Генри Каттнер – Ярость (страница 26)

— Да, да, — она тряслась, натягивая капюшон. — Быстрее!

Снова раздался стук, от которого задрожали стекла.

— Сойер! — раздался грубый голос. — Вы дома?

— Иду, — спокойно ответил Сойер, шепотом добавив: — Сейчас уходите и помните, что я сказал.

Он запер за ней дверь, улыбаясь тому, как поспешно она покинула его дом. Затем лениво повернулся и открыл дверь, когда новый стук уже сотрясал ее.

— Входите, Альпер, — сказал он вежливо и невозмутимо, хотя лицо его выражало напряженное ожидание.

Человек заполнил собой весь дверной проем. Мгновение он стоял на пороге, опираясь на трость и обыскивая комнату острым взглядом из-под густых бровей.

«Он похож на тролля», — подумал Сойер. Крепкая приземистая фигура старого великана, которого годы придавили так, что теперь он не мог обходиться без трости. Массивное лицо прорезали глубокие морщины и складки. Два маленьких холодных серых глаза смотрели с неприязнью на Сойера из-под лохматых бровей. Голос, подобный приглушенному органу, прогудел:

— Вы помните меня, мистер Сойер?

Он не стал ждать ответа, а шагнул вперед, так что Сойеру невольно пришлось посторониться. Он шел вперед с такой мощью, что, казалось, воздух сжимается перед ним. Глаза старика сверкнули, когда он увидел экран на стене.

— Дайте мне стул, мистер Сойер, — сказал Альпер, опираясь на трость. — Мне нелегко стоять и ходить. Я старый человек, мистер Сойер. Благодарю, — он тяжело опустился на стул, поставив трость между колен. — Я вижу, вы смотрели очень интересный фильм, — сказал Альпер и посмотрел на Сойера безразличным взглядом.

Сойер удивленно поднял брови:

— О?

— Я тоже смотрел, — сказал Альпер. — Это вас не удивляет? Отель был построен еще в то время, когда уран был материалом в высшей степени секретным. Сэм Форд и я незримо присутствовали на многих тайных конференциях, которые происходили в этом отеле. Но ни одна из них не была столь важной, как то, что я видел сейчас.

Он перевел дыхание и остановил на Сойере свой тяжелый взгляд.

— Я пришел сюда, мистер Сойер, чтобы сделать вам предложение.

Сойер вежливо улыбнулся.

— Боюсь, вы недооцениваете мои слова, — сказал Альпер. — Позвольте ввести вас в курс дела поподробнее. Я готов предложить вам…

И он минуту подробно говорил о своем предложении. Когда он закончил, Сойер снова рассмеялся, очень вежливо покачал головой и затем вновь замолчал, выжидая, что будет дальше.

Альпер испустил тяжелый вздох.

— Молодые люди так глупы, — сказал он. — Вы сейчас можете исповедовать идеализм. Но когда достигнете моего возраста, для вас многое станет другим.

Казалось, Альпер над чем-то задумался. Затем он тряхнул головой.

— Мне не хотелось бы делать этого, но… — Он полез в карман, достал какой-то предмет и протянул Сойеру. — Возьмите. Что вы об этом думаете?

Сойер осторожно взял пальцами маленький металлический диск с закругленной нижней частью. Диск был размером с таблетку аспирина. Сойер внимательно осмотрел его.

— Это мое изобретение, — самодовольно сказал Альпер. — Передатчик, трансивер. Он излучает и принимает звук. Но звук не простой. Я не знаю, насколько вы знакомы с системами коммуникации. Основным ограничением в таких системах являются собственные шумы. Например, мозг человека — это тоже система коммуникации. Биение сердца, шум тока крови по артериям и сосудам, шум дыхания… Обычно мы не замечаем этих звуков, но их можно услышать.

Альпер откинулся на спинку кресла и рассмеялся. Сойер заметил неприязнь в этом смехе. Может, старик ревнует к молодости?

— Это и есть такой усилитель, — сказал он.

Диск начал вибрировать в руке Сойера. Тот посмотрел на руку Альпера, которая была в кармане.

— Это вы заставляете диск вибрировать? — спросил он.

Старик кивнул.

— А почему, — осторожно спросил Сойер, — вы показываете мне это?

— Честно говоря, — сказал Альпер и внезапно усмехнулся, — я могу сказать правду. Я сделал это для головы Клей Форд. Мне немного не по себе от того, что вы видели ту унизительную роль, которую я только что играл на этой пленке. Вы видели, что я просил то, что мне необходимо. Вы видели, что я получил отказ. Отлично. Вы также слышали мое заявление о том, что у меня есть способ поставить Клей Форд на колени. Это не пустая похвальба, мистер Сойер. Мой передатчик сможет сделать это.

Сойер посмотрел на него, заинтересованный и встревоженный.

— Я могу доверять вам, — саркастически сказал Альпер. — Больше, чем вы предполагаете. Единственно, я рискую сделкой с тем… с той, с кем я говорил в шахте.

— Неужели она вас действительно убедила, — сказал Сойер, — что владеет источником молодости?

