, на себе приволокли?
– Да нет, палатка одна из наших. Медицина свой крест к ней прикрепила, говорят, по международным законам раненых трогать нельзя. А мы что, пусть будет.
– И вы тут кукуете с полным боекомплектом, но без горючего?
– Точно.
– Да уж! А я-то обрадовался, думал, сейчас прорвёмся к своим. Фрицев вокруг вроде и немало, но и немного. А главное, бронетехники у них никакой.
– Слушай, лейтенант, а сколько вас вообще?
Чёрт, заслушался и забыл.
– Группа, ко мне, строиться!
Когда вокруг поляны поднялись из кустов мои ребята с трофейными пулемётами и автоматами, лейтенант только головой покачал.
– Здорово вы нас. Вот только выйдем к своим, у меня эти горе-часовые из нарядов не вылезут! Вояки хреновы, слона в упор разглядеть не могут!
– Да ладно тебе, командир. У меня бойцы такое прошли, не дай бог никому, вот и научились. Из нашей роты едва полсотни ребят уцелело. Зато эти где угодно пройдут.
– Понятно. Но своим я всё равно покажу, где раки зимуют.
– Это всё потом. Сейчас надо думать, где горючку искать. Тебе же для Т-34 солярка нужна, не бензин?
– Да. Для БТ тоже, там новые движки, В-2, дизельные.
– Вот. А у фрицев почти всё на бензине ездит. Вот и надо думать, где может найтись дизельное топливо.
Найдёнов пожал плечами.
– Знать-то я знаю, а толку?
– Не понял?
– Возле села Тринка, отсюда максимум километра четыре, был большой склад горюче-смазочных материалов. Сомневаюсь, что его смогли вывезти. И точно не взрывали, горело бы так, что и отсюда было бы видно. Только как это горючее забрать, а главное, доставить сюда?
– Вот, кстати, об этом. Раз технику сюда доставляли и она возвращалась обратно, значит, есть дорога, причём достаточно широкая?
– Есть. Мы её замаскировали и даже пару мин заложили. Всего три, больше не было. А сверху завалили кустами и даже дерево воткнули. Пока срабатывало.
Ну да, пока листья не высохнут окончательно. Тогда это будет не маскировка, а табличка: «Добро пожаловать!» Так, думаем. Есть склад ГСМ. Фрицы будут его использовать? А как же! Значит, там стоит какой-нибудь взвод обеспечения. И наверняка есть транспорт: мало ли какая нужда. Через лес туда часа два ходу. Одно «но», именно там нас и ищут. Хотя, с другой стороны, фрицы уже закончили прочёсывание и нас не нашли. Что они будут делать? Правильно, расставят засады по всем дорогам и мало-мальски проходимым местам.
Вот нам и надо найти такую засаду по дороге к селу, тихо её снять и оставить там своих людей. Потом наведаться на склад, вырезать обслугу и вывезти цистерну топлива, а лучше две. Возвращаемся сюда, заправляем танки – и вперёд, на Сороки. А там уже места знакомые, можно сказать, окажемся почти дома. Остаётся решить, кто пойдёт и сколько. Нужны как минимум три водителя: для двух машин с горючим и одной для бойцов.
– Лейтенант, среди твоих людей водители есть? Не мехводы, этих трогать не надо, но кто-то же должен машины с горючкой пригнать?
– Двое из артдивизиона как раз шофера, на «ЗИС-15» ездили.
– Отлично. Значит, так. Я забираю этих двоих. Кроме них со мной идут ещё пятеро бойцов. Мы попробуем захватить топливо и доставить сюда. Ваша задача – организовать оборону. Немцы ищут нас, так что вполне могут обнаружить вашу замаскированную дорогу и заявиться всей толпой. Оставляю вам сержанта Рамона. Он, во-первых, танкист, а во-вторых, умеет оборону строить, как никто. Сам убедился.
Ещё некоторое время мы с Ильёй, так звали лейтенанта, продумывали, как половчее выйти к складам. А главное, как быстро и тихо вернуться назад. Дорога, на наше счастье, уходила на северо-запад, вот почему её до сих пор не нашли, немцев там было немного. Получалось, что всё относительно просто: пройти по лесу почти до места назначения, снять охрану и вернуться назад почти прямо, не объезжая весь лесной массив.
Мы выдвинулись с таким расчётом, чтобы добраться до складов к началу сумерек. Как раз успеем присмотреться к организации охраны, а там ночь, а ночью фрицы не воюют. Впереди опять шёл старшина Кузьменко: всё-таки очень удачно, что он с нами. Самому идти в головном дозоре было бы странно, командир как-никак. А пограничник стелется как туман, не видно его и не слышно, зато сам всё замечает.
Два километра по лесу прошли спокойно. А на опушке засекли немецкий «секрет». Сидели в окопчике двое фрицев. Рация, чего я опасался, у них отсутствовала, сигнал должны были подавать ракетой. А вот буквально в сотне метров обнаружился второй пост. И вот у этих рация была. Ничего себе засада с подстраховкой. И ведь чудом не попались: один из немцев, похоже, испортил воздух и второй дал ему подзатыльник. В шутку дал, по каске, но вот этот шлепок по металлу их и выдал.