Георгий Григорьянц – Приношение Луне (страница 10)
Присутствующих сообщение повергло в немое изумление. Нет, конечно, коллективный разум людей, апеллируя абстрактными понятиями и рождая ассоциации, и без суперкомпьютера пришел к правильным выводам по «магнитной ловушке», но то, что сфера прислана работать совместно с «исполнительным механизмом» на Луне, взволновало настолько, что члены рабочей группы долго не могли ничего произнести.
Наконец высказался Колесов:
— Что же получается? Инопланетная цивилизация шлет зонды на Луну, потому что там находится некое устройство? Ерунда какая-то. Луну просветили вдоль и поперек. Никаких скрытых рукотворных объектов…
Генерал Круглов посетовал:
— Плохо искали, Колесов! А что касается искусственного интеллекта, господин Левицкий… — Круглов сузил глаза: — Жаль, нет возможности изучить причины выбора машиной данного решения.
Демин, повергнутый в смятение, размышлял вслух:
— А если на Луне спрятано некое смертоносное оружие?
Дроздова, заметив, что члены рабочей группы изрядно разгорячились, категорично высказалась:
— Коллеги, успокойтесь! Никакой трагедии нет. Возникла всего лишь очередная рабочая гипотеза. Придется ее подтвердить или опровергнуть…
Левицкий деликатно напомнил:
— Дар ни с того ни с сего наградил Юру сверхспособностями…
Екатерина Дроздова строго на него посмотрела и, как истинный ученый, произнесла:
— Мы получим безошибочные результаты, если углубимся в исследования и не будем паниковать раньше времени.
После обеда Левицкий подошел к Дроздовой:
— Екатерина Романовна, вы тонкий аналитик. Ваши идеи вдохновляют. Я бы хотел поподробнее кое о чем вас поспрашивать… В гостинице есть бар… Вечером мы могли бы встретиться…
— Денис Владимирович, — она досадливо его перебила, — не тратьте зря время. Вы не в моем вкусе.
Глава 4. Любовь и разочарования
Поздним вечером, находясь в своем номере гостиницы, Екатерина думала о Федоре. Отогнать навязчивые мысли не получалось. Интуитивно, на неосознанном уровне он ей понравился с первого взгляда. Колесов не любит суеты, уверен в себе, прекрасно держится, говорит редко, но по существу, харизматичный, спортивный. Любая женщина почувствует себя рядом с ним защищенной. Он сильный прирожденный лидер, красив, умен, умеет слушать и слышать, всегда лучится оптимизмом. Этот самодостаточный мужчина вскружил ей голову, взбудоражил ее женское воображение. Именно таковым она представляла своего будущего мужа, с которым легко идти по жизни, интересно общаться на интеллектуальные темы. Он яркая, творческая индивидуальность, всегда достигает того, чего хочет, образованный, стильный, совсем не высокомерный и, в конце концов, подходящий сексуальный партнер. Конечно, у него есть недостатки: расслабляется пивом и крепкими алкогольными напитками, не терпит критики, любит казарменный юмор, не желает или не умеет производить впечатление. Но это все поправимо, главное — он способен на настоящие, глубокие чувства. Она заметила, что, находясь рядом с ней, он всегда испытывает восторженные эмоции, и, значит, она ему небезразлична. У Екатерины возникло влечение, и ничего с этим поделать было невозможно.
В дверь номера Колесова постучали. Федор отложил книгу, встал, открыл дверь. На пороге стояла Дроздова.
— Екатерина Романовна? — удивился он.
— Федор Григорьевич, можно войти?
— Конечно!
Она, в домашнем платье и туфельках, вошла, прошлась по комнате и, опершись спиной о подоконник, предложила:
— Давай без официоза! Согласен?
— Да.
— Идея, которую ты сегодня высказал за обедом, тянет на открытие. Ученые умеют ставить правильные вопросы, но в поиске истины они зажаты в узком коридоре объективных предпосылок и обычно не пытаются выйти за границы возможного. Только непредвзятый человек видит реальную ценность абсурдной идеи. Как ты думаешь, мы сможем проникнуть в захватывающую тайну Дара?
Колесов восхищенно смотрел на женщину. Красивая фигура, одухотворенное лицо, русые волосы, голубые глаза, утонченность во всем… Ей не больше тридцати трех, но она уже доктор наук, ведущий специалист ядерной отрасли. Это смущало, но простенькое платьице и распущенные волосы делали ее молодой, очаровательной и соблазнительной. Парфюм, который шлейфом тянулся за ней, источал запах весны и цветов. Федору вдруг показалось, что он знает ее много лет, а теперь хочет узнать доподлинно.
