Генри Хаггард – Она. Аэша. Ледяные боги. Дитя бури. Нада (страница 69)
— Ничего, — ответил Урк. — Лет семьдесят тому назад, когда я был еще ребенком, помню, они вели себя точно так же в это самое время года. И после этого отлета наступила самая жестокая и самая долгая зима, какую мы когда-либо знавали. Было так холодно, что умерло много народу. Впрочем, может быть, птицы испуганы каким-нибудь шумом, например, треском льда. Если их испугал какой-нибудь шум, они вернутся. Если же не вернутся, мы их не увидим до следующей весны.
Птицы не вернулись. И улетели они так поспешно, что на берегу остались сотни еще не оперившихся птенцов, которые едва-едва умели летать. За ними гонялись дети, убивали их и складывали про
В следующую же ночь были свирепые заморозки.
Ви совершенно правильно оценил их как начало зимы. Поэтому он послал людей за дровами на опушку леса, где валялось много сломанных деревьев.
Работа была медленная и мучительная.
Племя не знало пилы и очищало деревья от сучьев и разделяло на части, рубя кремневыми топорами. Долгий опыт позволял им рассчитывать на добрый месяц работы в лесу, прежде чем пойдет снег, который схоронит упавшие деревья так, что к ним уже нельзя будет подступиться. Сбор топлива обычно бывал последней перед наступлением зимы работой племени.
Но в этом году снег пошел уже на шестой день. Правда, снег шел не густо, но небо было закрыто тяжелыми тучами. Ви поставил все племя на работу, перестал обращать внимание на какие бы то ни было нарушения законов и следил лишь за тем, чтобы каждый трудился изо всех сил. Благодаря этому в две недели удалось набрать больший запас дров, чем когда-либо случалось видеть Урку за всю его жизнь. И запас был сделан не только дров, но и мха, идущего на фитили для светильников, и были сложены огромные груды оставленных приливами водорослей, которые горели, может быть, даже лучше, чем дерево.
Народ сердился за эту нескончаемую работу в метели и на холоде. Но Ви не обращал внимания на жалобы, так как был испуган чем-то, чего сам не знал. Он заставлял народ работать в продолжение всего дня и части ночи.
Он оказался прав.
Едва успели стащить в селение последние стволы, едва успели снести и положить в кучи обрубленные ветки, спрятать в подземные хранилища груды водорослей, как пошел густой снег. Он шел беспрестанно много дней и покрыл землю на высоту чуть ли не человеческого роста. Оказалось, что, не торопи Ви с работой, ни к упавшим деревьям, ни к мху, ни к водорослям добраться нельзя было бы. А вслед за снегом наступили морозы, великие морозы, которые продолжались много месяцев.
Подобной зимы никто и никогда не видел. Ужас зимы состоял, может быть, даже не в количестве снега и даже не в холодах, а в том, что день был короче, чем день любой предшествующей зимы. День был короток так, что его почти не успевали заметить. Солнце не светило, оно только рассеивало слабый свет сквозь густые свинцово-серые тяжелые снежные тучи. Толком морозы еще не успели начаться, и самый злой ворчун племени благословлял Ви за то, что тот приказал собрать такое количество топлива и пищи, только эти запасы спасали от голодной и холодной смерти. Но даже при наличии всех этих огромных запасов умерло немало стариков, больных и детей. Земля промерзла, и хоронить их невозможно было. Трупы были унесены из селения и забросаны снегом. Вскоре их вырыли и съели волки.
По мере того, как продолжалась зима, волки стали совершенно свирепыми. Пищу они себе найти не могли и, обнаглев от голода, блуждали вокруг селения; случалось, что по ночам они врывались в хижины и набрасывались на обитателей, а днем лежали в засадах и ловили детей.
Ви приказал соорудить вокруг селения валы из снега, в проходах между валами круглые сутки горели костры, чтобы отпугивать зверей. Принесенные льдами белые медведи появились на побережье, блуждали по холмам, ревели и пугали людей. Впрочем, белые медведи еще не убили никого из племени. Очевидно, эти медведи боялись вида человека. Однако они причинили племени другой ущерб, не менее значительный: они по нюху нашли несколько складов пищи, разрыли их и сожрали все припасы.
Под конец нападения волков и других хищников стали настолько наглыми, что жить в беспрестанном страхе больше нельзя было. Ви, посоветовавшись с Моанангой и Пагом, решил приняться за беспощадное истребление зверей, прежде чем они успеют причинить еще больший ущерб.
В покрытых льдом холмах, между которыми стояло селение, было узкое и высокое ущелье, тупик, из ущелья был только один выход, да и тот в одном месте сужался до двух с половиной шагов.
Ви — искусный и опытный охотник — решил загнать всех волков в этот горный тупик и построить у входа в него каменную стену такой высоты, чтобы волки не могли перебраться через нее. Таким образом ему удастся навсегда отделаться от них.
