Георгий Адамович – Одиночество и свобода (страница 46)

104, Ladybarn Road

Manchester 14

15/11-53

Дорогая Татьяна Георгиевна

Спасибо за письмо. Никакого беспокойства я не чувствовал, но не знал, продолжать ли работу над книгой. Теперь, значит, буду потихоньку ее писать, с расчетом закончить летом. Я сейчас – и до весны – в Англии, но если пошлете контракт, лучше на мой настоящий парижский адрес (53, rue de Ponthieu, Paris 8).

Примите мой сердечный привет.

Преданный Вам

Георгий Адамович

104, Ladybarn Road

Manchester 14

3/II-1954

Глубокоуважаемая Вера Александровна

Сегодня я получил письмо от М. А. Алданова, который передает мне то, что Вы писали ему:

«…Мы очень хотели бы издать Адамовича и ждем от него продолжения его рукописи».

Спасибо за доброе желание. Вижу, однако, что в моих отношениях с Вашим издательством произошло недоразумение, и хочу его Вам объяснить.

Впервые я Вам написал о предполагаемой книге летом или ранней осенью 1952 года. Вы были тогда нездоровы, и ответила мне Т. Г. Терентьева с предложением прислать часть рукописи. Вскоре после того Т<атьяна> Г<еоргиевна> сообщила мне, что рукопись нужна как можно скорей, что в своих же интересах я должен поторопиться – и просила прислать хотя бы одну-две главы. Я только начал тогда обдумывать книгу, собирал матерьял, но написал две главы – о Мережковском и о Шмелеве – и вместе с общим планом сборника отправил их в издательство. В ответ я получил от Т<атьяны> Г<еоргиевны> очень любезное письмо, с лестным отзывом о полученных главах. Наконец, в письме от 4 февраля 1953 года Т<атьяна> Г<еоргиевна> писала:

«Это – только напоминание о том, чтобы Вы не беспокоились, все то, что я Вам писала, остается в силе и задержка происходит только по административным причинам. И я, и Вера Александровна считаем, что книга Ваша будет интересной и нужной для русского читателя. Сделаем все, чтобы выслать Вам контракт при первой же возможности. Но думаю, что это будет не раньше мая».

На этом наша переписка закончилась, и с тех пор я ни слова от Чех<овского> изд<ательст>ва не получил. Поверьте, пишу я Вам об этом без малейшей мысли о какой-либо к Вам претензии. Я знаю, что Издательство временно прекратило прием рукописей, хорошо знаю и то, что Вас одолевают предложениями, просьбами и запросами. Оттого-то – но и только оттого – я сам Вас ни о чем не спрашивал, а все ждал, что письмо и обещание Т<атьяны> Г<еоргиевны> получит то или иное продолжение.

Теперь оказывается, что Вы ждете от меня продолжения рукописи. За истекший год я мог не только ее продолжить, но и дважды или трижды закончить. Не сделал я этого исключительно потому, что считал – на основании писем Т<атьяны> Г<еоргиевны> – что присланного материала достаточно для решения вопроса: да или нет? Не зная Вашего окончательного решения, я не хотел работать напрасно. В ближайшие же месяцы я занят другой срочной работой. «Халтурить» же и писать наскоро не хочу: книга – не газета и даже не журнал, остается она навсегда. Так что продолжения рукописи я в данное время прислать не могу.

Разрешите, однако, сказать Вам откровенно, что я был бы очень Вам благодарен, если бы Вы сочли возможным оставить в силе слова Т. Г. Терентьевой, удовольствоваться присланными 25–30 страницами и, при окончательном решении, издавать книгу или нет, признать, что с этой стороны препятствий нет. Для меня это было бы во всех отношениях желательно. Если бы Вы прислали мне договор теперь, книгу я написал бы в течение лета (притом писал бы с чувством, что она будет издана: это, как Вы, вероятно, сами знаете, очень важно) – и к концу сентября рукопись полностью была бы Вам сдана. Могу Вас уверить, что в этом отношении все будет в порядке и я Вас не «подведу».

