Генри Олди – Искатель. 1999. Выпуск №8 (страница 2)

Тяжелые темно-синие вельветовые шторы плотно прикрывали окно, создавая элегантный фон для огромной, неопределенной формы кровати, покрытой шкурой цвета слоновой кости. Она — несомненно воплощение чьих-то эротических снов — возлежала на постели в виде буйного, но все же гармоничного сочетания черного шелка и теплых тонов плоти.

У нее были роскошные черные волосы, спускавшиеся двумя волнами от центрального пробора к плечам, обрамляя ее головку. Ее терновые глаза сверкали искрами как горящие угольки, а ее широкий, горделиво чувствительный рот был причудливо, прямо-таки сатанински изогнут в уголках. Ее гладкая, безупречная кожа была цвета слоновой кости и сливалась с покрывалом постели, а черное неглиже тонкого шелка скорее подчеркивало, нежели скрывало восхитительно полные окружности ее выпуклых грудей, надменную кривизну ее пухлых чресел и упругую округлость ее бедер.

— Добро пожаловать, Дэнни Бойд, — произнес тот же мягкий, томный голос, который я слышал час назад по телефону. На этот раз шелк действительно зашелестел, когда она скрестила ноги и округлая белизна бедра проявилась сквозь тонкий шелк неглиже как мимолетное обещание рая.

— И, пожалуйста, не стройте из себя испуганную овечку! — добавила она смешливым тоном. — Это меня расслабляет.

— Почему бы нам не покончить с этой бодягой? — элегантно выразился я. — Давайте к сути. Какого дьявола здесь делает моя секретарша? А заодно, какого дьявола здесь делаю я?

— Два хороших вопроса, — ответила она с небрежным видом. — Ваша секретарша была доставлена сюда, чтобы обеспечить ваше присутствие.

— Но почему? — прорычал я.

— Почему бы вам не присесть, Дэнни? — она кивнула на низкое кресло, стоявшее рядом со мной. — Не беситесь! Вам еще понадобится ваша энергия.

Я сел и, пристально глядя на нее, пошарил в карманах в поисках сигарет. Прикурив, я спросил:

— Кто вы такая?

— Вы можете называть меня Миднайт,[1] - она изящно пожала плечами. — Я знаю, что имя это звучит пошло, но оно мне нравится. Вы не можете не признать, что оно подходит моей цветовой гамме.

— Действительно пошлое, — пробурчал я, — как и вся эта банальная обстановка. Я бы лопнул от смеха, если бы не мысль о Фран Джордан, страждущей уже пятую ночь в вашей частной тюрьме в подвале. Так в чем дело? Или вы просто чокнутая с извращенным чувством юмора?

— Поспокойней! — в голосе ее прозвучал ледяной приказной тон. — Мы ведь можем взяться за это и с другого, более неприятного конца, если вы так настаиваете! А дело очень простое. Вы — Дэнни Бойд, человек, предлагающий свои услуги за деньги, и с этого момента я вас нанимаю.

— Каково же место Фран Джордан в этом деле?

— Она — гарантия того, что вы сделаете все, как надо. Она останется здесь, пока вы не выполните задание.

— Предположим, что я не соглашусь…

— Я уже подумала об этом, — лениво произнесла она. — В любом случае я извлеку из этого неплохую прибыль из расчета ста долларов за ночь в моей подвальной комнате со всеми ее прелестями, включая девушку. Как вам это нравится?

Сатанинский изгиб уголков ее рта искривился еще больше, пока она наблюдала за выражением моего лица.

— У вас нет выбора, не правда ли? — спросила она через несколько секунд.

— Пожалуй, нет — проглотил я ком в горле. — Но я предупреждаю вас: если только кто-нибудь тронет девушку, я…

— Пожалуйста, — женщина, называющая себя Миднайт, откровенно зевнула, — Дэнни, без мелодрамы — это так по-детски!

- О'кей, — проскрежетал я зубами. — Так в чем дело?

— Слышали вы когда-нибудь о человеке по имени Саммерс — Макс Саммерс?

Подумав с минуту, я покачал головой.

— Не думаю.

— Неудивительно, — она злобно усмехнулась. — Это лишь подтверждает умение Макса проделывать свои делишки втихую, так что мало кто слышал даже его имя. Одно время мы были партнерами.

— Вместе грабили могилы? — поинтересовался я.

Она мягко рассмеялась:

— Об этом мы как-то не подумали. Однако я все еще слежу — из сентиментальных побуждений, вероятно — за его делами и за ним самим и узнала, что он готовит какое-то крупное дело.

— Что именно?

— Не знаю, — призналась она. — Поэтому-то я и нанимаю вас, Дэнни, чтобы вы узнали.

— Где мне искать этого Макса Саммерса?

— В занюханном городишке Суинбэрн в штате Айова. Макс устроил в нем свою штаб-квартиру по неизвестной мне причине и начал искать «таланты» по всей стране. Я полагаю, что он задумал какое-то особенно крупное дело, раз запрятался в тысяче миль от больших городов! Ваша задача — узнать, что это за дело.

