Геннадий Источник – Мир в пузыре. Том 3: Иллюзия свободы (страница 8)
– Дина, перестань или мне про Пенкина продолжить?
– Ладно, Пенкин ничего так, но я не знаю. А давай не о мужиках говорить. Хорошо?
– Дина, конечно. А о чём. Или о ком?
– Нет! Я сегодня вспоминала того мальчика неспроста. Постоянно терзает меня этот сон.
– Кошмар? – делая глоток чая, спросила профессор.
– Да. Он мне сегодня приснился, – делая глоток. – И вот что странно, – вздохнула соседка и снова сделала глоток. – Сам сон выглядел настолько реальным, что я долго помнила его детали. И сейчас готова рассказать всё до мелочей. Мурашки по телу бегали так, будто я себе все отлежала. Да к тому же я ещё и мокрая проснулась, думала что описалась. Вот как было страшно. Я до сих пор помню все мелочи, такого раньше не было.
– Расскажи, – спросила Николаевна и стала разворачивать шоколадную конфету.
– Ты же не любишь их? – улыбнулась Дина.
– Ты меня разволновала. Давай, колись!
– Может меня и отпустит, – вздрагивая.
– Давай, – надкусывая сладость, улыбнулась Черевко.
– Этот Миша, вроде так его звали, – продолжала Александровна. – Он у нас проучился только в первом классе. Вроде потом родители перевели его в другую школу.
– Я тоже, что-то припоминаю, да, – и Анна сделала глоток чая. – Не помню, как его звали, может и действительно, это Миша был.
– Это был очень странный сон, – делая ещё глоток. – И этот мальчик был там. В этом сне.
– Расскажи о нем, давай отвлечемся от того, что было сегодня.
– В этом сне, я была тобой.
– В смысле?
– Ну, или может я не была тобой, может просто наблюдала за тобой. Но ты, Аня, была в этом сне центральной фигурой.
– Ты маньяком была?
– Да, нет. Перестань. В этом сне… – она вздохнула. – Давай лучше расскажу с самого начала.
– Ну, давай, – сказала профессор, и сделал ещё глоток горячего чая, хрустя конфетой.
– Вначале я увидела море, – вздохнув, стала рассказывать Дина. – Помню, как на берегу стоял тот самый мальчик. Но он не просто стоял, он дрожал, будто что-то увидел. Страх был неописуем, он с легкостью замечался в его глазах. Как и дрожь, которая сковало тело ребенка. И он постоянно плакал.
Глава 4
Ночные кошмары это врата. Дверь, ведущая в закулисье нашей реальности, что дает возможность перелистывать её, подобное книги. Двигаясь вперед и назад, неограниченное количество раз. Но есть шанс увидеть всё это под крутым углом, что может дать картинку и трактовку в ином ключе, то есть те или иные события, станут слишком перевернутыми. И чтоб его отстроить, следует разобраться в себе, со своими комплексами и страхами. Это откроет завесу способностям нашего мозга.
Глава 4. Море было спокойным (часть 1)
Море было спокойным, штиль, и не одной волны. Гладкая как зеркало, водянистая поверхность уходила вдаль, отражая алое солнце. Уже смеркалось, и небесное светило спешило скрыться, касаясь горизонта. Чистая, голубая синева простиралась по всему небосводу, постепенно меняя свой окрас к бардовому, предзакатному, оттенку. Небо было чистым без единого облака.
Маленький мальчик стоял на берегу. Сквозь слезы и гримасу ужаса, он наблюдал за чем-то в море. Возможно, он что-то увидел под водой, или на её поверхности, а может его просто кто-то обидел. Истинную причину слёз ребёнка никто не замечал, даже отдыхающие люди по соседству, будто всем это было безразлично. Казалось скоро подойдет кто-то из его родителей и заберет с собой.
Скалистый пляж был почти весь покрыт булыжником, из-за чего местные прозвали его просто „Булыжный пляж“. Песка здесь не было, лишь галька и камни покрывали огромную площадь побережья, уходя к воде, а после глубоко в море. Пляж почти всегда был тихим. Горные образования, которые изредка выступали на поверхность, постоянно омывались водой. Их поверхность, у основания, та, что чаще соприкасалась с морем, имела более округлую, обточенную поверхность. А верхняя часть ещё сохраняла свой первозданный вид.
Обычно такой пляж не привлекал туристов, которые больше всего любили песок, потому здесь чаще отдыхали местные жители. Неподалеку, кто-то из приезжих поласкал свои вещи, то ли это была скатерть, то ли фартук. Берег был очень мелким, приходилось пройти с десяток метров, чтоб вода стала выше колен. И только через два-три десятка метров вода доходила по пояс, иногда по грудь. Где-то резвились дети, купаясь в морской пене почти у края булыжного побережья.
Из воды, почти у самого берега, вышла Анна Николаевна Черевко. Её фиолетовый купальник ещё блестел в последних лучах заходящего солнца. Сделав несколько шагов, она вышла из моря и направилась к своим вещам, которые лежали почти у берега. Взяв полотенце, профессор стала вытирать свои волосы, бросив взгляд на море, уходя им на горизонт. Она о чём-то задумалась. Небо было уже совсем красным. После чего женщина наклонилась к своей одежде. И вновь посмотрев на море, она краем глаза заметила мальчика.