Конечно, если это невозможно, то поступите так, как считаете нужным и для Издательства наиболее приемлемым. Буду во всяком случае очень признателен Вам за ответ, каков бы он ни был.

Шлю Вам самый искренний привет и лучшие пожелания, а кстати и читательскую благодарность за всегда интересные и живые статьи[48].

Г. Адамович

Р. S. Марк Александрович случайно и по своей охоте оказался «звеном» между нами. Я его видел с месяц назад, он сказал, что пишет Вам, и предложил спросить о моей книге. Я, конечно, не мог иметь ничего против этого.

104, Ladybarn Road

Manchester 14

15/II-1954

Глубокоуважаемая Вера Александровна

Спасибо за письмо и за согласие Издательства сделать для меня исключение.

Поступаю, значит, так, как Вы считаете необходимым: напишу еще 2 главы, которые вместе с главами у Вас имеющимися и составят приблизительно треть книги. Надеюсь Вам их выслать в середине марта.

Примите мой сердечный привет и лучшие пожелания.

Преданный Вам

Г. Адамович

53, rue de Pontieu

Paris 8^е

3/IV-54

Глубокоуважаемая Вера Александровна

Порядка ради, хочу Вам сообщить, что я до сих пор был занят и только на днях мог приняться за писание дополнительных страниц книги.

Пришлю Вам эти главы (о Бунине и Зин. Гиппиус) к концу месяца, а пока шлю сердечный привет и лучшие пожелания.

Преданный Вам

Г. Адамович

Р. S. Я в Париже до 20 апреля, а потом – до летних каникул – опять в Манчестере.

104, Ladybarn Road

Manchester 14

3/V-54

Глубокоуважаемая Вера Александровна

Вот еще две главы из предположенной книги. Думаю, что вместе с теми двумя главами, которые у Вас есть, они составят приблизительно треть книги.

Я в Манчестере до начала июля. Числа с 10 июля буду в Париже (53, rue de Ponthieu, Paris 8^е)

Шлю сердечный привет и лучшие пожелания.

Преданный Вам

Г. Адамович

104, Ladybarn Road

Manchester 14

27/V-54

Многоуважаемая Вера Александровна

Получил сегодня Ваше письмо от 18 мая. Спасибо.

Конечно, с моей стороны все вышло глупо, и жаль, что получилась такая задержка. Объяснение двоякое: отчасти оно – в прошлогоднем недоразумении, отчасти – в том, что я в последние месяцы был очень занят.

Не хочу с Вами играть в прятки и поэтому поделюсь совершенно откровенно своими соображениями.

Если действительно Издательство не считает возможным удовлетвориться присланным матерьялом, и если я дошлю Вам в течение ближайших двух недель еще страниц 30–35 (кое-что у меня уже написано), могу ли я рассчитывать на получение контракта и аванса до начала лета, точнее до 10 июля? Откровенность моего вопроса в том, что мне надо бы это знать по причинам финансовым: в случае Вашего утвердительного ответа я мог бы именно летом заняться продолжением и окончанием рукописи, отложив всякую другую работу. Добавлю, что было бы это мне крайне желательно. Но маленькая надежда, что Изд<ательст>во удовлетворится и тем, что я прислал, у меня все еще остается (в согласии с Вашим письмом!).

В том, что вся рукопись будет у Вас осенью – нет никаких сомнений («если буду жив», как писал Толстой). Даю Вам в этом твердое обещание, и ни в коем случае от слова своего не откажусь.

Если не трудно, будьте так добры, дорогая Вера Александровна, ответьте мне на это письмо сразу, и – если можно – ву air mail. Я в Манчестере до 16 июня, т. е. еще две недели, потом в Париже.

Шлю Вам сердечный привет и поклон.

Георгий Адамович

Manchester

8/VI-1954