«Что ты думаешь, доедет то колесо, если б случилось… В Казань не доедет» – Гоголь Н. В. Мертвые души. Т. 1. Гл. 1.
«всемство» – Достоевский Ф. М. Записки из подполья (1864. Ч. II. Гл. X).
…у Франца Кафки – с которым у автора «Отчаяния», вопреки распространенному мнению, лишь очень немного общего… – Сам Набоков отрицал какое-либо сходство и тем более влияние Кафки на свои произведения, как, впрочем, отрицал и любые другие влияния.
В. С. Яновский вспоминал: «После “Приглашения на казнь”, которое мне очень понравилось, я сказал Набокову за чаем у Фондаминского:
– А ведь эта вещь сильно под влиянием Кафки.
– Я никогда не читал Кафку, – заявил в ответ Набоков <…>
Ходасевич, которому я передал эти слова романиста, осклабился:
– Сомневаюсь, чтобы Набоков чего-либо не читал» (Яновский В. Поля Елисейские: Книга памяти. Нью-Йорк: Серебряный век, 1983. С. 249–250).
Часто сравнивать Набокова с Кафкой стали уже после войны, причем чаще не в эмигрантском, но в американском литературном мире. Например, Кингсли Эмис был убежден, что «Приглашение на казнь» – «второсортное переложение Кафки» (More or less familiar // Observer. 1960. June 5. P. 18). До войны, по верному наблюдению Брайана Бойда, в рецензиях на книги Сирина ни один из эмигрантских критиков такого сравнения не делал и вообще имени Кафки не называл. В качестве исключения Бойд приводит лишь рассказ Веры Набоковой в интервью Эндрю Филду о том, как на литературном вечере 1936 года в Париже (вероятно, 8 или 15 февраля) Адамович поинтересовался у Сирина, читал ли тот «Процесс», и услышал в ответ категорическое «Нет!» (Boyd Brian. Vladimir Nabokov: The Russian Years. Princeton: Princeton University Press, 1990. P. 415).
«Приглашение на казнь» – роман Набокова, впервые напечатанный в «Современных записках» (1935. 58–59; 1936. 60), а затем выпущенный отдельным изданием (Париж: Дом книги, 1938).
…в те времена, когда Достоевский писал о «шигалевщине»… – Достоевский Ф. М. Бесы. (1872. Ч. II. Гл. 7).
«нас пугают, а мне не страшно» – Эти слова Л. Толстого о повести Леонида Андреева «Красный смех» привел в своих воспоминаниях Н. Е. Фельтен: «Я вот сейчас прочитал статьи Виктора Гюго против смертной казни. Так сильно, горячо написаны!.. Вот это истинный талант!.. А этот нынешний, Андреев, он хочет удивить, хочет напугать меня, а мне не страшно. Он меня не заражает, потому что сам не заражен, огонь у него ненастоящий…».
«Клара Милич» — одно из последних произведений (1883) Тургенева «После смерти (Клара Милич)».
…сологуб веские сны… – Адамович переносит название романа Ф. К. Сологуба «Тяжелые сны» (1896) на все его творчество.
«Истребление тиранов» — рассказ Набокова, впервые опубликованный в «Русских записках» (1938. 8/9. С. 3–29).
«свиных рыл» – Гоголь Н. В. Ревизор. Д. V. Явл. 8.
…как когда-то бедный Кольцов на Гегеля… – Читать Гегеля Алексей Васильевич Кольцов (1809–1842) взялся под влиянием Белинского, по статьям и пересказам которого знакомился с философией, и в 1836–1837 годах написал цикл «дум», изложив в стихах свои философские выкладки. По мнению Ю. В. Лебедева, «песенный, космически-природный взгляд на мир трансформируется и усложняется в философских “думах”, как правило, недооценивавшихся демократической критикой <…> Интеллектуально-философские интересы Кольцова не наивны: они включаются в равноправный диалог с выдающимися мыслителями-современниками – Станкевичем, Одоевским, М. Г. Павловым, Белинским, П. Я. Чаадаевым» (Русские писатели: Биобиблиографический словарь ⁄ Под ред. П. А. Николаева. М.: Просвещение, 1990. Т. 1. С. 356).
…истерика, правильно отмеченная Святополк-Мир-ским… – В предисловии к составленной им антологии русской лирики Святополк-Мирский охарактеризовал Цветаеву как «талантливую, но безнадежно распущенную москвичку» (Русская лирика: Маленькая антология от Ломоносова до Пастернака ⁄ Сост. кн. Д. Святополк-Мирский. Париж: Франко-русская печать, 1924. С. XII). Еще резче он отозвался о прозе Цветаевой в своей истории русской литературы: Mirsky D. Contemporary Russian Literature. London, 1926. P. 263. В русском переводе эта фраза звучит следующим образом: «ее проза – самая претенциозная, неряшливая, истерическая и вообще самая плохая проза, когда-либо написанная на русском языке» (Мирский Д. С. История русской литературы с древнейших времен по 1925 год ⁄ Перевела с английского Руфь Зернова. London: Overseas Publications Interchange Ltd, 1992. C. 761).