— Вы идиот! — неожиданно резко крикнул Альпер. — Что вы знаете о молодости? Неужели вы думаете, что всякие мумбо-юмбо могут одурачить меня? Как вы думаете, откуда приходит энергия, которой вы брызжете, вы, — молодые?! От Солнца! С помощью фотосинтеза энергия превращается в горючее для ваших организмов. Эта энергия может передаваться от одного организма к другому. Вы поверите мне… позже.

Есть одно, во что человечество не может поверить. Мефистофель не покупал душу Фауста. Я это знаю. Фауст сам убедил дьявола, что его душа представляет ценность, он заставил купить свою душу. И я хочу убедить Нете, что могу быть полезен ей. Я знаю, что она требует взамен энергии, которая мне необходима. Жизнь Клей в моих руках, и я могу устранить ее, так что Нете вовсе не нужно убивать ее. Ведь тогда начнется расследование… И это будет ужасно.

— И вот я разработал для Клей этот передатчик. Но я вижу, что теперь передо мной встало другое препятствие, и я приготовился к этому, — он рассмеялся. — Ну что ж, начнем, — сказал он.

Альпер был очень неуклюжим человеком. Он был стар и слаб, и то, что он сделал сейчас, выглядело совершенно невероятным. Он встал и выпрямился. Он резко оттолкнул от себя трость, которая зазвенела, катаясь по полу. Тролль все еще оставался медлительным и неуклюжим, но он уже не был согбенным и старым. Какая-то могучая энергия преобразовала его, пройдя через него подобно электрическому току. Он не стал молодым. Это было нечто другое, менее естественное, менее объяснимое, что внезапно восстановило его физические силы.

Сойер услышал звон трости, но не понял, что же произошло. Он был молод, силен, с хорошей реакцией, но его реакция не могла сравниться с нечеловеческой реакцией старика. Прыжок Альпера через пространство, разделяющее их, был подобен скачку электрической искры между двумя электродами, к которым подали высокое напряжение. Этот прыжок не мог быть вызван силами мышц. Никакие мышцы не способны сделать такое. Огромное тяжелое тело Альпера привели в движение не мышцы и суставы, а нечто другое.

Трость зазвенела. В то же мгновение тело Альпера обрушилось на Сойера, отбросив его на несколько футов и припечатав к стене. Руки сомкнулись вокруг его горла. Комната поплыла перед глазами Сойера. Он смутно ощутил, как что-то давит на его череп.

И вдруг все прекратилось.

Давление на череп исчезло, и он уже мог собраться с мыслями, чтобы отбросить Альпера. Как только упала трость, мозг Сойера послал приказ телу приготовиться, но неожиданный прыжок Альпера произошел до того, как мышцы Сойера приготовились встретить нападение. Теперь эта доля секунды прошла, и Сойер нанес страшный удар в живот Альпера в тот самый момент, когда силы покинули старика.

Все произошло мгновенно. И кончилось тоже мгновенно. И этого было достаточно.

Альпер согнулся от удара, беспомощный, как мешок с мукой. Он тяжело опустился на пол, оперся на одну руку и посмотрел из-под опущенных густых ресниц на Сойера. Странная улыбка гуляла по его побледневшему лицу.

— Подай мне трость, — сказал Альпер.

Сойер массировал горло одной рукой, а второй осторожно ощупывал свою голову, самую макушку, где он испытал непривычное давление. Он не смотрел на Альпера.

Как только он отбил нападение, легкое пощипывающее давление на голову, на верхушку черепа, стало его новой проблемой.

— Подай мне трость, — снова сказал Альпер. — Сойер! Иначе я научу тебя прыгать. Ну!

Как только прозвучало «Ну!», череп Сойера как будто раскололся на две части.

Молния проникла в голову, в самую глубину мозга. И через пересечение голубых молний Сойер увидел зловеще улыбающегося Альпера. Клиффорд сжал ладонями голову, чтобы расколотый череп не развалился на части. И пока молнии сверкали перед его глазами, он не мог ничего делать, кроме как терпеть и сжимать руками виски.

Но наконец все кончилось. И тогда Сойер поднял старика на ноги. Дикая ярость владела им, когда он вспоминал о только что пережитых мучениях.

— Спокойнее! — ухмыльнулся Альпер. — Спокойнее! Ты опять хочешь этого? Подай мне трость!

Сойер испустил долгий нервный вздох.

— Нет, — сказал он.

Альпер вздохнул.

— Ты нужный человек, — сказал он. — Я могу с легкостью убить тебя. Я могу превратить твой мозг в такое желе, что ты вечно будешь повиноваться мне. Но тогда ты не сможешь приносить пользу. Ни мне, ни кому-нибудь другому. Будь благоразумен, Сойер. Почему бы нам не сотрудничать? Или ты предпочитаешь умереть?

— Скорее я убью тебя, — сказал Сойер, все еще сжимая голову руками и глядя на старика с ненавистью. — Я убью, как только смогу.

— Ты никогда не сможешь, — констатировал Альпер. — Хочешь, я докажу тебе еще раз? Это произойдет мгновенно, как удар молнии. И ты не успеешь притронуться ко мне. Ты ведешь себя глупо, Сойер. Я хочу поговорить с тобой, но сначала подай мне трость. Считаю до трех. И если ты не дашь мне трость, то получишь еще один урок, мой мальчик.