Генри Каттнер – Древо познания (страница 7)

Послышались щелчки моего фотоаппарата. Как хорошо, что я захватил с собой много цветной пленки! Такое удивительное дерево обязательно нужно было запечатлеть в цвете.

— Я вообще не уверен, что это растение, — Кирни подошел к дереву и принялся его осматривать. — Есть такое… — задумчиво произнес он.

Тут шар на вершине ананаса зашевелился, расправил длинные листья, похожие на щупальца, и они потянулись прямо к Кирни!

По чистой случайности щупальца сначала схватили винтовку. Кирни вскрикнул и бросился было бежать, но упал и попытался откатиться в сторону. Одно из этих проклятых щупалец схватило его за ногу и потащило назад, и я увидел, как Кирни беспомощно цепляется за землю.

Я выпустил камеру, оставив ее болтаться на ремешке, и в два прыжка очутился рядом с ним. Потом схватил Кирни за плечи и что было мочи дернул вперед, но попытка не увенчалась успехом. Дерево оказалось невероятно сильным.

К нам уже тянулись другие щупальца.

— Уэстерли! — позвал я на помощь, но перепуганный проводник продолжал отступать, облизывая пересохшие губы.

— Вэйл, тяни, не останавливайся! — приказал бледный как смерть Кирни.

Я повиновался, но Дерево все еще побеждало и неумолимо тянуло нас к лесу колышущихся щупалец.

Тут я услышал тяжелые шаги. В поле зрения появился Гюнтер с топорщащейся черной бородой. Он увидел, что происходит, поднял винтовку и выстрелил, но пуля не причинила никакого вреда толстокожему дереву.

Гюнтер пронесся мимо нас с топориком в руке и принялся рубить удерживающее Кирни щупальце. Я продолжал отчаянно сопротивляться, упершись пятками в землю. Кирни достал нож и принялся резать шнурки на ботинке.

Тот внезапно слетел с ноги, и щупальце сорвалось, но тут же дотянулось до Гюнтера, обвило его тело и подняло высоко над землей!

Он оказался в плотном алом коконе из опутавших его щупалец. Они перевернули его вниз головой, а потом… опустили…

Внутри Дерево, очевидно, было полым, поэтому Гюнтер полностью исчез в нем, а затем щупальца как ни в чем не бывало свернулись в клубок. От нашего археолога не осталось и следа.

Кирни монотонно сыпал проклятиями. Он схватил винтовку и принялся стрелять в эту непонятную тварь. Я подобрал топорик и осторожно подошел к багровому стволу. Мои удары не оставили на стеблях даже крошечных зазубрин, словно я бил по железу, а не по живому организму.

Вдруг щупальца снова пришли в движение. Кирни вскрикнул и на всякий случай оттащил меня назад.

Дергающийся Гюнтер упал прямо к нашим ногам. Затем красные листья снова свернулись в клубок и больше не двигались.

МЫ СХВАТИЛИ Гюнтера и оттащили на безопасное расстояние. Он отряхнулся, вытащил из кармана бутылку виски, откупорил ее и сделал жадный глоток.

— С тобой все в порядке? — спросил Кирни.

— Да… Со мной все хорошо. Фу-ух!

— Я такого отродясь не видел, — продолжал Кирни. — Какое привередливое дерево-каннибал.

— Гюнтер, ты помнишь, что произошло? — поинтересовался я.

— Даже и не знаю, — усмехнулся он. — Вдруг стало темно, но я все равно продолжал сопротивляться, а потом меня просто выкинуло обратно.

— Значит, в дереве нет никакой пищеварительной жидкости, — нахмурившись, пришел к выводу Кирни, выглядящий крайне растерянным.

— По всей видимости, так оно и есть. — Гюнтер покачал головой.

— Давайте уже выбираться отсюда.

Мы взяли за руки практически находящегося в истерике Уэстерли и направились обратно к яме, где оставили Бэбкока. Мы встретились с ним на полпути и успокоили его.

— По-моему, на сегодня исследований хватит, — сказал Кирни. — Давайте разобьем лагерь.

— Тогда вот здесь. — Бэбкок кивком указал на иероглифы. — Я думаю, что смогу расшифровать их… Они оказались на удивление простыми. Я заметил в надписях странное сходство со священными индийскими писаниями.

В каком-то смысле окружающая местность, действительно, была Эдемом. Тигров мы больше не видели, но на всякий случай держали винтовки заряженными. Мы расслабились и вскоре уже так свободно бродили по лесу, как будто прожили здесь всю жизнь.

Но только не Бэбкок, потому что он постоянно занимался расшифровкой иероглифов. Через некоторое время Кирни и Гюнтер снова собрались взглянуть на Красное дерево, правда, на этот раз решив держаться на безопасном расстоянии. Через несколько минут я присоединился к ним и сделал еще пару снимков.

