Георгий Григорьянц – Приношение Луне (страница 11)

Она имела в виду, что Акимов познавал объекты опыта не такими, какие они есть сами по себе, а через свою чувственность. Берестецкий, постигавший законы науки умом, не понимал Акимова:

— Он пытался выйти за пределы чувственного опыта, но… увы… Жаль его. Милая, охранник постоянно будет рядом, но, Розочка, все же я за тебя волнуюсь… Надень сегодня кулон с гранатом! Мне будет спокойнее.

У крыльца уже ждал служебный автомобиль с водителем, поодаль стоял охранник Сева. Черный костюм охранника очень шел парню, подчеркивая его атлетическое сложение и строгость стиля. Ученый, послав жене воздушный поцелуй, занял место в машине, которая умчала его на работу.

Роза и охранник остались в доме. Красивая палехская шкатулка стояла на туалетном столике в спальне. Открыв ее, Роза порылась и достала небольшой кулон с темно-красным кристаллом. Полюбовавшись, она надела украшение на шею, спрятав кристалл под блузку. Что поделать? Муж велел носить…

Сева, убедившись, что женщина хлопочет на кухне — готовит обед, — в доме все тихо, двери заперты, присел на диван в гостиной и стал просматривать на смартфоне социальную сеть. До его слуха донесся шум разбитого стекла. Охранник насторожился, медленно поднялся, достал из наплечной кобуры пистолет и, тихо двигаясь, направился туда, откуда пришел звук.

Он шел по большому частному дому, заглядывая в комнаты, мгновенно оценивая обстановку и проверяя окна, в готовности незамедлительно применить оружие. В конце коридора промелькнула тень. Теперь пора действовать… Сева резко рванул вперед, и тут раздался выстрел. Пуля задела предплечье. Не обращая внимания на рану, охранник влетел в зимний сад и, увидев мужчину в балаклаве, открыл по нему огонь, ранив налетчика в левую руку. Тот, стреляя в ответ, скрылся за цветниками и раскидистыми деревьями в кадках. Сева предпринял атаку. Внезапно к его затылку приставили дуло пистолета. Охранник покосился на подельника бандита, тоже в маске, дернулся было применить прием обезоруживания, но получил удар пистолетом по голове и, потеряв сознание, рухнул на пол.

Испуганную Розу на мушке держала женщина в балаклаве. На кухне появились ее сообщники — двое мужчин в балаклавах. Хозяйка дома, комично подняв руки — одну с половником, другую с кухонным ножом, — смиренно стояла в переднике в горошек и ничего не понимала, однако присутствие духа не теряла:

— Господа, забирайте что хотите, но не мешайте мне готовить обед!

Ничего не говоря, один из налетчиков натянул ей на голову бумажный пакет и, отобрав метательные предметы, вывел из дома и втолкнул в синий фургон, отправившийся в лес по грунтовой дороге. На ухабах и рытвинах трясло неимоверно. Примерно через полчаса прибыли на место.

Розу долго вели по какому-то коридору. Пахло затхлостью, сыростью и нефтепродуктами. Поднялись по лестнице на второй этаж. Наконец ее усадили на стул, опутали скотчем и сняли с головы пакет. Захламленная комната заводоуправления, старая мебель, мусор, амбарные книги на полу, разбитые приборы и окно без стекол, в которое виднелось голубое небо да проникали лучи солнца. Измученная Роза озиралась, старясь понять, где она находится и что происходит, а похитители, оставаясь в масках, упорно молчали. Между собой они общались жестами и кивками. Один из мужчин всучил пленнице газету с сегодняшней датой. Оба налетчика достали пистолеты и, встав по бокам от жертвы, картинно приставили к ее вискам «пушки». В момент, когда подельница налетчиков фотографировала «группу страха», на лице Розы растянулась ехидная ухмылка.

Похитители в балаклавах отошли в сторону и, активно жестикулируя, о чем-то шептались, оставив жертву на время без присмотра. Роза, метнув в их сторону беглый взгляд и убедившись, что за ней не наблюдают, вытащила из-под блузки гранатовый кулон и нажала на кристалл. Координаты ее местоположения немедленно ушли через спутниковую систему навигации в отдел ФСБ. Довольная трюком, она спрятала кулон и беззаботно замурлыкала любимую песенку. Мужчины ушли, женщина-похититель, возникнув перед Розой, демонстративно наставила на нее пистолет.

Роза излишне прямо заговорила с дамой-надзирателем:

— Дорогуша, с пистолетом вы смотритесь достаточно эффектно. Но я и так никуда не убегу, так что уберите пушку. Скажите, какой толк похищать домохозяйку? О, поняла! Шантаж мужа… А почему вы все время молчите? Полагаю, западная разведка. Американцы… — благодушно хохотнула она. — В кино я видела, как американские спецназовцы изъяснялись жестами… — Дальше Роза перешла на чистейший английский: — Мой муж вам все равно ничего не скажет. Он не из тех, кто выдает секреты.

Пай была обескуражена. В ее практике еще ни один заложник не вел себя задиристо и был настолько спокоен, будто верил в свое скорое освобождение.

