Георгий Арси – Орден Падшего Ангела. Первое сочинение Джузеппе ди Кава. Тайный слуга Люцифера, или Секретарь инквизиции (страница 5)
Монахи в одежде доминиканцев, силой вошедшие в дом Йорно, ни лицами, ни одеждой были совсем не похожи на обычных обитателей монастырей, проводящих время в нескончаемых молитвах, песнопениях, изнурении духа и тела. Они были одеты в белые туники и чёрные накидки с капюшонами. Кожаные пояса были новыми, белые чулки, чёрные башмаки – справными и неизношенными. Сами служители небесным покровителям и мирским законам веры были, как на подбор, сухощавы, стройны и крепки в плечах.
Вслед за слугами инквизиции, торжествуя, не скрывая радости, осторожно переступил порог дома и лекарь Саверио Дзенти. Это был полноватый человек среднего роста с активно зарождающимся брюшком, безбородый, с большим кривым носом, крупными глазами навыкате и маленьким ртом в окружении дряблых щёк. Он был одет в кафтан из дорогой ткани, в руке держал трость.
За всё время существования аптеки он был здесь всего лишь один раз, три года назад. Теперь, появившись повторно, с большим интересом осматривал хозяйство своего заклятого врага. Он водил большим кривым носом по сторонам и недовольно хмыкал, не обращая внимания на хозяина аптеки и монахов.
Сам Йорно не терял самообладания и внимательно рассматривал главное духовное лицо, прибывшее по его жизнь и душу. Инквизитор оказался относительно молод для своего высокого положения, ему было не более тридцати лет. Строгое, волевое узкое лицо фаната должно было внушать трепет и уважение всем, кто находился рядом. Чёткий контур чёрной ухоженной кудрявой бороды начинался от высоких скул и продолжался до острого подбородка, показывающего природное упрямство этого человека от самого рождения. Гипнотизирующие зрачки чёрно-бархатных глаз смотрели прямо, прожигая любого собеседника и копаясь в его голове и мыслях. Жёсткие короткие тёмные волосы открывали высокий, несмотря на молодой возраст, морщинистый лоб. Нос с некоторой горбинкой и язвительные узкие губы дополняли и без того властное лицо этого совсем не известного аптекарю человека из инквизиции. Особо странным было то, что из-под традиционной мантии инквизитора выглядывал эфес короткой рапиры, а из-за кожаного пояса – рукоять трёхдульного пистоля роскошной редкости, стоившего больших денег для любого богатого вельможи. Подобные игрушки войны только-только начинали входить в моду во всех государствах. Да и, как правило, синьоры такого уровня судебной и духовной власти не носили оружия. Это не совсем соответствовало кодексу инквизитора. Под чёрными накидками монахов на поясах тоже угадывались короткие кинжалы. Такую неслыханную вольность могла позволить себе только STD – Служба тайного дознания при самом папе римском. Никто не знал из простых обывателей, кому она подчинялась. Некоторые граждане Италии со страхом в голосе утверждали, что эта служба подчинена Sanctum officium, то есть Святой канцелярии, или Святому отделу расследований еретической греховности. Другие люди утверждали, что это особые братья из ордена иезуитов, и последние были правы.
Йорно прекрасно знал, что подобные служители церкви привлекались очень редко, в особых случаях. Они были по своему положению и правам значительно выше, чем обычные служители инквизиции. Их направляли в самые тяжёлые места, когда человеческая ересь имела особое значение для деятельности престола: впрямую угрожала безопасности, таила в себе что-то очень необычное или невозможное в обычном естестве жизни. Присутствие огромного чёрного пса при инквизиторе было вообще из ряда вон выходящим событием. Подобного случая ранее аптекарь не встречал и о таком никогда не слышал. Обычно духовные лица вели себя более скромно. Такая особенность ситуации насторожила Йорно, она подтверждала мысли о том, что его посетила совсем не обычная инквизиция.
– Лаэлапс, нельзя так ненавидеть незнакомых людей. Хотя этот замечательный пёс редко ошибается. Он натренирован на еретиков, ведьм, колдунов и прочих почитателей шабаша. Для этого с возраста щенка дрессировался в темницах и казематах, где содержалась вся эта шваль. Даже самый смелый и уверенный человек боится. Лаэлапс остро чувствует запах страха, исходящий от людей, и по этой причине подозревает их в измене и еретичестве. Есть у него и свои тайны в пристрастиях к запахам, обычно исходящим от алхимиков. Согласитесь, пёс необычайно справедлив, – заявил молодой человек, ухмыльнувшись.
Йорно не ответил, продолжая внимательно разглядывать старшего инквизитора, присутствующего в его доме. На лице аптекаря не дрогнул ни один мускул. Он вдруг понял по поведению пса, что тот неспроста принюхивался к запаху малой капли воска, совсем не видимой на первый взгляд. Пёс был натренирован на запахи, исходящие от свечей, что использовались при ритуалах вызова демонов и Люцифера.
