Генри Каттнер – Древо познания (страница 43)

Шум мелькающего внизу движения то становился громче, то так же резко стихал. Лавочники с обеих сторон улицы громкими криками зазывали покупателей. Воришки сновали туда-сюда сквозь толпу, подкарауливая прохожих.

Девушка в алом плаще распахнула окно и высунулась, чтобы помахать кому-то внизу. Пряди светлых волос упали ей на лицо. Позади нее смутно виднелась комната, где находилась другая девушка, которая сейчас шагнула вперед, схватила свою подругу за талию и со смехом затащила ее обратно в комнату. Эрик отчетливо слышал их радостные возгласы.

Но все это было не по-настоящему. Странная дымка снова и снова затуманивала его взор, пока от многочисленных попыток разглядеть что-либо внизу у него не заболели глаза. С громадным сожалением он дотронулся до переключателей на поясе, и в тот же миг вокруг него все замерцало и потом исчезло без следа. Беспамятство хлынуло на него тяжелым потоком, пока столетия с шумом проносились мимо точки инерции, к которой он был привязан.

В рюкзаке за плечами автоматически включилась машина времени. Затем переключатели щелкнули сами собой, и пустота снова покинула сознание Эрика. Он обнаружил, что сквозь лиственный занавес смотрит на зеленый луг, по которому бежал маленький ручеек. На этот раз все вокруг было настоящим и осязаемым. Он стоял на мягкой траве и чувствовал, как ветер играет листьями на деревьях.

По склону луга медленно бродили грязные белые овцы. Маленький кудрявый мальчик в короткой кожаной куртке полулежал на склоне и, перебарывая дремоту, сонно наблюдал за ними. Все было залито желтыми солнечными лучами. Мирный и сказочный пейзаж казался полной идиллией, но по какой-то непонятной причине руки Эрика сами потянулись к поясу. На него накатила волна разочарования. Он искал нечто другое. Но что? Искал ли он именно это место? Возможно, что и так, подумал он.

Эта мысль занимала его, пока он щелкал переключателями на поясе. Что же было в этом прекрасном пейзаже такого, что заставило его одним махом отбросить мысль о том, чтобы здесь остаться? Путешествуя по времени, он целенаправленно искал… что-то совершенно другое… Затем приливная волна столетий, обрушившаяся на его временную стоянку, поглотила изумление, после чего все остальное тоже растворилось в забвении.

СИЛУ, с которой столп солнечного света ударил в лицо Эрику, можно было сравнить только с мощным хуком боксера. Горячее пылающее солнце отражалось от мраморной плитки на тротуаре и слепило глаза. Несколько секунд он ничего не видел. Но постепенно в толще палящего зноя стали вырисовываться очертания мраморных стен. Эрик находился в ослепительно-белой мраморной яме площадью около пяти квадратных метров. У противоположной стены прямо под палящими лучами солнца лежал человек, обнаженный и покрытый пятнами крови. Эрик не смог определить, жив он или нет.

Он успел это увидеть, прежде чем нарастающий гул возбужденных голосов над ним перерос в оглушающий рев, что лишь подтвердило его догадку. Он поднял голову. Над краем ямы склонились люди. Тут и там мелькали края бархатных мантий и бахрома ярких шарфов. Эрик увидел прекрасные, бесстрастные и жестокие лица аристократов. При первом взгляде на них он подумал, что перед ним, должно быть, римляне, и сделал такое предположение, мельком глянув на их прически и одежду. Подняв голову, он увидел молодую женщину со странными, дымчато-голубыми глазами, которая, опершись на мраморные перила, стояла прямо перед ним на некотором отдалении от других людей, находящихся по обе стороны от нее. Эрик сразу же понял, что она занимает более высокое положение в обществе, чем все остальные. В ее взгляде читалось самодовольство и какая-то ускользающая гордость. Но это лицо было ему знакомо. Он был готов поклясться, что совсем недавно видел эту женщину, только не мог вспомнить, где именно.

Затем незнакомка подняла белоснежную обнаженную руку, подсвеченную солнцем, и опустила большой палец. Из-за ее спины донесся звук удара камня о металл, и в ослепительном свете Эрик увидел, как мужчина резко дернул рукой. Солнце отразилось от длинного стального стержня. Копье полетело Эрику в грудь, и он рванулся к поясу. Переключатели щелкнули, и огромное размытое пятно происходящего исчезло.

После этого невероятная инертность снова вступила в свои права. Мимо начали проноситься столетия. Затем по щелчку переключателей он снова провалился в реальность и сразу начал задыхаться, когда почувствовал, что в его легкие проник плотный влажный воздух тропических болот. На то, чтобы отдышаться, у Эрика ушло около минуты, пока он в глубокой растерянности осматривал окружающую местность.

