Геннадий Иванов – Методы психотерапии. Как лечить страхи и детскую психосоматику (страница 27)
Мы нашли более раннее событие, связанное с тем же симптомом «виноватости». И оно относилось к числу тех стрессов, которые делят жизнь человека на до и после – талантливый мальчишка участвует во всероссийской музыкальной олимпиаде, но к решающему выступлению готовится спустя рукава, в последний день с треском проваливается. Для родителей и близких – конец света. Они ему хором про «шанс, который дается людям один раз в жизни», что он «мог бы выйти на новый уровень» и стать звездой. Так, в школьнике поселилось чувство вины. Оно проснулось и обуяло молодого человека, когда он узнал о глупой смерти отца. Настолько глупой, что стало очевидно – это результат его легкомысленного, поверхностного отношения к самому близкому человеку. Ведь точно так же он потерял собственную карьеру великого музыканта.
Мне удалось обставить дело таким образом, что до моего пациента «дошло», что музыкальный конкурс – это не более чем одно из испытаний. Их посылает нам судьба, чтобы закалить от невзгод более серьезного порядка.
Осознав свою невиновность в провале на олимпиаде (просто не созрел), мужчина уже по-другому переживал утрату отца. Трагическое воспоминание впервые поддалось осмыслению как следствие не его собственной жизненной позиции. Чувство вины уступило место обычному расстройству, какое и должно быть при утрате близкого человека.
Подведем итог: в практике переосмысления новое понимание может достигаться:
1) сменой ракурса в обзоре психотравматического события;
2) обретением опыта осмысления того же переживания на более легком примере.
В обоих случаях до пациента должно «дойти» истинное положение дел, что и станет причиной возвращения его нервной системы в границы нормальной работы.
Первый сеанс, или Как узнать, что пациент не ваш
Подводя итог этому разделу (диагностика), предлагаю выжимку, которая будет полезна всяком начинающему психотерапевту. Есть пять составляющих успешного сеанса гипнотеропии:
1. Дисциплинированность пациента.
2. Его способность регрессировать.
3. Наличие идеомоторной связи.
4. Гипнабельность.
5. Комплиментарное отношение к терапевту.
Этот список я привожу, чтобы сказать: работать можно, если в наличии есть хотя бы три пункта.
О дисциплинированности вы узнаете по отношению вашего подопечного к домашнему заданию. Если не делает – это первый «неуд».
О регрессии мы судим по первым пробам. Бывают люди, у которых регрессия не идет, хотя ассоциативная память работает нормально.
Способность к перепроживанию – отдельный талант. Первые попытки выпростать эмоциональный заряд телесно, через дыхание или за счет образной терапии покажут вам возможности пациента в этом направлении.
Гипнабельность – это всегда наличие травматического опыта, но могут быть и нюансы. Потому что это вопрос управления, где намешано много разного, но если каталепсия глаз у вас получается (имеется в виду психосоматический эффект, а не «игра в доктора»), то все хорошо.
И наконец последний пункт – комплиментарность, то есть симпатия и доверие в отношении персоны терапевта. Возможно, это главный компонент успеха, который сам по себе является напоминанием, что он – как и остальные пункты списка – это в большей или меньшей степени результат работы самого терапевта.
Каждое ваше слово, каждый ваш жест в первом контакте с незнакомым человеком будут ослаблять или усиливать интересующие нас позиции. С другой стороны, от самого пациента зависит не меньше. Главную скрипку здесь играет его мотивированность. Именно этот момент должен быть предметом внимания терапевта в первом контакте с обратившимся за помощью человеком. Накачивать мотивированность не стоит – эффект может получиться обратный, а вот подбрасывать, словно бы невзначай, продуктивные идеи – это необходимость. Ваш будущий пациент после первого разговора с вами «в идеале» должен быть не только вдохновлен и восхищен, но и озабоченно собран как человек, которому предстоит переплыть реку.
Состояние собранности готовности пациента позволит вам максимально просто выяснить, сколько пунктов остается у вас в активе. Если меньше трех – игра не стоит свеч и лучше вернуть деньги.
Работа с травматическим воспоминанием и последствиями
Работа с каждым воспоминанием сводится к реставрации первичного переживания. Пациент должен испытать пережитые ощущения как можно более полно и глубоко. Для достижения этой цели, когда пациент оказывается в психотравме, психотерапевты прибегают к эмоциональной возгонке – приемам и методам, направленным на получение такого душевного состояния пациента, которое наиболее точно отвечает травматическим ощущениям, которые он переживает, оказавшись в внутри рокового воспоминания. В числе таких методов – драматизация, провокация, соматизация, гипнотизации и ролевые игры.
