Георгий Кокаев – Сознание (страница 2)

– Тебе даже сидеть нельзя, не то что вставать! – Остановила меня медсестра.

– Мой друг умирает, не могу тут лежать! Лучше помоги сбежать отсюда! – Попросил я.

– Я? Я не могу! Меня поймают и посадят! – Закричала она.

– Давай сбежишь с нами, у нас все получится! Большая часть России нас поддерживает! Мы заляжем на дно на время, а потом провернем революцию! – Убеждал я.

– Не знаю, я боюсь, что ничего не выйдет, – опустила глаза медсестра.

– Все очень даже выйдет! Главное верить! – Уверял я..

В палату зашел Владимир.

– Как ты себя чувствуешь? – Спросил надзиратель.

– Я в полном порядке, помоги нам сбежать, – говорю я.

– Что ты такое говоришь? Я не могу! Как вообще ты себе это представляешь?! – Вова.

– Все очень просто: ты дашь мне свой телефон, я позвоню нашим сторонникам и они приедут на машине ко входу, а ты в свою очередь выведешь нас, будто перевозишь в другую тюрьму. Как тебе идея? – Я.

– У меня есть начальство и напарник, если ты не забыл. Кто позволит мне вывести вас из камер? – Владимир.

– Так я же не в камере, и Барса тоже можно уложить тут рядом со мной, а прекрасная медсестра подтвердит, что ему требуется медицинская помощь.

– С чего ты решил, что я это сделаю? Я же не давала согласие на такое, – она.

– Пока не давала, но я вижу, как вы оба верите в наше движение, поэтому помогите нам и встаньте в наши ряды! – Сказал я закашлявшись.

– Он сможет идти? – Спросил Вова медсестру.

– Уверенна, что нет. Ему даже вставать не желательно, – сказала девушка.

– Ты не у нее спрашивай, а у меня. Я лучше знаю, смогу или нет, так вот я уверен, что смогу. Кстати, как ваше имя? – Обращаюсь к медсестре.

– Вероника, можно просто Ника, – она.

– Очень приятно, теперь знаю имя девушки, которую полюбил с первого взгляда, – я.

– У тебя точно жар, – засмущалась Ника.

– Все, теперь дайте мне немного поспать и перевезите Барса в госпиталь, дальше уже решу, что делать.

Я проснулся, возле меня сидела Ника и гладила меня по руке. Мне снились прекрасные сны, будто мы с ней поженились, завели семью, у нас было много детей и все было, как во сне, хотя это итак было во сне.

– Как ты? – Спросила медсестра.

– Чувствую себя превосходно, я полон сил и энергии, будто спал несколько недель, – ответил я.

– Ну, почти, ты проспал трое суток. Я начала уже переживать подумала, что впал в кому, – уточнила она.

– Ничего себе, а я то думаю, почему я так хочу пить, – я.

Она подала мне стакан с водой, и я выпил его в несколько глотков.

Твой друг лежит в соседней палате, ему совсем стало плохо, он обессилел, – Ника.

– Он хотя бы в сознании? Может ходить? – Спросил я.

– В сознании, но ходить вряд ли сможет.

– Отведи меня к Барсу.

Зайдя в палату Барса, я уже не видел того сильного и энергичного парня, который был способен на все. Передо мной лежал худой, истощенный мужчина, вид у него был жалкий. Все лицо и голова заросли длинными черными волосами, чем-то он напоминал Робинзона Крузо, тоже в одиночестве, тоже пытается выжить. Я понял, что все надо брать в свои руки, Барс сейчас точно не может принимать решений. Я не мог сдержать свои печальные эмоции, по моей щеке покатилась слеза.

– Не смей тут хныкать, держись, – сходу сказал Барс.

– Я не могу смотреть на тебя такого! – Я.

– Какого такого? Тело мое надломлено, но дух даже не поцарапался, – он.

– Я хочу организовать нам побег, – я.

– Мне уже сказал Вова, но надо все продумать и связаться с нашими.

– Возьму это на себя, а ты наберись сил, – я.