Он стоял в квадрате из полуразрушенных стен, которые когда-то были полноценным домом, но сейчас крыши уже не было, а от стен остались лишь рассыпающиеся камни. В западной части разрушенного дома лежала высокая груда обломков, — по-видимому, ближайшей стены, — частично закрывающая огромную мощеную площадь, сплошь и рядом усеянную такими же разрушенными зданиями. А за ними, под небом, густо затянутым тучами, сквозь которые пробивались сероватые лучи солнца, возвышались странные здания. Они были выкрашены в совершенно дикие цвета и имели чуждую человеческому глазу архитектуру. Чрезвычайно массивные здания больше всего напоминали храмы Карнака[20], но все же были слишком странными, чтобы не сомневаться на этот счет.

Даже с такого расстояния Эрик понял, что темные пятна на огромных стенах означают только одно — грядущее увядание этого города под низким серым небом, который однозначно был самым впечатляющим из всех поселений, какие он когда-либо видел в мечтах. Однако былая слава города уже давным-давно канула в небытие. То тут, то там зияющие прорехи в гигантских стенах указывали на полную разруху. По спертому воздуху болот и незнакомой архитектуре Эрик понял, что имеет дело с бессмертной древностью. Его дыхание участилось, и он задался вопросом, куда делись люди, воздвигнувшие эти величественные постройки, как они называются, и знает ли история об их существовании.

ИЗ ГИПНОТИЧЕСКОГО ТРАНСА Эрика выдернул нарастающий грохот странных звуков, становившийся все громче и громче. Он различил звук шагов ног, бредущих по мостовой, скрежет металла, хриплое дыхание и какое-то необъяснимое прерывистое шипение. Все это доносилось из той части огромной площади, которую скрывала осыпающаяся стена рядом с ним.

Странное шипение стало еще громче. Кто-то издал гортанный вопль, и Эрик услышал быстро приближающийся к нему топот неуверенно бегущего человека, явно спотыкающегося. Затем в проеме осыпавшейся стены, где когда-то, судя по всему, была дверь, промелькнуло бело-красное пятно. Это была девушка. Ее прерывистое дыхание эхом отдавалось в тесном пространстве. Растекающееся алое пятно создала кровь, зловещими струями хлещущая из глубокой раны в боку. В этот пасмурный день девушка казалась белее облака. Потом Эрик уже не мог вспомнить ничего, кроме ослепительной белизны ее тела, брызг крови из разорванных артерий и дымчатой голубизны глаз.

Он не определил, что на ней было надето, и не заметил каких-либо еще подробностей, потому что увидел дымчатый мрак ее глаз, после чего они, казалось, целую вечность смотрели друг другу в глаза. Он узнал ее. Она была той самой римлянкой, приговорившей его к смерти в раскаленной солнцем яме, и она же являлась той смеющейся средневековой девушкой в красном плаще. Было почти невозможно поверить, что все это была одна и та же голубоглазая девушка.

Приближающийся грохот и крики заставили ее отвести взгляд. Эрику даже показалось, что в ее потускневших глазах сверкнули огоньки, говорящие о том, что она узнала его, прежде чем, пошатываясь, направилась к двери. Когда девушка обернулась, он понял, что она умирает, но что-то удержало его от попытки спасти ее, и поэтому он просто стоял и молча смотрел на нее. В конце концов, сейчас ей уже ничем нельзя было помочь. Из дымчато-голубых глаз постепенно уходил блеск, а жизнь алым потоком вытекала из разодранного бока.

Эрик увидел, как девушка прислонилась спиной к разрушенной стене, и снова услышал странное шипение, когда она подняла правую руку, и из зажатого в ней сверкающего цилиндра вырвался длинный голубой луч света. Снаружи донесся крик. Гробовая тишина нарушалась лишь стуком падающих на камни каплей крови. А потом случилось нечто очень странное.

Девушка оглянулась через плечо и встретилась взглядом с Эриком. Тут его как будто ударило током, и к горлу подступил комок. Он понял много всего важного, пока девушка смотрела на него своими бледно-голубыми глазами… понял, почему всю свою жизнь так остро ощущал потребность в чем-то, к чему никогда не приближался… Он уже готов был что-то сказать, но не смог выдавить из себя ни звука.

В этот момент озарения девушка, должно быть, осознала то, что пока не мог осознать Эрик, потому что ее губы задрожали, а в остекленевших глазах появилась бесконечная нежность. И в тот же миг она снова подняла руку, и он в последний раз услышал обжигающее шипение. Она обратила неизвестное оружие против самой себя.

Во вспышке голубого блеска он увидел, как девушка буквально растворилась прямо у него на глазах. Камни раскалились, и все окружающее пространство заполнилось запахом горелой плоти. Эрику стало физически плохо от ужасной потери. Девушка умерла… исчезла… оказалась вне пределов досягаемости, и Вселенная опустела после ее гибели. Однако он не мог тратить драгоценное время на анализ своих чувств, потому что через пролом в стене уже проникали неуклюжие существа, пока еще мало похожие на людей.