Вскоре долину посеребрил лунный свет. Мы сидели у костра и разговаривали, пока Бэбкок продолжал работать над расшифровкой. Гюнтер не предложил ему свою помощь.

Маленький этнолог Бэбкок выглядел обеспокоенным. Время от времени я поглядывал на него, и, встретившись с ним взглядом, заметил промелькнувшее в его глазах любопытство, а затем он вернулся к работе. Мы все с нетерпением ждали, когда он закончит.

— Все здесь? — спросил он, вздохнул и отложил блокнот с записями в сторону.

— Да, — кивнул Кирни. — Ну, что ты нам скажешь?

— Послушайте, — наконец вымолвил Бэбкок, явно собираясь с мыслями. — Все это просто невероятно. И… я чертовски напуган.

— Какого черта? — спросил Гюнтер, и мы дружно уставились на Бэбкока.

— Ты ведь в курсе, не так ли? — спросил тот. — Красное дерево… поймало тебя… — Он огляделся по сторонам. — Интересно, хватало ли оно еще кого-нибудь?

В воздухе повисла неловкая тишина. Наконец, Бэбкок вздохом прервал затянувшееся молчание.

— ВЫ, конечно, не признаетесь… Ну, кто-то из нас, может быть, и в порядке, и я надеюсь, что таких большинство. Но я точно в порядке.

— О чем ты, вообще, говоришь? — рявкнул Кирни.

— О дереве, — просто ответил Бэбкок. — Оно живое и разумное. Все существа в этой долине, птицы и звери… принадлежат ему. Являются его частью.

— Все эти надписи — предупреждение.

Гюнтер пробормотал что-то невнятное. Бэбкок не сводил с него глаз.

— Они гораздо древнее людской расы, и поэтому их создателей можно назвать преадамитами[6], и вот что еще: когда-то давно эта долина была обитаема. Преадамиты обладали развитой наукой.

— Какой такой наукой? — недоверчиво переспросил я. — Ведь в то время жили кроманьонцы!

— Преадамиты были мутантами, да и тогда наша планета была другой. Жизнь на ней еще только-только зарождалась, но уже тогда начали появляться первые мутации. Та раса создала это дерево, потому что у нее была такая возможность.

Я вытаращил глаза.

— Или это была естественная мутация, я не совсем точно понял значение надписей. — Бэбкок закусил губу. — Красное дерево уничтожило всю жизнь, или, скорее, всех разумных существ в этой долине, и лишь немногим удалось выжить. Давайте вспомним об Адаме, Еве и древе познания добра и зла.

— Ты сейчас говоришь о мифе, да? — спросил Кирни.

— Нет, я не про него, — Бэбкок облизал губы. — Вы сами видели, что здешние животные как-то странно себя ведут. Но почему так происходит? Как раз из-за дерева, — ответил он сам себе.

— Ты сошел с ума, — сказал Гюнтер.

Внезапно Бэбкок достал пистолет и навел его на Гюнтера.

— Опусти пистолет! — прикрикнул на Бэбкока Кирни.

— О, нет, дай мне закончить. Говорю тебе, мне страшно! — В глазах Бэбкока промелькнул неприкрытый ужас, но он сумел собраться и спокойно продолжил задавать вопросы: — Кирни, напомни мне, что такое симбиоз?

— Это так называемое взаимовыгодное сотрудничество двух живых организмов, какое, например, бывает у рыбы-прилипалы и акулы.

— А возможен ли ментальный симбиоз?

— Ментальный? — переспросил Кирни. — Ты уже затрагиваешь метафизику.

— Да, черт возьми, — резко ответил Бэбкок. — Потому что мы имеем дело с живым, разумным деревом! У него есть мозги!

— Это просто растение.

— Ты млекопитающее, но твои предки не были разумными. Ты — результат многовековой эволюции, а Дерево — просто мутировавшее растение. В течение многих веков Мать Природа ставила эксперименты над разумом. Млекопитающие обладают развитым интеллектом, и вполне возможно, то дерево в долине не является исключением. Все знают, что только мутант может стать сверхчеловеком, вот и с Деревом произошло то же самое. Когда-то давно мутация породила такое вот супер-дерево. Мои расшифровки отлично ложатся на научные факты. — В глазах Бэбкока заблестело отчаяние, а Кирни фыркнул. — Я же говорю, это дерево разумное и вполне может быть потомком того древа из Библии. Оно с незапамятных времен живет в симбиозе с этой долиной.

— Это за гранью моего понимания, — ответил я.

— Благодаря пресловутому ментальному симбиозу оно берет что-то у своих жертв, получает контроль над их разумом и усваивает все их знания. Гюнтер, а что Дерево дает взамен?

Мы посмотрели на археолога. Его бородатое лицо стало походить на маску, а глаза были… мягко говоря, странными.

— Ты сошел с ума, — ответил Гюнтер. — Подойди еще раз к дереву, и я докажу, что это всего лишь растение.