— Я думаю, мы на правильном пути… — негромко произнес он.
Она подошла, коснулась его руки:
— Из всех мужчин, которых я встречала, ты самый невероятный… Бесстрашный, надежный, неугомонный…
Ее выражение лица говорило: «Я хочу быть с тобой», а его улыбка и горящие глаза отражали взаимную симпатию и счастье. Между двумя неординарными личностями ощущалось эмоциональное притяжение.
— Это похоже на безумие, — сказала она, — но я, кажется, влюбилась…
Екатерина, глядя ему в глаза, потянулась к губам Федора и поцеловала. Он, почувствовав прикосновение губ взволнованной женщины, расслабился, прикрыл глаза и полностью отдался моменту. Она, погрузив руки в волосы партнера, поглаживала их, не переставая целовать возлюбленного, и на каждое его движение отвечала взаимностью. Он, страстно лаская желанную женщину, шептал:
— Ты сводишь меня с ума…
Она — объект сильных и пылких желаний мужчины. Охватившая Федора страсть подарила первобытную чувственность, рождая приятные и незабываемые ощущения. В ответ на его ласки она прижалась к мужчине, прекрасно зная, что в эту минуту тот испытывает удовольствие и сильное сексуальное влечение. Она дразнит его, помогает его чувствам постепенно, но неминуемо раскрыться… Их души слились воедино, безумие охватило обоих, появились порыв и нетерпение… Раздев друг друга, они опустились на кровать…
Блейк, желая ускорить события, на закате дня собрал команду в конспиративной квартире на Трубной и объявил:
— По агентурным данным, доктор наук Берестецкий приглашался на обследование реактора с Луны. Мне он знаком по конференции в Нью-Йорке… Попытка его завербовать не увенчалась успехом. Живет c женой Розой уединенно в своем доме в получасе езды от Москвы. Всего один охранник.
Пай поинтересовалась:
— Чем он занимается?
Рид погуглил интернет и сообщил:
— Леопольд Борисович Берестецкий, теоретик тороидальной камеры с магнитными катушками токамак. Близок к решению проблемы стабильности плазмы. Возраст пятьдесят лет.
На экран монитора было выведено два фото — ученого и его жены.
— Он-то нам и нужен! — убежденно заявил Хит, глядя на полноватого, улыбчивого ученого.
Фокс спросил:
— Шон, какой план?
Блейк, пройдясь по комнате, остановился и обвел взглядом команду:
— Берестецкий без ума от жены, даже на конференции с ней ездит. Она что-то вроде его референта, а может быть, талисмана… Уверен, оба много знают… Похитим жену, и муж сразу выложит интересующую нас информацию.
— Что ж, — Хит рвался в бой, — времени мало. Нужны действенные методы.
Пай злобно оскалилась:
— Я беру женщину на себя.
Блейк согласился:
— Разумно. Хит и Фокс, будете на подхвате у Пай. Держите жену ученого на заброшенном заводе. Ее мужу я предложу встретиться… Думаю, он согласится сотрудничать и не решится звонить в полицию.
— А если нет? — спросил Фокс.
Подумав, Блейк объявил:
— Тогда выкрасть придется и его… — Шеф укоризненно посмотрел на помощницу: — Пай, дорогая, не уничтожай раньше времени ценный источник! Ликвидируем обоих, когда они сольют необходимые данные.
— Окей, — недовольно буркнула Пай.
Рано утром известный физик, полноватый и лысеющий Леопольд Борисович Берестецкий пил кофе.
— Розочка, — нежно сказал он жене, — сегодня предстоит важное совещание. На обед могу задержаться.
Жена Роза, практичная, сохранившая увядающую красоту женщина сорока пяти лет, неодобрительно покачала головой:
— Лева, на пустой желудок вдохновение не приходит, а мысли, как птицы, норовят улететь в неведомые дали… Буду ждать тебя к обеду. Между прочим, приготовлю твой любимый борщ.
— Розочка, ты мой ангел-хранитель… Что бы я без тебя делал? Постараюсь не опаздывать. — Он встал из-за стола, надел пиджак, подошел к жене и поцеловал ее в щечку: — Люблю тебя.
— Лева, не забудь бутерброд с колбасой.
Берестецкий запихал контейнер с бутербродом в портфель и озабоченно сказал:
— Знаешь, убили Акимова…
— Как?! — вырвалось у Розы. — Хоть я его и недолюбливала, все же он был трансцендентным идеалистом…