Агент произнесла:

— Миссис Берестецкая, вы бы поделились со мной секретами, если я попрошу?

— Никогда! Вот в моем борще есть секретный ингредиент. Тайна умрет вместе со мной…

Пай подняла бровь:

— Ваш муж — физик-ядерщик. Уговорите его сотрудничать с нами, и все будет хорошо. Вернетесь домой и будете готовить ему борщ с секретным ингредиентом…

— Дорогуша, вы так убедительно говорите, что хочется вам верить… — Роза, лукаво поглядывая на агента, зашептала: — Секрет на то и секрет, что о нем не говорят вслух. Кто-то сказал, что женщина может сохранить лишь ту тайну, которую не знает. Это не про меня. Вот я вам расскажу историю…

Блейк позвонил Берестецкому. По-русски агент говорил превосходно:

— Леопольд Борисович? Ваша жена у нас. Высылаю фото. Убедились? Если обратитесь в полицию, она умрет…

— Что?! — взволновался Берестецкий. — Кто вы?!

— Вы меня не знаете… Как вам фото?

— Что вы хотите?

— Встретиться… Поговорить…

— Это невозможно!

— Ну, тогда я кладу трубку…

— Стойте! Где и когда?

— Щукинский парк, спортивная площадка, через полчаса. Только приходите один… Иначе встреча не состоится, а жену вы больше не увидите.

В указанное время Берестецкий подъехал на машине к парку. Он был один. Выскочив из машины, ученый поспешно зашагал по тропинке к спортивной площадке, окруженной вековыми деревьями. Он нервничал, то и дело оборачивался, суетливо метался от дерева к дереву: искал визави. Блейк наблюдал за ним из укрытия и, убедившись, что хвоста нет, появился ученому на глаза.

Нахлобучив на голову шляпу, надев черные, почти непроницаемые очки, обмотавшись пышным шарфом, в длинном сером плаще, он подошел и проронил:

— Здравствуйте, господин Берестецкий! Уделите мне немного времени, и я сообщу, где находится ваша супруга.

— Мы с вами раньше не встречались?..

— Не думаю…

— И что же вы хотите? — ученый, переживая за жену, волновался.

— Расскажите о золотой сфере, которую космонавт Колесов доставил с Луны.

Берестецкий впал в ступор, но, поскольку надо было поддерживать разговор, сказал:

— Это не моя проблематика. Я занимаюсь токамаками.

— Меня интересует, куда перевезли сферу из Курчатовского центра?

— Да кто ж мне скажет! — закипятился Леопольд. — Секретность такая, что я не знаю, чем занимаются в соседней лаборатории…

Блейк состроил кислую мину:

— Тогда вы мне бесполезны, я зря теряю время…

— А моя Роза? — испугался Берестецкий.

— Леопольд Борисович, вы только что вынесли ей смертный приговор…

Глаза ученого полезли на лоб.

— Как? Вы запросто убьете невинного человека?..

Вместо ответа Блейк кому-то махнул рукой. На спортивную площадку въехал синий фургон, из которого вышли двое мужчин в балаклавах и направились к собеседникам. В ту же минуту по аллеям парка к месту встречи с разных сторон помчались три черных автомобиля. Увидев приближающиеся машины, американцы, впав в стрессовое расстройство, немедленно забыли про Берестецкого и, включив адаптационные механизмы своих организмов, со скоростью гепарда ринулись к своему фургону, двигатель которого предусмотрительно не глушили. Как только все заскочили в авто, водитель резко надавил на газ, и машина, сорвавшись в пробуксовку, с небольшим промедлением устремилась вперед. По свободной аллее фургон несся в сторону Волоколамского шоссе, а за ними неотступно следовали черные автомобили с оглушительными сиренами и полицейскими мигалками.

— Дорогуша, — говорила на заброшенном заводе Роза своей похитительнице, молодой даме, расслабленно прислонившейся спиной к стене, — я очень люблю Америку, часто бывала у вас, но меня всегда удивляло, как можно зажаривать полуфабрикаты для праздничного стола…

Зазвонил телефон, Пай ответила и, судя по неприятному сообщению, агрессивно отреагировала. Опустив трубку, она истерично закричала:

— Ах ты, сука! Заговаривала мне зубы, а твой муженек вызвал полицию… Тебе не жить!

Пай выхватила из-за пояса пистолет и наставила на Розу, но та, лукаво посмотрев на нее, задала вопрос:

— У тебя на куртке три красные точки: что бы это могло быть?

Пай опустила взгляд: произведено лазерное наведение на цель точно в сердце, и целились трое снайперов. Девушка медленно перевела взгляд на окно. Внезапно в комнату ворвались спецназовцы, крепкие и бесстрашные ребята в тактическом снаряжении, шлемах и бронежилетах, со средствами связи и штурмовым оружием. В считаные секунды они окружили американского агента, не ожидавшей такого развития событий. Бросив пистолет, Пай подняла руки и с ненавистью посмотрела на Розу. Заложницу, прикрыв пуленепробиваемым щитом, освободили от пут. С похитительницы стянули балаклаву, и надели наручники на запястья.