Генрих Апи Баба – Войд Волопаса I (страница 13)
Справа от него расположилась Иштар, Мать Протоколов, отвечающая за сбор эмоционального экстракта с населения.
●
Характеристика:
женщина ослепительной, застывшей красоты. Её кожа имела лёгкий оливковый оттенок, а пальцы постоянно перебирали чётки из кристаллов памяти — привычка, оставшаяся у неё от эпохи, когда подобные чётки ещё что-то для неё значили. Она была циничная и остра на язык.
●
Юмор:
— Вы заметили, как в южном полушарии стали скучно страдать? — бросила она, небрежно пригубив эссенцию голубого лотоса. — Их меланхолия стала такой... однообразной. Психохор в этом квартале горчит. Если они не начнут страдать более изобретательно, я прикажу отключить им систему фильтрации воды на неделю. Нам нужен качественный продукт, а не этот кислый суррогат.
Напротив них скучал Энки, Мастер Машин, создатель марсианских лайнеров и летательных аппаратов.
●
Характеристика:
невысокий, с цепким взглядом, он казался наиболее «живым» из присутствующих. Его страстью была механика. Он сознательно ограничивал развитие двигателей, следуя запрету Архитектора на межпланетные перелёты, но внутри атмосферы Марса его аппараты творили чудеса — воздушные лайнеры, скользившие над лазурными океанами с изяществом, не уступавшим самой природе.
●
Чувства:
тайное недовольство. Он чувствовал, что они сидят в загоне, пусть и золотом. Ему хотелось прорвать купол и долететь до Земли, чтобы посмотреть на тех «грязных обезьян», о которых шептались легенды, — хотя бы для того, чтобы наконец увидеть что-то, чего он ещё не вычислил заранее до последнего десятичного знака.
III. Собрание: торг за Психохор
— Итак, — голос Аримана прозвучал как хруст льда. — Десятилетие завершено. Психохор собран. Суммарный объём экстаза, горя и творческого озарения наших подданных достаточен для очередной передачи. Кто на этот раз удостоится чести нести Сосуд к месту Трансгрессии?
Члены клана переглянулись с выражением лёгкого отвращения. Быть «Курьером» означало на мгновение соприкоснуться с мощью Архитектора — опыт столь интенсивный, что после него обычная жизнь казалась ещё более серой и бессмысленной, чем прежде, а прежде она и так была почти невыносимо серой.
— Пусть идёт Лилит, — хохотнул Энки, указывая на самую молодую из Бессмертных, которой едва исполнилось две тысячи лет. — Она всё ещё надеется, что Создатель заговорит с ней. Она всё ещё сохранила эти нелепые... надежды.
Лилит, чьё лицо было скрыто за вуалью из тончайших нановолокон, лишь повела плечом.
— По крайней мере, я не пытаюсь совокупляться с поршневыми двигателями, Энки, — ответила она с холодным изяществом. — Я передам экстракт. Мои чувства ещё достаточно остры, чтобы вынести Его присутствие без риска потерять рассудок. Но учтите: в следующий раз я потребую, чтобы мы изменили состав Психохора. Хватит с нас этой тихой радости. Давайте добавим в общество немного... хаоса? Земного хаоса?
За столом прошёл смешок. Идея «земного хаоса» была самой популярной и запретной шуткой в высшем обществе Марса — той единственной темой, что ещё могла на мгновение расшевелить эти бессмертные, безнадёжно уставшие друг от друга лица.
IV. Гравитационный замок
Несмотря на шутки, все они чувствовали приближение 1000 года. По законам небесной механики, заложенным Архитектором, именно в этот период орбитальные пути Марса, Земли и Венеры входили в фазу «Великого Противостояния».
— Наши датчики фиксируют аномальную активность в Войде Волопаса, — вдруг произнёс Ариман, и юмор мгновенно исчез из зала, будто кто-то одним словом выключил свет. — Тень возвращается. Пока мы здесь спорим о вкусе экстракта, Жнецы пробуждаются. Создатель ждёт Психохор не для своего удовольствия. Он ждёт его, чтобы подпитать Щит.
