Геннадий Колодкин – Дарвинист (страница 4)

Игорь молчал. Фанатичный огонь в его глазах сменился глубокой задумчивостью. Шум города за окном казался теперь не просто хаосом, а гулом огромного, сложного организма, который жил своей медленной, непостижимой жизнью, оттачивая себя через миллионы судеб. И ему впервые стало страшно от мысли, что одно резкое, «прыткое» движение может навсегда нарушить эту хрупкую гармонию.

2.

Тишину нарушил скрип старого паркета. Аркадий Львович снова подошел к книжному шкафу, провел пальцем по корешкам, словно ища нужный аргумент не в голове, а на полке.

– Вот ты говоришь – «прыткие», – продолжил он, не оборачиваясь. – А что такое их прыть? Это ведь не ум, не талант созидания. Это талант разрушения и захвата. Талант хищника. Хищник эффективен, да. Он вычищает стадо от слабых. Но он не создает стадо. Он не выращивает траву на пастбище. Он лишь пользуется тем, что есть. И когда еда кончается, он либо уходит на новые территории, либо гибнет. Твои «прыткие» сожрут все, что осталось от прежней системы, а потом начнут жрать друг друга. Это закон джунглей, а не закон развития цивилизации.

Игорь поднял голову. В его голосе прозвучало упрямство, остатки прежней веры.

– Но ведь старое было гнилым, Аркадий Львович! Гнилое дерево должно упасть, чтобы дать дорогу молодой поросли. Разве не так?

– Должно, – согласился профессор, наконец вытаскивая тонкий томик в потертом переплете. – Но его можно аккуратно спилить, а не выжигать весь лес дотла. Революция – это лесной пожар. Да, на пепелище что-то вырастет. Но какой ценой? Сколько уникальных видов, сколько накопленного за столетия «гумуса» – культуры, традиций, человеческих связей – сгорит безвозвратно? Ты получишь пустыню, на которой потом десятилетиями будут пробиваться самые простые, самые неприхотливые сорняки. И лишь потом, может быть, через век, вернется лес. Но он будет уже другим.

Он положил книгу на стол перед Игорем. Это был Монтень.

– Человеческая природа, Игорь, не меняется от декретов и лозунгов. Она и есть тот самый сложный организм. В ней есть все: и эгоизм, о котором мы говорили, и альтруизм, и жажда власти, и стремление к справедливости. Здоровая система не пытается вырезать одно и насильно привить другое. Она создает такие правила, такие институты, при которых эгоизм одного человека начинает работать на благо всех. Предприниматель, стремясь к прибыли, создает рабочие места и платит налоги. Ученый, гонимый тщеславием, делает открытия, которые меняют мир. Система сдержек и противовесов, Игорь. А не гильотина и маузер.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.