Геннадий Лапсарь – Кольцо Змея (страница 3)

Егор подробно пересказал бабке свои кошмары, не опуская страшных концовок историй, и почувствовал, будто груз свалился с плеч.

- Да, заинтересовал ты меня… Возможно, это кто-то из колдунов постарался. Видимо, кому-то ты очень понадобился, сам не ведая того… – Анфиса задумалась. – Ты, милок, пока лежи, сил набирайся. Я сейчас в лес пойду, нужной травки соберу, а вечерком с Агафьей свяжусь. Может, что и выяснится.

Знахарка неожиданно резко свистнула. В помещение вбежала большая черная зверюга, похожая на крупного волка. Она внимательно уставилась на Егора, и тот невольно поддался ближе к стенке.

- Не бойся, милок, – чтобы тебе спокойней было, оставлю своего сторожа верного. Барсом зову, – старуха ласково потрепала по загривку пса, – подобрала его маленьким, воспитала. Сейчас меня с полуслова понимает. Это он тебя с болота помог дотащить. Если что надо будет, крикни Барса, он прибежит и поможет тебе.

Бабка что-то пошептала на ухо псу. Тот подошел к парню и подал ему лапу. Егор удивился, но лапу пожал.

- Ну всё, теперь вы друзья, – удовлетворенно произнесла ворожея, – что ж, оставайтесь, я пошла в лес.

Барс вскоре вышел из избы вслед за Анфисой. Смеркалось. В горнице постепенно темнело. Усталость смежила веки Егора, и вот он уже на берегу озера отдыхает с симпатичной Маринкой с соседнего отдела. От поставленного недалеко мангала тянет запахом жареного мяса. В ведре с водой охлаждается бутылка вина. Они только что выкупались и вышли из озера. Капельки воды соблазнительно поблескивают на упругой коже девушки. Грудь, еле сдерживаемая купальником, кажется, вот-вот выпрыгнет наружу. Он обнял девушку и потянулся к ее полураскрытым губам, как вдруг кто-то сзади схватил его за шею и стал душить. Егор повернул голову и увидел Маринкиного мужа. Тот, со зверским лицом, из-за всей силы сдавил ему горло. У парня перехватило дыхание, и он проснулся.

Всю горницу заволокло дымом, было трудно дышать, и кружилась голова. Егор попробовал встать, но мышцы ослабли, и он рухнул на пол. Приподняв голову, парень увидел, как в дверь вбежал Барс, зубами вцепился в ворот рубашки и, пятясь, потащил парня к выходу. Во дворе пес отпустил Егора и несколько раз коротко взвыл. В кронах деревьев резко прошелестел ветер, и вскоре на опушке леса словно из ниоткуда появилась ведунья. Она взмахнула в сторону жилища руками, прошептала что-то непонятное, и дым, окутавший дом, мгновенно исчез.

Егор, откашливаясь, постепенно приходил в себя.

- Как сердце чуяло. Не зря помощника оставила, - всплеснула руками старушка. – Кто-то хотел тебя маревом любви погубить.

- А что это такое?

- Дым такой поганый, без пламени и жара. Травит насмерть, а чтобы человеку не скучно помирать было, насылает во сне любовную утеху. – Бабка захихикала. – Небось с милашкой развлекался?

- Ну и шуточки у ваших местных, – усмехнулся Егор. – Какое там – «развлекался»! Только губы раскатал, да твой пес все испортил.

Он ласково потрепал собаку по голове.

- Пока ты чуть весь не прокоптился, я переговорила с Агафьей. Похоже, судьбой на тебя возложено какое-то важное дело, только выполнив которое, ты сможешь вернуться обратно.

- А какое, бабушка?

- Самим интересно. Всё так мутно и неопределенно. Завтра к истукану сходим, –может, что-то ещё прояснится. Ладно, хватит лясы точить, дым уже выветрился, пошли-ка в дом трапезничать. Голодный мужик – что зверь бешеный.

- Веселая ты, бабка, – заметил Егор.

Анфиса улыбнулась.

- Вот в молодости была – это да, моего языка больше колдовства боялись, а сейчас что? Уже все по-стариковски. Пока я стряпать буду, ты себя в зеркало огляди, поди удивишься.

Егор подошел к зеркалу, оправленному в сплетенную из лозы раму, и от удивления чуть не крякнул. На него глядел совершенно незнакомый высокий черноволосый парень, как будто сошедший с картин про гуннов, лохматый, жилистый и сухощавый. Одет он был в меховую безрукавку и штаны, напоминающие джинсы, обрезанные чуть ниже колен. На ногах были кожаные полусапожки. Егор пошевелил руками, напряг мышцы, – во всем теле ощущалась легкость и сила.

- Красавец, красавец, – успокоила бабка. При переходе душа попадает в другое тело, чье тебе дано – не ведаю, судьба сама распоряжается, но не переживай – мужик получился видный. Да и понимание нашего языка передалось.

