Геннадий Источник – Мир в пузыре. Том 3: Иллюзия свободы (страница 10)
– Почему ты не помнишь меня? – спросил подросток.
– Я не знаю, кто ты, – что есть сил, ответила Анна.
В ответ он стал качать головой из стороны в сторону. Профессор ощутила холод, от жидкости, в которой лежала. Ей стало очень холодно от собственной крови.
– Я не к тебе обращаюсь, – сказал он.
Мальчик сказал ещё что-то, и это казалось очень важным, но Черевко его уже не могла услышать. В этот момент в голове и ушах, раздался какой-то странный шум. Тварь прокусила её голову и, с отвратительным хрустом, кровь залила глаза и уши.
– После этого я проснулась и по-прежнему ощущала ту влажную поверхность, на которой умерла во сне, в луже собственной крови, – рассказывала Дина. – Меня колотило от холода.
– Господи, – вздыхала Анна. – Какой кошмар, – делая глоток чая.
– Я включила свет, и оказалось, что была вся мокрая. Я сильно вспотела, – вздохнула она.
– А ты не…
– Да, – вздыхая. – Так и есть. Мне двадцать восемь лет и я описалась во сне. Ну, бывает. Хотя у меня в первый раз такое, – вновь вздыхая. – Аня, и вот что самое странное. Мальчик. Ты вообще помнишь мальчика из первого класса? Того, о котором я упоминала до сна.
– Ну, да.
– А лицо его помнишь.
– Уже нет, Дина. Сколько лет прошло.
– И я не помню. А в этом сне я видела его лицо. И я чувствовало, что это не он.
– Тогда кто это был?
Соседка тяжело вздохнула и сделала глоток чая. Потом резко схватила песочное печенье, и жадно запихнуло его целиком в себе в рот. Она сделала ещё один глоток чая и ещё раз тяжело вздохнула. Черевко ничего не сказала, лишь молча, наблюдала за Александровной.
Она понимала, женщине сложно, слишком много ужасного для неё произошло за день. Она любила её, как самую лучшую подругу, и не хотела давить. Дина протянула руку к чайнику, с уже остывшей водой, и налила себе в кружку, с плавающими листьями чая, воду.
– Я думаю… – наконец, сказала она. – Я думаю, это мой брат, – вздыхая.
– У тебя же нет брата? Дина, ты чего.
– Есть, – вновь вздыхая. – Мама один раз обмолвилась об этом. А потом отнекивалась, что, мол, когда-то говорила о нем.
– Ты мне никогда не рассказывала об этом.
– Нет, не рассказывала. Но, я часто слышала, как она плакала, когда отчима не было дома. Меня она не посвящала в это. А когда я пыталась узнать, в чём дело, она тут же делала вид, что всё хорошо. Не знаю, может быть, я придумала всё это, – стала она подниматься.
– Но, постой Дина. Ты чай не допила.
– Да, что-то не хочется. Прямо комок какой-то в горле, прости.
– Ты за маму переживаешь?
– Да, – вздохнула она. – А что если у меня реально был брат? Может есть?
– Не знаю, Дина. Но, может просто сон…
– Сон, таких снов раньше у меня не было, – резко оборвала её соседка. – Меня до сих пор трясет. Но не от отчима. А от сна. И не от того, что меня всю порвали на части, и… – тяжело вздыхая. – Я ещё и описалась, блин! Аня, как такое вообще может быть?
– Наверно сон был очень страшным.
– Нет, я в шоке не от всего этого. А от лица того мальчика. Оно прямо отпечаталось у меня… – хватаясь руками за голову. – Его лицо отпечаталось у меня в голове. А его слова: „Почему ты не помнишь меня?“. Ужас! Я сейчас будто пережила этот сон вновь. Ужас и кошмар, но меня интересует тот маленький. Тот маленький мальчик с пляжа или тот, что старше, за решёткой был, кто они? Или он? А что если мама не хочет мне говорить об этом?
– Дина, я могу кое-что тебе предложить. Не знаю, захочешь ты или нет.
– Гипноз?
– А как ты догадалась?
– Да у тебя книжки в прихожей и на кухне, вон ещё и на окне две, валяются.
– А ты наблюдательная Динка.
– Ещё бы.
– Ну, так что?
– Если ты реально умеешь, то давай, – улыбнулась Александровна.
– Умею, реально умею.
– Тогда, – она взяла кружку и допила оставшийся чай. – Фу, – глубоко на выдохе. – Чур, я на диване буду.
– Ты хорошо запомнила его лицо? – уточнила профессор, допивая свой чай.
– Да. Значит гипноз?
– Ну да, почему бы и нет. Пошли, – улыбнулась Анна.
Глава 5
Руки и ноги в мозолях, их с болью от усталости сводит,
Скитаюсь по холодному миру, в поисках пищи и кровли.
Страх перед смертью, мучительной, у меня не проходит,
Но мне помог незнакомец, что назвал себя – Кроули.