– Мы прибыли из Рима совсем недавно и сразу направились в эту аптеку. Если я не ошибаюсь, здесь трудится мастер Йорно. Если это так, то жители города очень недовольны твоим поведением, имеется и правдивый донос на некого Йорно из Витербо. Я обязательно разберусь, и справедливость восторжествует, но для этого надо будет говорить правду и только правду. Для начала скажи, почему ты так долго не открывал дверь? – уточнил молодой инквизитор.
Звук его голоса был мягким, тёплым, вкрадчивым и в то же время очень опасным. Колебания голосовых связок проникали в мозг собеседника и пытались разрушить всякую защиту, вызывая апатию и полное доверие к говорившему. Йорно понял, что инквизитор умело управляет голосом, используя его тембр для своеобразного гипноза и обмана собеседника. У обычного человека возникала иллюзия благополучия, и он начинал, помимо своей воли, доверять этому духовному лицу. Но аптекарь не был таким обывателем, и он сразу ощутил всю опасность, исходящую от этого молодого служителя церкви, наделённого огромными полномочиями.
– Добрый день, мессер! Клянусь вам всеми покровителями города, я ничего не знаю про донос, но готов быть полезным. Скажите, кто вы, и я отвечу на все вопросы, – заявил Йорно, продолжая вести себя скромно, но уверенно.
Он не показывал страха ни перед тихо рычащим псом, ни перед инквизитором. Аптекарь, не сходя с места, уважительно поклонился и сделал вид, что не замечает разбитой двери, пса, наглого лекаря Саверио Дзенти, большого количества монахов и напряжённости ситуации.
– Да, это именно он, мерзкий аптекарь Йорно. В этом доме он тайно колдует, принимает ведьм и собирает шабаши, устраивает оргии и изобретает лекарства, запрещённые…
– Довольно, лекарь Дзенти, иди к себе и не покидай дома, что бы ни случилось. Я благодарю за помощь, когда будет нужно – я вызову. Не смей сплетничать, иначе не сносить головы, – жёстко остановил кляузника инквизитор, не дав окончить фразу.
После его слов двое монахов немедленно подхватили лекаря за руки и попытались вывести из дома. Однако Дзенти был совсем не рад такому окончанию своей миссии. Он позволил себе небольшое сопротивление, и монахи на несколько минут оставили его в покое, ослабив захваты.
Лекарь, пользуясь образовавшейся возможностью вновь заявить о своей преданности, быстро проговорил:
– Мессер, я могу быть полезен в борьбе с колдовством. Кроме того, в моей трости имеется секрет: она полая и залита свежей святой водой. Давайте окропим дом, остановим нечистую силу…
– Я благодарю тебя, лекарь Дзенти, от имени святой инквизиции. Обещаю, что ты не останешься без награды. Если грехи хозяина дома будут доказаны, тебе хорошенько причтётся. Половина дома и аптека будут твоими, а остальная половина отойдёт городу. Но сейчас немедленно покинь это место, – смягчившись, заявил инквизитор, не дослушав говорившего.
На лице молодого человека появилось чувство брезгливости и презрения к городскому лекарю. Он взмахнул рукой, как будто бы отгоняя назойливую навозную муху, и двое монахов вновь подхватили лекаря за руки. Они ещё более активно начали выдворять его из дома. Впрочем, теперь уже, после обещаний имущественных выгод, Дзенти и не думал сопротивляться. Отныне он оставался в городке во всех лечебных делах вне конкуренции. Да и спорить с инквизицией было не с руки. Подобные споры всегда выходили боком любому гражданину, кто посмел перечить всесильной духовной организации.
– Ты действительно продаёшь снадобья из человеческой плоти? Как ты их готовишь? Каких людей используешь, молодых или старых? Женщин или мужчин? Если женщин, то до их тайных дней или после? – уточнил инквизитор.
На его лице появилась язвительная улыбка. Молодой служитель церкви посмотрел на монахов, стоящих рядом с ним, предлагая разделить его скептическое веселье. Они ответили ему бесцветными взглядами исполнительных слуг, очередными крестными знамениями и тихим чтением молитв.
– Спаси меня, Дева Мария, даже от подобной чёрной мысли. Я честный человек и соблюдаю законы государства. Я продаю травы, делаю мази по заказу, создаю снадобья исходя из жалоб. Вот и всё, – ответил аптекарь.
– Злопыхатель Саверио Дзенти может ошибаться, он просто желает монополию на свои услуги в городе. Я это понимаю и обязательно разберусь, мы вместе с тобой найдём правду. Ты один или кто-то ещё есть в этом доме? – вкрадчиво уточнил инквизитор.