Генрих Мамоев – Круги на воде (страница 12)

Гавкнув от прилива нежности, пес в один прием облизал половину Толькиного лица.

– Фу, тихо! – проворчал Гаврила Семеныч.

– Дедуль, я такую ракушку достал со дна! – Толька обтер рукавом обслюнявленную щеку, – Она в чемодане, щас покажу!

– Сам? Или Митя помог?

– Сам, конечно! – бросив взгляд на входящего в дверь Митю, – папа все видел! Скажи, пап!

– Видел, видел, но покажешь потом, когда распакуемся. Здорово, бать, – Митя втащил в квартиру следующий чемодан, сбросил с плеч рюкзак и протянул руку.

      Гаврила Семеныч крепко пожал ее и посмотрел на входящую в переднюю женщину в светлой кофте.

– Будьте здоровы, Светлана батьковна, – усмехнулся в усы свекор.

– И вам не хворать, Гаврила Семеныч, – ответила Света, с видимым удовольствием скидывая один за другим туфли.

– А хде ш Оля?! – забеспокоилась старуха.

– К Верке пошла! – громко сказал Митя, наклонившись к старухе – скоро вернется!

– Да не ори ты ей в ухо, – недовольно проворчал Гаврила Семеныч, затягиваясь, – а чего это не успевши приехать, умчалась сразу? Даже не поздоровалась!

– Бать, не ворчи. У них очередной грандиозный проект, все деньги на междугородние переговоры истратила. И ни дня над учебниками!

– Митя, не выдумывай. У Оленьки сейчас поиск, метания, – женщина качнула головой, неожиданно переходя на французский, – lancer, mon âmeun, défi!

– Какие вызовы, Света? У нее последний год в институте, диплом сдавать, а она переводиться надумала! Ты про эти метания?

– Пошто ребенка оштавили?! – в разговор вклинилось негромкое шипение.

– Бабуля! – Митя обнял старуху, – все хорошо! А вы как тут? Без приключений?

– Так это, – батя потянул потухшую папиросу, вынул изо рта, с сомнением разглядывая бумажный мундштук, – разговор будет, – подумав еще секунду, он добавил, – со всеми…

      Пятнадцать минут спустя вся семья за исключением Тольки и Рекса в полном молчании сидела за круглым столом в гостиной. Митя посматривал на Свету, которая недоверчиво поглядывала на свекра, только что закончившего рассказ и неуверенно потиравшего то левый, то правый ус. Варвара Петровна недобрыми взглядами нагнетала обстановку. Зловещую тишину нарушил Митя:

– Вот те и приехали!

– Я все же не могу понять, как он попадал в квартиру, если двери и окна по вашим словам всегда были закрыты? – Света посмотрела на мужа, но было ясно, что вопрос предназначался не ему.

Выбив из пачки «Беломора» папиросу, Гаврила Семеныч зажег спичку и, не прикуривая, задумчиво произнес:

– А хрен его знает как. Сам в толк не возьму.

– Шпиён он! – уверенности старухи можно было лишь позавидовать.

– Шпионам тоже нужны двери, – Света посмотрела на нее, затем на мужа, – а ты что думаешь?

      Митя подобрался на стуле, но вставать не стал.

– И сколько раз это было?

– Да раз пять! – бросив потухшую спичку в пепельницу, Гаврила Семеныч зажег следующую, прикурил и, давясь дымом, закончил, – Шесть, может. Не считал я!

– Надо было дождаться Оли, – Митя обеспокоенно посмотрел на часы, – задерживается чего-то. Может, она чего подскажет?

– Придет, расскажем, – Света посмотрела на мужа и повернулась к свекру, – Гаврила Семеныч, а можно подробней? Как одет, что говорил? Что-то étrange?

– Чегой?

– Странное, необычное…

– Что может быть необычней?! – задумался Гаврила Семеныч, глядя на лежащий на столе спичечный коробок, – А, ну так грозой пахло!

– Какой грозой? Летней? – удивленно посмотрел на отца Митя.

– Озоном, что ли? – предположила Света.

– Озон, газон – не знаю! Воздух как в грозу свежий, только суховат маленько!

– Швет ишчежает, а он уш тут! – веско вставила Варвара Петровна, поджав нижнюю губу.

– Стоп! – Митя посмотрел на нее, – Что значит, свет исчезает?

– Да пробки каждый день летят! – выдохнул струю, Гаврила Семеныч со вкусом затянулся, – совсем делать разучились! Посоветовали югославские, так они такие же!

– То есть, сгорают пробки и появляется этот мужчина? – Света переводила взгляд с бабки на свекра.

– Да, какой там мужчина?! Лет двадцать восемь, может, или двадцать девять – сопляк, одно слово!

– Жлой он!

– Варвара Петровна, ну, причем тут его человеческие качества?! Спрашиваю еще раз: сгорают пробки, и он появляется, так?

– Вроде, – согласился Гаврила Семеныч и сразу покачал головой, – а мож и наоборот – как появлялся, так пробки и вылетали! Видели его всегда после того как я их на место вворачивал, но в темноте как поймешь-то?

Митя и Света переглянулись – у этой теории было не меньше шансов на истину, но и она не объясняла, как именно неизвестный мужчина—сопляк попадал в закрытую квартиру.

– Участкового намедни вызывали.

– И что? – Митя встревожено посмотрел на отца.

– Пришли, окна пощупали, двери потрогали, меня обнюхали, не пил, дескать?

– А ты?

– А я что, пью?! – Гаврила Семеныч сердито посмотрел на сына, – Сказали, как еще раз появится, вязать и к участковому! Они уж там сами допытаются.

– Вязать? Что за гестаповские методы? – Света постучала пальцем по столешнице,       – Никого мы вязать, а тем более пытать не будем! Появится – спросим, кто да чего нужно, а там видно будет.

– А если он полезет? – Митя не мог поверить в рассказ отца, как и в то, что отец с бабушкой одновременно спятили, рассказывая невероятную историю.

– Куда полезет, дорогой?

– В драку, например!

      Света похлопала мужа по руке

– Никуда он не полезет. Это просто какой—то фокус. Прожекторы, лазеры, голография, я читала об этом, только не помню у кого. Может, у Ефремова? Вспомнила – гиперболоид инженера Гарина!

– Хочешь сказать, им все привиделось?

– Не факт, – Света встала, подошла к окну, – может, это какие-то лучи через окно? Преломились, создавая иллюзии…

– Это что ж за иллюзия такая говорящая? – усмехнулся Гаврила Семеныч, туша папиросу и доставая из пачки следующую.

– Штрашный!

– Света, милая, пожалуйста, только не надо фантастики! – Митя потер переносицу, – Должно быть рациональное объяснение!

– Извини, дорогой, но других пока нет. C'est bidon! Ерунда какая-то! И, кстати, хотелось бы самой увидеть все это. Версии потом будем строить.

Громкая трель дверного звонка заглушила слова старухи, но никто переспрашивать ее не стал.

– Толька, открой дверь! – крикнула Света.

– Иду, – донеслось из коридора недовольное бурчание, – как семейный совет – Толька, займись чем-нибудь полезным. Как звонят – Толька, дверь!