Он, стоял у берега и продолжал плакать. Руки его тряслись, будто он чем-то был напуган. Ребёнок дрожал, выдыхая через нос, он постоянно сопел и вытирал слезы. Николаевна ощутила тревогу, она хотела переодеться в ближайшей раздевалке, но предчувствие подсказывало ей, что этого не следует делать. Она стала быстро надевать шорты с футболкой поверх мокрого купального костюма. Тревога переполняла её, ей казалось, что нужно торопиться, но причину этому она найти не могла. Просто было нужно и все. После Черевко взяла очки от солнца и, стряхнув с них песок, повесила за ворот одежды, зацепив одной из дужек.
– Он, что маму потерял? – спросила себя женщина и, надев шлепки, направилась в сторону незнакомого мальчика. – Почему он без родителей? Ему лет семь, не больше.
Внезапно раздался какой-то гул, его природа была не понятной. Казалось, он шёл из-под земли, Анна почувствовала его своими ногами. На поверхности моря, куда смотрел ребёнок, появились странный разводы черного цвета, на расстоянии в метрах трех сот от берега. Несколько буйков покачнулось, те, что опоясывали весь пляж, где мель оканчивалась, дно уходило вниз и начиналось море. Мальчик закричал и рванул в противоположную сторону. Она пыталась высмотреть то, что дало такие разводы на поверхности море. Но кроме них и хаотично качающихся буйков, ничего не заметила. После профессор перевела взгляд на убегающего мальчика, и в тот же момент он скрылся за деревьями. Там начинался дикий лес.
– Что происходит? – спросила она себя, продолжая свои наблюдения и щупая одежду, которая промокла от её купальника. – Чёрт!
Вновь загудела поверхность, на которой она стояла. Но в этот раз оно было более тяжелым, и чем-то походило на удар огромного молота. И вновь появились разводы, на этот раз их стало куда больше. Почти все буйки стали дергаться из стороны в сторону, подобно поплавку удочки, символизируя то, что под водой есть кто-то или что-то. Разводы появлялись вновь и вновь, начиная с дальней части одной стороны моря, уходя в другую. И снова она почувствовал удар своими ногами. Теперь было ясно, это идет со дна моря. Будто что-то было там. Дети закричали и ринулись к берегу, из моря в тот же момент вынырнул мальчик с водолазной трубкой и тут же взобрался на берег.
Черевко не понимая, что это, стояла и наблюдала за происходящим.
– Там заканчивается мель, – проскочила мысль в её голове. – И дно резко уходит вниз. Может это подводная лодка?
Ещё мгновение из воды появились металлические полусферы. Почти одновременно, выныривая из-под воды, расплескивая её в разные стороны. Нечто накрыло край, где начиналась мель с защитными буйками. Оно стало двигаться к берегу, поднимая волны. Спустя несколько секунд, за полусферами, показались более сложные геометрические фигуры. Обтекаемые водой, волочась по мелкому дну, они возвышались в несколько этажей. И в один миг над ними выпрямились ответвления, длинные, подобно клешням. Этим они начали загребать воду. Карабкаясь дальше к берегу, перебирая, словно руками. Огромные машины ползли, постепенно приближаясь к краю побережья, пока не встали на обе ноги.
Женщина, в промокшей одежде, оставляя влажный след на мелких булыжниках, пустилась в бега, куда убежал и сам мальчик. Шлёпки слетели с её ног, пока она бежала по проседающей поверхности. Один из аппаратов, заметив это, направился следом за ней. Он крушил всё на своём пути. Рассыпаясь, горные образования превращались в песок, под его немалым весом.
Глава 4. Море было спокойным (часть 2)
Оббегая скалистую поверхность пляжа, она двигалась в сторону дикого леса, в надежде скрыться. Механизм шел в её сторону, перебирая ногами по гальке, немного погружаясь в неё.
Ломая слабые ветки, хаотично растущих кустов и деревьев, Анна взглядом пыталась найти мальчика, но его нигде не было. Высокие деревья отбрасывали тени, делая округу очень тёмной, солнце уже почти зашло за горизонт, но небо ещё отражало последние лучи. Пробираясь через подобие чащи леса, она постоянно на что-то наступала босыми ногами.
Превозмогая боль, Черевко шла, несмотря на неудобства. Под ногами ощущалось что-то влажное, но она продолжала искать мальчика, стараясь не обращать на это какого-либо внимания. Внезапно Николаевна увидела сток, который выходил из-под возвышения, а вверху стояло ограждение и дорожный знак „Осторожно! Крутой поворот!“. И там же женщина заметила мальчика, спрятавшегося за металлической сеткой. Присмотревшись, она увидела его испуганное лицо, он трясся, скрываясь за рабицой, которой обтянута была вертикальная часть люка стока. Вероятней всего, что родные прутья уже давно сгнили, из-за чего и было предпринято такое решение. Дешёвое, по сути, это тоже можно было считать ограждением. Да и сам сток был заброшен.