- Допустим, я и в своем мире по поводу внешности не комплексовал, - улыбнулся парень, - Только там русым был. Но с новым телом повезло, а то вдруг оказался бы сгорбленным старичком с палочкой?

-Садись трапезничать, - позвала Анфиса, ставя на стол аппетитное варево, над которым струился пар.

- А я тебе пока про нас расскажу. Ну, слушай, милок. Хотя есть в обоих мирах и много похожего, но в отличие от вас, в нашем мире развивались магические науки. Частью этого мира является и наша страна, состоящая из земель магов светлого Круга, черной Унии и свободных городов. Города представляют собой нейтральные территории. Разговариваем мы все на одном языке. Это еще давно маги постарались, чтобы легче было общаться. Раньше волшебники делились просто на светлых и темных.

- А ты, бабушка, на чьей стороне? – спросил Егор.

- Основной дар у меня – это целительство, хотя знаю немного и другие стороны магии. Всегда стояла на стороне добра и сейчас вхожу в светлый Круг. Слушай дальше. Страна развивалась без больших потрясений: стороны время от времени нападали друг на друга, мирились, заключались новые союзы, и все время сохранялось примерное равновесие сил. Но вдруг у черных появился сильный маг. Молвят, чтобы получить свое могущество, он пожертвовал какой-то частью своей личности, стал в чем-то ущербным, но как это выражается, никто не знает. С его появлением нарушилось равновесие в нашем мире. Он постепенно подчинил и подмял под себя других темных магов, создал черную Унию, и с ее помощью стал захватывать нашу территорию. Другого такого злодея свет не видывал – он не щадил ни старых, ни малых. На борьбу с чародеем вставали и герои, и другие маги, но уж больно могуч и коварен злодей, и одолеть его не удавалось. Когда поняли, что в одиночку его с черной Унией не победить, то большинство волшебников решило объединиться в Круг светлых. К ним присоединились и мы с дочерью. Произошло жестокое сражение, но ни одной из сторон победить не удалось. Погибло много магов, в том числе и моя дочка. Сейчас стороны опять собирают силы перед крупной битвой, и пока сохраняется хрупкое равновесие. Происходят мелкие стычки, но Аркагон активно в них не участвует. Поговаривают, он что-то ищет, с помощью чего станет всемогущим. После той битвы я осталась одна с маленькой внучкой Владиславой, души в ней не чаяла и помогла выучиться в школе магов. Думала, вырастет великая волшебница, станет во главе светлых сил и поможет наконец навести порядок в нашем мире, раздираемом распрями в борьбе за власть и богатство.

- Да, бабушка, проблем и у вас тоже хватает, –удивленно протянул Егор.

- Когда девушке исполнилось семнадцать лет, она решила, что для борьбы со злом ей необходимо побродить по свету и изучить черную магию, чтобы знать оружие врага. Я, не чувствуя ничего дурного, отпустила ее и пожелала удачи. Через некоторое время прошел слух, что у Аркагона появилась молодая способная ученица. С горечью я узнала, что это моя внучка, которая не заметила его двуличности, и попала под обаяние злого волшебника, став его первой помощницей. Владислава перешла грань между добром и злом, и уже успела много плохого причинить людям. Но знаю, что осталась в ней толика светлого и надеюсь, что есть шанс, что она может одуматься. Я пробовала несколько раз украдкой поговорить с внучкой, но она сильно изменилась и ничего не хочет слышать.

Анфиса задумалась, затем продолжила:

- С утра сходим к деревянному истукану, он стоит чуть ли не с сотворения нашего мира и многое помнит, но вот захочет ли говорить? Он откликается только на мои просьбы, и то не всегда, и обязательно после принесения жертвы. Уж как ни пытались его разговорить другие маги, так только конфуз вышел, со зла его пробовали жечь, древесных червей насылать, но только сила колдунов после этого пропадала, а истукану хоть бы хны, и все отступились.

Утром из избушки Егор вышел вместе с хозяйкой. Барс было увязался за ними, но бабка велела остаться охранять дом. Малозаметная тропинка вилась среди громадных деревьев, похожих на сосны, но иголки были красноватого цвета и по твердости не уступали шипам роз, поэтому приходилось аккуратно огибать ветки стороной. Вскоре они вышли на небольшую поляну, поросшую светло-желтым мхом. Посередине нее высился большой черный валун.

- Ну вот, милок, и пришли.

- Где же деревянный истукан? – удивился Егор.

- А ты присмотрись внимательней.

Парень подошел ближе к камню и потрогал. Оказалось, что это действительно дерево, черное, на ощупь слегка шероховатое и прохладное. Несколько трещин в верхней части истукана по форме напоминали грубоватое лицо. С восточной стороны дерева находилась небольшая выемка.

- Клади руку в углубление, – велела колдунья, – Сейчас принесем жертву.

- Ты чего, бабка? – удивился Егор, –Рука мне еще пригодится.

- Не боись, милок, рука при тебе останется, я только немного крови пущу, – с этими словами она ловко сделала надрез на его руке.