Глава вторая

– Ало, Гриша, шалам. Это я. Нужно нас уже вызволять отсюда, будьте наготове, – позвонил я с телефона Вовы.

– Шалам, Хох. Когда и что нам делать? – Ответил Гриша.

– Нужно подготовить одну неприметную машину на левых номерах, и возьми с собой тысяч сто, чтоб дать на лапу гайцу если остановит. Еще возьми с собой гражданскую одежду: две пары джинс, две пары ботинок, футболки и две куртки. После завтра мы выйдем через главный вход…

– Как через главный? – Перебил Гриша.

– Слушай и не перебивай! Нас выведут в наручниках и посадят в бобик, повезут на юг по М29. Позже отправлю тебе локацию, где нас высадят и примерное время высадки, – сказал я.

– Все будет сделано, не переживай, – пояснил Гриша.

– Конец связи, – сказал я и положил телефон.

Лежа в палате, я думал о наших шансах на побег. Все было схвачено, осталось уговорить Вову, я был уверен, что он согласится на эту авантюру. Через некоторое время он ко мне зашел.

– Ну что? Как они будут вас вызволять? – Поинтересовался Вова.

– Не они, а ты.

– Как я?

– Вот так, Ника напишет руководству прошение о переводе нас в гражданскую больницу по состоянию здоровья. Такие прошения не могут рассматриваться более двух дней, значит послезавтра наш лимузин будет готов к выезду, а за рулем будешь ты. Попросишься лично нас отвезти, ибо мы опасные преступники и склонны к побегу. Заранее возьмешь с собой сменную гражданскую форму и сбежишь с нами, иначе тебя растерзают. Бросим бобик, пересядем в машину наших младших и скроемся.

– Ты уже все решил за меня? Почему ты думаешь, что я не смогу отказать? – Занервничал Вова.

– Потому что ты одного мышления с нами, ты наш человек! Зачем тебе гнить в этой Богом забытой дыре? Если тебе страшно, то так должно быть! Мне тоже страшно, но чем настоящий мужчина отличается от тряпки? Тем, что несмотря на страх, он все равно продолжит гнуть свою линию и сделает страх своим компаньоном, а не врагом.

– Да, мне страшно, но что-то мне подсказывает, что я все делаю правильно, – Вова.

– Ты все делаешь по совести, так что не ошибешься, если прислушаешься к ней, – посоветовал я.

Следующий день прошел тихо и безмятежно, я лежал в своей палате и раздумывал о дальнейших действиях после побега. Почти во всех государственных структурах работали люди наших идей, но главы регионов были нам не подвластны, они все ужасно боялись потерять свою власть и имущество. Зачем им рисковать ради сомнительной идеи, ведь у них итак все есть? Я пытался собрать все нити воедино, чтобы как можно ближе подобраться хотя бы к одному президенту республики, чтоб переманить его на свою сторону, но это было чрезвычайно сложно.

Вечером я встал с кушетки и вышел в коридор, повсюду витал запах спирта и каких-то препаратов, всегда ненавидел больницы и поликлиники, думаю, ужасный запах, да и сама атмосфера в них не могла кому-либо понравиться. Дойдя до двери в палату, в которой лежал Барс, я отворил ее и сделал пару шагов внутрь. Он лежал неподвижно на спине с закрытыми глазами, приблизившись я позвал его, но тот ничего не ответил. Тогда я одернул его за руку и его глаза открылись.

– Чего тебе? – Сухо промолвил Барс.

– Хотел узнать, как ты тут, – сказал я.

– Все в порядке, я полон сил.

– По тебе и не скажешь, хотя это не станет проблемой нас увезут отсюда под видом тяжело больных, а тебе и притворяться не надо, к тому же ты плохо это умеешь делать.

– Мне как раз лень вставать, перенесете меня в машину.

– Ты все также не хочешь признавать, что тебе на самом деле трудно даже пошевелиться! – Вспылил я.

– Нет, мне просто лень. У меня заслуженный отдых! Да и что с того, что я это признаю? Тогда я смогу шевелиться без усилий? Думаю, нет.