Ариман поднял руку, и над столом возникла голограмма: девятнадцать призрачных орбит, из которых светились лишь немногие — остальные тускло мерцали пустыми контурами, как имена на давно заброшенном надгробии.
— Мы — мозг этой системы, — продолжил он. — Наша задача — поставлять топливо для войны, которая ещё не закончилась. Лилит, ты отправишься в Долину Маринера сегодня на закате. Возьми с собой Психохор класса «Альфа». Создателю нужны наши лучшие чувства, чтобы удержать Землю от падения в бездну.
ГЛАВА XVIII: ТРАНСГРЕССИЯ В КАВЕРНАХ МАРИНЕРА
Долина Маринера — шрам длиной в четверть экватора Марса — в 999 году была не просто каньоном, а гигантской антенной, настроенной на частоту Творца. В её самой глубокой точке, где давление искусственно нагнеталось до земного уровня, располагался Центральный Алтарь.
I. Сосуд и скорбь
Лилит прибыла на место на личном гравилёте, чей корпус был выполнен из «умного» обсидиана. В её руках покоился Сосуд — двенадцатигранная сфера из антиматерии, внутри которой в состоянии квантовой суперпозиции пульсировал экстракт Психохора. Это была квинтэссенция десятилетия жизни миллионов денисовцев: их открытия, их оргазмы, их тихая грусть по несбывшемуся и их холодный, математический восторг перед красотой космоса.
Она шла по мосту из силового поля, натянутому над бездной. Вокруг неё, на скальных выступах, застыли тысячи автоматических дронов-архивариусов, фиксировавших каждое движение так пристально, будто сама история боялась пропустить хоть один её шаг. Лилит чувствовала тяжесть Сосуда не физически, а ментально. Экстракт «Альфа» был слишком концентрированным; он просачивался в её собственные мысли, заставляя её проживать тысячи чужих жизней в секунду — чужую радость, чужую агонию, чужое, невыносимо острое ощущение первого снега, выпавшего когда-то на плечи существа, которого давно не было в живых.
II. Ритуал сопряжения
Достигнув центральной платформы, Лилит поместила Сосуд в гнездо, окружённое двенадцатью монолитами.
— Идентификация: Лилит из Клана Бессмертных, — произнесла она, и её голос эхом разнёсся по каньону. — Десятицикл завершён. Продукт готов к изъятию. Архитектор, прими свою дань.
Активация началась мгновенно. Из недр Марса поднялся гул такой частоты, что камни начали светиться внутренним светом. Над Алтарём возник столб ослепительного голубого пламени — это была не плазма, а чистый информационный поток, пробивающий ткань реальности, словно исполинская игла, вдетая в тончайшую ткань мироздания.
Лилит, вопреки инструкциям Аримана, не закрыла глаза. Она хотела
III. Видение Лилит: тень за звёздами
В момент, когда луч Психохора соединился с Луной-ретранслятором Земли, сознание Лилит было выброшено за пределы марсианской атмосферы. Она не просто увидела — она стала частью глобального восприятия Архитектора.
Перед её внутренним взором развернулись три картины:
● 1.
Сеть Гнозиса:
она увидела, как Психохор превращается в топливо. Этот тонкий экстракт эмоций питал невидимый Щит, удерживающий Войд Волопаса. Она поняла, что их чувства — это клей, который не даёт Вселенной рассыпаться под ударами Энтропии. Без их «человеческой» энергии законы физики просто перестали бы работать.
● 2.
Земная колыбель:
Лилит увидела Землю 999 года. Она увидела грязные города сапиенсов, горящие костры инквизиции — в её ещё зародышевом состоянии — и бесконечные войны. Она почувствовала их дикую, необузданную, «грязную» энергию. Сапиенсы не копили Психохор — они сжигали его впустую, как нерациональные варвары. Но в этом хаосе была мощь, которой не хватало денисовцам, — грубая, неопрятная сила, способная на то, на что уже давно не была способна безупречно вычисленная жизнь Олимпа.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.