— Вы хотите, чтобы я доехал на попутных до Айовы и спросил его об этом? — усмехнулся я.

— Нам немного повезло, — ответила она псевдоскромным голосом. — Один из его наемников сделал остановку в Нью-Йорке, чтобы погулять немного со своим приятелем, который работает на меня. Луису его рассказ показался настолько увлекательным, что он привез его сюда, чтобы и я могла его послушать. Это было с неделю тому назад, и его старый приятель все еще гостит у меня. Мы сумели убедить его отказаться от предложения Макса Саммерса и не ездить в Суинбэрн. Так что теперь вам предстоит занять его место!

— Вы шутите? — поразился я.

— Я говорю это абсолютно серьезно, Дэнни, — улыбнулась она. — Вы скоро поймете, какая это неплохая! идея. Почему бы нам не пойти сначала поговорить о деле с моим гостем? Так я гораздо быстрее смогу убедить вас.

Она поднялась со своего ложа и пересекла комнату волнообразной, неописуемо сексапильной походкой. Тонкое шелковое неглиже попеременно то прилипало к упругим формам ее роскошного тела, то свободно развевалось, создавая упоительную игру черного и телесного цветов.

Я с готовностью последовал за ней в холл, где она остановилась и сказала своему подручному, что мы идем повидать ее гостя. Он провел нас в подвал, мимо двери комнаты, где томилась Фран Джордан, и остановился у другой запертой двери.

— Открой, — коротко приказала она.

— Вам следовало бы написать книгу, уважаемая, — с восхищением проговорил я. — Что-то вроде «Как устроить свою собственную тюрьму для забавы и прибыли»! Она могла бы даже стать бестселлером!

— Я об этом подумаю, — лениво пообещала она.

Громила отпер и распахнул дверь. При тусклом, неестественном свете свисающей с потолка красной лампочки я разглядел комнату почти идентичную той, в которой находилась Фран, за одним существенным исключением. В этой комнате не было мебели, если не считать соломенного матраса на голом полу с темным бесформенным бугром посредине. В целом комната напоминала начальный кадр из фильма ужасов, основанного на одном из классических рассказов Эдгара Аллана По.

— Джонни! — позвала Миднайт и тут же понизила голос до почти злорадного шепота: — Иди-ка сюда, Джонни. Я хочу послушать тебя еще.

В центре соломенного матраса темный бесформенный бугор резко вздрогнул и медленно пополз к открытой двери. Когда он приблизился, я сообразил в ужасном оцепенении, что это был мужчина, с большим трудом ползущий на четвереньках. Я взглянул на Миднайт и заметил садистские искорки, горящие в ее терновых глазах, в то время как она наблюдала за моей реакцией. Затем я заставил себя вновь посмотреть вниз на приближающееся к нам пресмыкающееся.

Мужчина был обнажен до пояса, и спина его была вся исполосована множеством выпуклых синевато-багровых рубцов, немо свидетельствующих о многочисленных диких избиениях. Он приподнял голову, и я увидел изможденное лицо с всклокоченной недельной щетиной, с глазками, глубоко съежившимися в глазных впадинах и с ужасом глядящими на Миднайт, словно у жестоко побитой собаки.

— Не надо больше, — визгливо пробормотал он, — пожалуйста, не надо! Вы обещали, что после того, как я расскажу вам все, вы мне ничего не сделаете!

Миднайт облизала нижнюю губу, усмехнулась мне в глаза и хрипло сказала:

— Дэнни, познакомься с Джонни Бенаресом. Он был очень крутым парнем, когда прибыл сюда неделю назад.

— Пожалуйста, — прохныкал мужчина.

— Джонни! — Она выставила свою правую ногу вперед, пока мысок черной сатиновой тапочки не оказался прямо под его носом. — Поцелуй.

Его губы издали еле слышный хлюпающий звук, когда он покорно склонил свою голову. Я с омерзением отвернулся и заметил направленный на меня пристальный, немигающий взгляд головореза, который, казалось, раздумывал над чем-то действительно важным.

— Бенарес выдержал только четыре дня прежде, чем раскололся, — на ее лице появилось злобное, знающее выражение, свидетельствовавшее о том, что она приняла свое важное решение. — Ты бы выдержал не более двенадцати часов, Бойд.

— Джонни Бенарес, — охотно представилось пресмыкающееся, — из Детройта.

— Расскажи, что ты делал в Детройте, — безмятежно попросила Миднайт.

— Я сказал тебе всю правду, честно! — захныкал он.

— Я знаю, — ответила она. — Но я хочу, чтобы ты рассказал это снова мистеру Бойду.

— Я работал на «Большого» Элла Джоргенса, пока его не прихватили агенты ФБР, — пробормотал он. — С тех пор я работал по собственному выбору.

— Но чем ты занимался, Джонни? — настаивала она.

— Наемный убийца, — безучастно ответил он. — Выполнил несколько заданий. В паре убийств стоял на стреме…

— Расскажи о своем новом деле, — предложила она, — с того момента, как ты впервые услышал об этом, и до твоей встречи с Луисом здесь, в Нью-Йорке.