Генрих Мамоев – Круги на воде (страница 16)
– Да говорю же вам, это возможно! Время не существует! Знаете, кто сказал?! Эйнштейн! Как же он был прав! – Оля взволнованно жестикулировала, понимая, что одних слов будет недостаточно.
– Дочь, Оленька, да что с тобой?! Что значит не наше время?! Какой еще 2021 год?! Это же… это… – Света посмотрела на свекра, задумчиво стучащего по столу папиросой, – Гаврила Семеныч, вы бы минут пять хотя бы не курили, а?!
– Это можно, – согласился Гаврила Семеныч, – пять минут погоды не сделают.
– Какие же вы странные! Смотрите в документы, где это прямо написано и не верите своим глазам! – Оля тряхнула копной светлых волос, – смотрите какие печати, шрифт, бумага, наконец! Разве такое можно подделать?!
– А про Телюфановых забыла? – Митя авторитетно посмотрел на дочь, – у них тыщ семьдесят фальшивых рублей нашли, да таких, что специалисты из банка с трудом отличили!
– Ой, Митя, прекрати! – Света нахмурилась, – им до Лопухиных как до Луны!
– Телюфановы свои деньги даже в банк сдавали! – не унимался Митя.
– Ты адрес читала? Какая Тверская-Ямская, если мы живем на улице Горького?! – отвернувшись от мужа, Света посмотрела на дочь.
– А я думаю, Олька права, это будущее, предки! Оно клевое! – не скрывая восхищения, закричал Толька, громко забарабанив ладонями по столу.
– Толька!
Улучив паузу, Варвара Петровна вставила законные три копейки:
– Шпиён он! Шамый наштоящий!
– Да подождите вы с вашим шпионом, мама! – Гаврила Семеныч нахмурился, собираясь с мыслями, – я так смекаю, надо пойти в милицию и все рассказать. Пусть приходят, устраивают засаду, а мы тут не причем.
– Засаду?! В нашей квартире?! Гаврила Семенович, ну вы вообще!
– Чего вообще, Светлана батьковна? Я, можно сказать, по существу говорю. Ну, не хотите милицию, давайте старым товарищам позвоню, попрошу помочь разобраться! Они хоть и пенсионеры, но вес еще имеют.
– Ты чего, бать?! Пока не разберемся, никаких старых товарищей и милиции! – Митя по очереди оглядел присутствующих, не обойдя взглядом и дремлющего у ножки стола пса, – никому ни слова! Всем ясно?! Тебя, Толька, в первую очередь касается!
– А чё сразу Толька?!
– Имей в виду!
– Хватит, раскомандовался! – голос Света не повышала, но ее тон заметно сбил уверенный вид Мити, – а если этот тип… мошенник? Об этом подумали?! Есть же документы, значит, можно выяснить!
– И как в этом помогут бумаги с непонятными печатями и датой, которая наступит через полвека?! Представь, прихожу я с ними в домоуправление и прошу проверить их подлинность! Да меня ж на смех поднимут!
Митя схватился за живот, довольно неуклюже изображая смеющегося идиота.
– 61 год,
– Неважно! – перестав изображать идиота, Митя продолжал гнуть свое, – и хорошо, если только на смех, а то, чего доброго, в психушку отправят! С этим у нас быстро, забыли?!
– Шоль вежде рашшыпал! – вновь напомнила о себе старуха в черном, – он шумашедший!
– Вы бы определились уже, Варвара Петровна, – усмехнулась Света, – шпион или сумасшедший.
– Обое! – парировала прабабушка.
– Господи! – Оля схватилась за голову, – какие же вы ретрограды!
– Бога нет! – заметил Митя, – пора бы уже уяснить это, дочь!
– Может, управдому хотя бы сообщим? Он-то должен знать, что тут у нас…, – недоговорив, Гаврила Семеныч обвел всех задумчивым взглядом, посмотрел на часы и достал из коробки спичку.
– Послушайте, народ! – Оля даже встала, – Мы столкнулись с самым удивительным явлением из всех, о которых я когда—либо слышала, а вы управдом, милиция, психушка! Толька прав, этот Марат… мне кажется, он… и правда, из будущего! Что, если он и в самом деле живет в нашей квартире, только в 2021—ом году?!
– Это невозможно!
– Я за Ольку! – вновь забарабанил по столу Толька.
– Вот я те дам «Ольку»! Сколько раз говорила…, – Оля незлобно погрозила брату кулачком.
– А вы видели, что у него было в руке?! Такая странная штучка…
Поняв, что Света не отстанет, пока он с ней не согласится, Митя поднял руку, призывая к тишине.
– Лично мне он показался наглым и бесцеремонным! А ты что думаешь, дорогая?!
– Не знаю, Митя, мне от этого… типа не по себе! Его одежда…. Ты его брюки видел?! Это же… джинсы! Откуда они у него?!
– Штаны не штопаны! – донеслось от бабки.