Глава 5. Когда пули свистят (часть 1)
– Мировые ценности, это понятие не однозначное, – говорил Владислав, стоя в большой аудитории со студентами. – У каждого народа есть свой взгляд на мир. Его ценности и знания того, что важно для мира. Что в свою очередь основывается на его мировоззрении, которое порождает основа. И этой основой является базис, а это есть не что иное, как религия. Религия стала на смену безумия и легкомыслия. Сплотив воедино народы, стремящиеся к конкретной цели. И неважно, что из этого выходило, будь-то это господство одного народа над другими или мирное сосуществование наравне со всеми.
После он сделал паузу, пробегая взглядом по молодежи.
– Цель каждого, обрести мир для себя и близких, – продолжал лектор. – Для своей семьи! Для своего потомства. Это тоже базис, который заложен у нас ещё с рождения, на генетическом уровне. Такие рефлексы как: дышать, глотать, плакать, смеяться, чихать, писать, какать. С одним базисом мы приходим в этот мир, а с другим мы приобретаем духовность и становимся полноценными членами общества.
– Насколько мы знаем, из истории, для стран третьего мира, религия стало основным двигателем войны, – донесся голос с первого ряда.
– Спасибо, интересная ремарка6. Но, не совсем, я бы это назвал инструментом манипуляции. Война, это самое бессмысленное решение проблемы. Решение, путём тотального уничтожения врага, который создает эту проблему или не разделяет взгляды другой стороны. Оставив, тем самым, не разрешенным конфликт. Именно несогласие сторон, выводила людей на тропу войны. А инструмент манипуляции лишь позволяет толкнуть людей на те, или иные действия, которые интересны людям, стоящим за всем этим. Бедность и низкий уровень жизни делает из обычного человека солдата. И именно такой солдат примет чужую идеологию легче и быстрее, чем тот, кто живет в более благоприятных условиях. Потому религия, в таких случаях, больше является языком вербовки, нежели чем-то высшим. И вот именно те, кто стоят за всеми этими играми, и решают, как разрешить проблему, а именно дипломатическим или военным путём. И редко, когда жизнь человека, стояла по приоритету выше ресурсов и территории. Порой правильный подход в общении с человеком, менял его так, что он уже готов будет на следующий день умереть во благо высшей цели. Но, высшие цели, как мировые ценности, разные, у каждого они свои. Понимаете в чем дело? Воздействие на умы, тотально меняет мировоззрение, следовательно, и весь мир. Люди, которые понимают психологию этого, правят миром или просто являются хорошими руководителями тех или иных предприятий.
Лесневский сделал небольшую паузу, разминая шею.
– Начало нашей эры было дерзким и грубым. Общество мало, что знало о дипломатии и демократии. То есть психологии общения, как таковой, не было в природе. Поначалу была жестокость и невежество. Любой конфликт опирался на единственное правило – „Выживает сильнейший“. Мы ведь все смотрим фильмы, так ведь? Да! И наверно более удачным примером будут для вас кино, в жанре вестерн. Давайте вспомним такой период в США, как „Дикий запад“, это и было совсем недавно. Чуть более сотни лет назад. Грубое решение любых проблем. Дуэль, отчасти, осуществляемый через хитрость и ловкость, то есть выживал сильнейший! Копнём глубже, продвинемся дальше во времени. Мародёрство и зверство. Образование, в средние века, мало кому было доступно. Люди жили в не очень хороших условиях, когда как верхушка, это малое число человек, жили в роскоши и имели образование. Психология воздействия на ум обычного обывателя была такова: образование тебе мало, что даст в жизни, или ты не благородных кровей, или потратишь в пустую время, и ничего не поймёшь, или на это нужны большие деньги, ну или что-то подобное. Это сейчас вы все такие умные, – улыбнулся Владислав.
Аудитория засмеялась. Лектор улыбнулся им в ответ.
– А раньше это могли позволить себе только богатые, обеспеченные люди. Образование стоило денег, которыми владели не все.
– Доктор Лесневский, а культура? – вновь спросил кто-то из студентов.
– Вы совершенно правы, – вновь улыбнулся доктор, указав пальцем в сторону, откуда был задан вопрос. – Именно культура двигатель нашего морального взросления, когда как религия привносит нам духовное взросление. Так что культура, это своего рода третий базис нашего становления, как человека. Мир, облаченный грубостью и невежеством, постепенно, обретая культуру, стал развиваться. Сменялись культуры, сменялись режимы власти. Время шло. Мир, наконец, научился накапливать память, знания и опыт прошедших поколений. Охватывая и поглощая, применяя всё это на практике, никогда не забывая то, что завещали им предки. Мир стал развиваться, появилась терпимость к жестокости и гневу. Люди стали мудрее, добрее и опытнее. Психология людей феноменально изменилась. Психологическое освоение мира или так называемого мировоззрение, стало иным, – сжимая в руке пыльную губку. – И важно то, что не все этим пользуются. Мало кто понимает силу психологического воздействия, и то что…