Драматизация предполагает побуждение воображения пациента в отношении развития сюжета по худшему сценарию. Дело в том, что многих больных пугает не сам факт случившегося, а его возможные последствия. Эта мысль, будучи вскрытой, становится безопасной, но чтобы это произошло, психотерапевт должен задать пациенту ряд прямых и точных вопросов.
– Как выглядит худшее развитие событий?
– Что произойдет в результате?
– Что это будет означать?
Возврат – это когда у человека открытая рана, а терапевт, подобно библейскому Фоме, «вкладывает персты» в нее. Именно этот смысл имеют вопросы, обращенные к пациенту с целью задеть его за живое. Например, если он говорит, что его бьет папа и он чувствует себя слабым, терапевт возвращает эту информацию в утверждающе-вопросительной форме:
– Твой папа бьет тебя, ты слабый! Что ты чувствуешь?
Соматизация, то есть вызов симптоматического душевного состояния через тело, может быть достигнут за счет имитации травматичного дыхания. При условии, что пациент уже переживает это ощущение. Терапевт просто ставит перед ним задачу подышать в динамике испытываемого ощущения. Дыхание контролирует все физиологические процессы, поэтому через имитацию приступа (обычно сбивчивое, неровное дыхание) можно легко настроить физиологию на нужный лад.
Ролевые игры. Иногда эмоциональный тонус пациента можно поднять, предостав возможность посмотреть на травмировавший сюжет глазами другого участника – насильника или жертвы. Этот прием можно использовать даже в отношении животных. Например, если пациент когда-то ранил кошку, он в состоянии оказаться на ее месте, чтобы пережить то же самое, что когда-то пережило это животное.
Гипноз применяется, когда пациент демонстрирует признаки гипнабельности. Обычно дают внушение на проявление чувств:
– Веки склеены, а чувства становятся ярче и сильнее.
Либо самой ситуации:
– Веки склеены, а ситуация становится четче, слышишь, о чем ругаются родители.
Перепроживание
После эмоциональной возгонки самое время для нормального перепроживания события, от которого переклинило психику. Это можно делать на двух уровнях: соматическом (физическом) и символическом (семантическом).
Соматическая абреакция – в некотором смысле это вызов рвотного рефлекса у отправившегося пищей человека. Когда человек отравлен чрезмерным впечатлением, ему тоже предлагают выразить чувства, вновь и вновь прокручивая травматическую ситуацию. До полного эмоционального опустошения.
В ряде случаев возможен обратный эффект, когда эмоция не уменьшается, а увеличивается. Так бывает, когда включаются невыявление факторы или защитные механизмы. В таких случаях психотерапевты переходят на символический уровень.
Символическая абреакция не требует прямого доступа к переживаемым ощущениям или, например, способности пациента локализовать свое чувство в теле. Она так же показана для мнительных больных, склонных считать себя жертвой «порчи», или с выраженным лирическим «я» («Мне грустно на душе»). В таких случаях пациенту предлагают мысленно представить свой симптом в виде визуального образа:
Или иной вариант:
Главное, чтобы способ выделения субличности был близок и понятен пациенту. После обычного в таких случаях контроля связи воображаемого альтер эго с нервной системой (при мысленном увеличении размеров сущности должен усиливаться и симптом, а при уменьшении – происходить соответствующее ослабление), необходимо исследовать полученную сущность. Пациент должен обратиться к ней с вопросами:
– Какая у тебя функция?
– От чего ты появляешься?
– Что тебя породило?
– Чего ты хочешь?
и т. д.
Дальнейшую стратегию надо строить в зависимости от новостей, полученных в результате диалога с диссоциированной субличностью. Иногда ей надо придать реализма, что достигается за счет дополнительной гипнотизации («Веки склеены, а образ становится ярче»). Иногда пациента стоит отправить внутрь исследуемого образа, чтобы он взглянул на обстоятельства новыми глазами. Цель – сблизить пациента с его альтер-эго настолько, чтобы расслоение сошло на нет.
Убеждения
Мировоззренческие установки, сформировавшиеся на базе измененной психики, всегда представляют собой интеллектуальный нарост, «легализирующий» расстройство, потому что оно получает статус «черты» характера. Поэтому важно вычленить патологические убеждения до психокоррекции и после нее.