– А я говорю, в милицию идти надо! Или в райком! Пусть товарищи разберутся, что за гражданин и как он тут оказался! Из будущего явился или еще откуда, но порядок должен быть! – бросил Гаврила Семеныч, прикуривая папиросу от почти догоревшей спички.
– Мам, пап, пожалуйста, остановитесь! Деда, ты говорил, вы каждые полдня с ним сталкивались?!
– Ну…, так примерно, может, чутка поменьше.
– Тогда чего мы спорим?! Давайте подождем 12 часов или меньше и посмотрим, что произойдет! А двери и окна запрем! Для чистоты эксперимента! Так всех устраивает?! – Оля с надеждой смотрела на родителей, но поддержал ее только брат.
– Ура! Я за Ольку!
– Толька, помолчи! Дочь, ты не понимаешь…, – Света недоговорила, но и так было ясно, что она против любых экспериментов в квартире.
– Наоборот! Это вы не понимаете, что перед нами возможность, которой не было ни у одного человека на Земле! Ну, пожалуйста, родные мои, давайте спокойно проживем эти полдня, будто ничего не случилось и посмотрим!
– Хм, а если он не появится? Что тогда, дочь? – прочистив горло, спросил Митя.
Оля задумалась всего на долю секунды:
– Я не знаю…, но прошу, пап, просто подождем! Это ведь проще, чем куда—то бежать, доказывать кому-то!
– Так, все, давайте успокоимся. Предлагаю всем отправиться на боковую, а утро, как известно, вечера мудреней, – произнесла Света, – Толька, ты уже дочитал «Cathédrale Notre Dame»?
– Ну, мам!
– Никаких мам! Arrête de chialer!
– Я не хнычу.
– Вот и прекрасно! Марш в комнату!
…Проворочавшись полночи и поняв, что уснуть не получится, Марат сел на кровати, бездумно глядя перед собой. Строго говоря, думы-то были, но слишком уж хаотичные и крутились, в основном, вокруг девушки с обычным именем. Незваные «гости» и без того казались пришельцами из другого мира (одна старуха чего стоила), но Оля…, в ней было что-то необыкновенное, словно она не из этого мира. Он никогда не встречал таких открытых и, в то же время… Марат задумался, подбирая точное определение, но ничего, кроме целомудренности и наивности в голову не шло.
Не в силах усидеть на месте, он встал, растерянно оглядывая кажущуюся (сейчас особенно) пустой комнату. Сердце билось как после тяжелой схватки, а в ушах все еще звенел ее смех.
«Я что, влюбился?» – усмехнулся про себя Марат, – «Надо же, какой конфуз».
Войдя в кухню, он достал из холодильника бутылку минералки, но пить не стал. Приложив холодную бутылку ко лбу, Марат вышел в коридор и остановился у зеркала. Всего пару часов назад она стояла здесь, и мир казался таким удивительным, а сейчас это был просто коридор, в котором не хватало…. Марат не успел додумать, чего именно лишился мир, когда из него исчезла Оля, когда заметил выглядывающий из—под комода небольшой клочок бумаги. Раньше его не было, в чем Марат мог бы поклясться, поскольку после обнаружения бычка, обошел комнаты, уделяя особое внимание плинтусам. Присев на корточки, Марат осторожно потянул за уголок сложенной вдвое серовато—желтой бумаги и бережно развернул ее, предчувствуя удивительное.
Это оказалась справка из Центрального туристско-экскурсионного управления, выданная гражданке Щербаковой О.Д. о том, что она совершила горно-пешеходное путешествие по маршруту ЦТЕУ №43 (Военно-сухопутной дороге) 1—ой категории трудности и сдала проверочные испытания по норме третьего спортивного разряда. Далее шла подпись председателя проверочной комиссии при Домбайской турбазе, дата: 12 мая 1960 года и еле видимая печать турбазы.
Марат несколько раз перечитал справку, осмотрел со всех сторон, понюхал – как ни странно, пахло бумагой. Вспомнилось, что мужик с папиросой назвался Щербаковым, но если так, выходило Щербакова О.Д. это Оля?! Мозг отказывался принимать напрашивающийся вывод. Какой шестидесятый год?! Как такое может быть?!
Вздрогнув от телефонного звонка, Марат посмотрел на дисплей и выдохнул – звонил Разгонов. Впрочем, облегчение тут же сменилось досадой, потому что сразу вспомнилось, что он не пошел на званый ужин по поводу открытия очередного торгового центра.
– Ну, ты чё?! – с места в карьер взял Разгонов, – Договорились же! Я жду, понимаешь, а тебе даже позвонить трудно?! Так дела не делаются, мужик!
– И тебе привет, – удивляясь собственному спокойствию, ответил Марат.
– Не, братан, приветами не отделаешься! Я тут как белка в колесе выкручиваюсь, чтобы люди не решили, будто мы балаболки какие!
– Кручусь.
– Чего?! – голос Разгонова едва не дал петуха.