Но в первую очередь следовало приучить их входить в это ущелье.
За это он принялся следующим образом.
В начале зимы к берегу прибило умирающего кита. Племя, пользуясь тем, что кит погиб в мелкой воде, принялось вырезать из него жир и мясо. Вырезанные куски наваливались на торчащие из воды камни. Рассчитывали, что, когда наступит зима и вода замерзнет, мясо и жир легко будет унести по льду. Работа была прервана собиранием дров, а затем наступили морозы, снежные бури и метели, так что к скалам подойти никак не удавалось.
Когда, наконец, установилась ровная погода, Ви отправился на берег и обнаружил, что в продолжение одной из оттепелей (чередовавшихся со снежными бурями) мясо совершенно сгнило. Когда же все замерзло, Ви решил пустить это мясо в ход в качестве приманки для волков. Он призвал старейшин племени и изложил им свой план.
Слушали они его недоверчиво. Особенно недовольны были Пито-Кити Несчастливый и Уока-Злой Вещун. Они заявили, что волки часто нападают на людей, но никогда еще не случалось, чтобы люди нападали на волчью стаю, а особенно зимой, когда волки особенно свирепы и ужасны.
— Послушайте, — возразил Ви, — что вы предпочитаете: убить волков, или чтобы волки сожрали ваших жен и детей?
Дело кончилось тем, что обсуждение отложили до следующего дня.
В ту же самую ночь волки в огромном количестве — никак не меньше сотни — напали на селение. Они перелезли через снеговые валы, промчались мимо сторожевых костров и прежде, чем волков успели отогнать, в клочья оказались разорванными женщина и двое детей, и к тому же немало народу было покусано.
После этого старейшины приняли план Ви, потому что никакого другого не могли придумать.
Сперва самых сильных людей послали к устью ущелья, чтобы натащить сюда побольше камней. Из этих камней была сложена стена вдвое выше человеческого роста. Промежутки между камнями были заполнены снегом, который немедленно смерзся. Посреди стены был оставлен узкий проход для волков, и рядом были сложены про запас камни для того, чтобы немедленно закрыть отверстие, когда понадобится. Затем отправились на берег за китовым мясом.
Тут их постигла неудача. Оказалось, что, несмотря на обильный снег, мясо и жир примерзли так крепко, что отодрать их оказалось невозможно. Таким образом, все их труды пропали даром. На обратном пути Уока громогласно заявил, что он с самого начала знал, что так и будет.
Всю ночь Ви и Паг совещались, но не могли ничего придумать. Ви предложил было зажечь костры, чтобы мясо оттаяло. Паг возразил, что жир загорится и все пойдет к черту. Тогда Ви обратился к Ааке.
— Значит, когда Паг не может помочь тебе, ты идешь ко мне за советом? — сказала она. — Я помочь ничем не могу.
Помог случай.
Под утро с берега раздались странные звуки: слышались рычание, скрежет и рев. При первых лучах зари Ви разглядел целую стаю белых медведей, крадущуюся сквозь туман.
Когда медведи ушли, Ви, захватив с собой Пага, пошел посмотреть, что они натворили. Оказалось, что медведи, учуявшие мясо, отодрали его своими острыми когтями от камней. Они съели немало, но оставалось мяса еще больше.
Тогда Ви сказал Пагу:
— Я думал, что все дело рухнуло, что нам придется оставить ловушку без приманки и попытаться силой загнать туда волков. Но боги, оказывается, помогли нам.
— Да, — сказал Паг, — медведи помогли нам. Не знаю я только, боги ли являются медведями или медведи богами.
Торопливо, прежде чем мясо наново примерзнет, созвали племя. Люди явились в большом количестве: одни с веревками, которыми привязывали огромные куски мяса, другие с грубо сплетенными корзинками. Прежде, чем наступила ночь, они снесли почти все мясо в ущелье, где бросили его, чтобы оно примерзло и чтобы волки, таким образом, не смогли ни утащить его, ни сожрать.
Ночью они увидели множество волков, которые собрались у входа в ущелье и рыскали взад и вперед, не решаясь войти, опасаясь ловушки.
Наконец, несколько волков вошли, и наблюдавшие за ними люди дали им беспрепятственно нажраться и вернуться к стае. На следующую ночь волков явилось больше. Каждую ночь их все прибывало, хотя замерзшее мясо с трудом поддавалось даже их крепким челюстям.
На четвертую ночь Ви созвал племя и перед самым заходом солнца разослал всю молодежь под предводительством Моананги в леса. Им было дано поручение полукругом оцепить волчьи логова и не шевелиться, покуда на условленной скале не вспыхнет сигнальный костер. Тогда они с криками должны броситься вперед и гнать волков ко входу в ущелье.