…Блок определил стихи свои как «малословесные»… – последний абзац своего предисловия к третьему сборнику «Земля в снегу» (М.: Журнал «Золотое руно», 1908) Блок начал предложением: «Кто хочет понять – пусть поймет неумолимую логику этих малословесных книг».
«испуг оглядки приколола к рифме столбом из соли» — неточная цитата из стихотворения Пастернака «Анне Ахматовой» (1928). У Пастернака: «Таким я вижу облик ваш и взгляд, ⁄ Он мне внушен не тем столбом из соли, ⁄ Которым вы пять лет тому назад ⁄ Испуг оглядки к рифме прикололи».
«как кость взблеснет костел…» — из стихотворения Пастернака «Баллада (Дрожат гаражи автобазы…)» (1930).
…Пушкин восхитился строкой Батюшкова: «Любви и очи, и ланиты…» — имеется в виду помета Пушкина на полях второй части «Опытов в стихах и прозе» против строки стихотворения «К другу» (1815): «Звуки итальянские! Что за чудотворец этот Батюшков».
«потянуло на капусту» — из комедии Л. Толстого «Плоды просвещения» (1890).
«плавает в счастьи, как наволока в детском храпе» — из стихотворения Пастернака «Елене (Я и непечатным…)». У Пастернака: «Юность в счастье плавала, как ⁄ В тихом детском храпе ⁄ Наспанная наволока».
…«Лета», с причудливым сплетением тем платоновских и пушкинских… – имеются в виду заключительные строфы стихотворения Пастернака «Лето (Ирпень – это память о людях и лете…)» (1930). Рецензируя сборник Пастернака «Второе рождение», Адамович писал об этом стихотворении: «Здесь сплетение Платона с Пушкиным волшебно. Редким и скудным сиянием озаряют книгу Пастернака такие строфы» (Последние новости. 1933. 9 февраля. 4341. С. 3).
«Никого не будет в доме…» — стихотворение (1931) Пастернака из сборника «Второе рождение».
«Такой зеленый, серый, то есть…» — заглавная строка стихотворения Набокова, впервые напечатанного в газете «Последние новости» (1934. 3 мая. 4788. С. 3); позже публиковалось под названием «Как я люблю тебя».
«Второе рождение» (М.: Федерация, 1932; М.: Советский писатель, 1934), «Поверх барьеров» (М.: Центрифуга, 1917; М.; Л.: ГИЗ, 1929) – книги стихов Пастернака.
«Поэты» — стихотворение Набокова, опубликованное за подписью «Василий Шишков» в «Современных записках» (1939. 69. С. 262–264). В своем отзыве о 69 номере журнала Адамович писал: «Кто такой Василий Шишков? Были ли уже где-нибудь стихи за его подписью? Не решаюсь утверждать с уверенностью, – но, кажется, имени этого видеть в печати не приходилось. Во всяком случае, оно не запомнилось, а судя по стихотворению, помещенному в “Современных записках”, запомниться должно было бы. В “Поэтах” Шишкова талантлива каждая строчка, каждое слово, убедителен широкий их напев, и всюду разбросаны те находки, – то неожиданный и верный эпитет, то неожиданное и сразу прельщающее повторение, которое никаким опытом заменить нельзя. <…> Откуда он? Вполне возможно, что через год-два его имя будут знать все, кому дорога русская поэзия» (Последние новости. 1939. 17 августа. 6716. С. 3).
По свидетельству самого Набокова, «стихотворение, опубликованное в журнале под псевдонимом “Василий Шишков”, было написано с целью поймать в ловушку почтенного критика (Г. Адамович, Последние новости), который автоматически выражал недовольство по поводу всего, что я писал. Уловка удалась: в своем недельном отчете он с таким красноречивым энтузиазмом приветствовал появление “таинственного нового поэта”, что я не мог удержаться от того, чтобы продлить шутку, описав мои встречи с несуществующим Шишковым в рассказе, в котором, среди прочего изюма, был критический разбор самого стихотворения и похвал Адамовича» (Набоков В. Стихи. Ann Arbor: Ardis, 1979. С. 319–320).
Рассказ Набокова «Василий Шишков» появился вскоре в «Последних новостях» (Последние новости. 1939. 12 сентября. 6742. С. 3). Адамович отозвался на него в «Литературных заметках», заодно еще раз положительно высказавшись о стихотворении «Поэты»: «В. Сирин рассказал недавно в большом фельетоне о Василии Шишкове. Рассказ исключительно интересен, и образ этого русского Рембо, сбежавшего от литературы в Африку, необычаен. Каюсь, у меня даже возникло подозрение: не сочинил ли все это Сирин, не выдумал ли он начисто и Василия Шишкова, и его стихи? Правда, стихи самого Сирина – совсем в другом роде. Но если вообще можно сочинить что-либо за иное сознание, на чужие, интуитивно найденные темы, то для Сирина, при его даровании и изобретательности, это допустимо вдвойне. В пародиях и подделках вдохновение иногда разгуливается вовсю и даже забывает об игре, как актер, вошедший в роль. А литературных прецедентов – сколько угодно. Еще совсем недавно покойный Ходасевич “выдумал” некоего Травникова, современника Жуковского и Батюшкова, составил его биографию и читал вслух его стихи…
