Геннадий Ищенко – Третий путь (страница 92)
— Нет, он на двоих.
— Плохо. Ладно, пусть летят вдвоем, остановят ребят где‑нибудь на постоялом дворе и поставят там маяк, а уже потом пришлем магов и перекинем всех в дом порталом. Сюда нужно прислать усиление и обязательно включить в него снайперов. Из дома Хорас кто‑нибудь явится посмотреть, что тут происходит. Они не должны отсюда уйти. А вам, Лей, предлагаю отсюда уходить. Приглашаю в наш дом, там и обговорим все детали. Если не против, то давайте руку. Я вам поставлю нечто вроде временной печати, чтобы вас признала наша система безопасности порталов. Потом покажете место для установки портала и пришлете учеников.
— Что, прямо сейчас?
— А зачем тянуть? Если вы с нами, то начинайте привыкать к нашему темпу жизни. Давайте, наконец, руку!
Глава 27
Дома Петр отвел Лея к Фотию, а Лена отправила робеющих учеников Марка в кафе, где они впервые за несколько последних дней нормально поели, и передала заботу о них одному из дежурных магов, взяв с собой только старшего ученика Форса Лира.
Вызванный к ангарам авиатехники Виктор ждал их у готового к вылету двухместного «Робинсона».
— Привет, — поздоровался он с ними. — Виктор.
Протянутая рука повисла в воздухе.
— Полагается ее пожать и назвать свое имя, — объяснила Лена Форсу.
— Форс Лир, — представился маг, поспешно пожимая руку Виктору.
— Тебе принесли маяк? — спросила Лена пилота. — Заполнил дополнительный бак? На основной заправке можешь не долететь.
— И маяк уже в вертолете, и подвесной бак механики заполнили под пробку. Что мне делать, если мы их все‑таки не найдем?
— Поищи ровное место у дороги и поставь маяк. После этого можешь возвращаться. И осторожней там: они могут с перепугу шарахнуть по машине чем‑нибудь убойным. Догнал, ушел вперед и высаживай Форса, а уж он им сам все объяснит. Если вам не повезет, то придется высылать по твоему маяку конную поисковую партию. Ладно, ребята, я пошла. Виктор, покажи Форсу, где садиться и пристегни. Не теряйте время, его у вас еще три-четыре часа. Потом начнет темнеть и придется проверять все постоялые дворы.
Дома она сняла комбинезон, надела пижаму и легла в кровать.
— Как ты думаешь, почему я сегодня так вымоталась? — спросила она уже вернувшегося домой мужа. — Вроде маг не из последних, сил столько, что можно пахать и пахать, а все равно после таких дней, как сегодняшний, чувствуешь себя уставшей и тянет отдохнуть.
— Наверное, из‑за большой нервной нагрузки. Я физически совсем не напрягался, а из‑за тебя перенервничал и тоже не прочь поваляться. Сколько мы с тобой вкалываем без положенного по законодательству отпуска? Вот возьму тебя в охапку и увезу к сыну на один из лучших курортов мира! Надо только зайти к Элоре и попросить скинуть испанский язык, ну и английский заодно.
— Английский я уже знаю, — отозвалась Лена, — а испанский… Пожалуй, ты прав: это может быть полезным. Только Акапулько придется подождать, пока мы не решим все вопросы с соседями. Марк уже фактически наш. Если найдем и вернем сбежавших учеников Лея, будет совсем хорошо. И с Хорас получилось просто замечательно, хоть я такого и не планировала. Половину сил их дома как корова языком слизнула, в том числе почти всех архимагов. Скорее всего, они кого‑нибудь пошлют в Марк и опять понесут потери. Было бы идеально вообще обойтись без штурма их дома, вынудив остатки его населения бежать куда‑нибудь подальше.
— Опять мы перешли на дела, — вздохнул Петр. — Когда мы с тобой говорили о пустяках и гуляли при луне?
— Ты сачканул и пропустил этот этап. Если бы не я, и в этой кровати сейчас не лежал бы, а жил в своей палатке или в комнате общежития.
В дверь постучали, и Петр пошел открывать. Принесли почту с Земли, которую по просьбе Петра периодически пересылал один из его оставшихся при порталах друзей. Петр вернулся с толстой пачкой газет и углубился в их изучение, а Лену после десятиминутного отдыха поднял с кровати звонок телефона.
— Привет, подруга! — услышала она в трубке голос Элоры. — Опять воевала, и опять без меня? Говорят, ты одна замочила десять архимагов?
— Только восемь.
— А у них еще остался хоть один?
— Только глава дома. Эля, подожди с архимагами. Лас сбрасывал тебе испанский?
— Да, у меня в копилке земных языков, кроме английского, еще испанский и французский. Хочешь в дополнение к английскому получить еще и испанский?
— Да, это не помешает, и не только мне, но и Петру. Как‑нибудь к тебе забежим. Я с этими поездками пропускаю все новости в доме. Вы развозили по домам учеников на праздник Богов?
— Все ученики из деревень уезжали на пять дней, а наши сачковали дома. Я тогда хорошо отдохнула. Да ты должна была заметить, как стало тихо в доме. С каникул все вернулись довольные и полные сил. Слышишь галдеж и вопли в трубке? Это у нас большая перемена.
— Тебя школа не сильно напрягает?
— Уже нет. Я ко всему этому привыкла. За пять дней каникул я, конечно, отдохнула, но и соскучилась за ребятами. Они орут в коридоре и носятся как сумасшедшие, а прозвенит звонок, и нет более внимательных и благодарных слушателей. У нас одна из учительниц преподавала на Земле, так говорит, что нет никакого сравнения с ее прежними учениками. Там многие больше изображали учебу, чем учились, а к учителям не было уважения.
— Лена, ты с кем говоришь? — спросил из спальни Петр. — Долго будешь занята?
— С Элорой. Сейчас заканчиваю. Меня Петр зовет, у тебя есть что‑то срочное? Нет? Тогда я позже перезвоню или, если получится, заскочу завтра поболтать после школы… Ну и что у тебя такого важного, чтобы мешать двум девушкам чесать языком? — вернувшись в спальню, спросила она мужа. — Что‑нибудь вычитал из газет?
— Прислали газеты за несколько последних дней с новостями, начиная с брифинга американского президента и кончая сегодняшней утренней газетой. Узнаешь?
Он развернул одну из газет.
— Моя фотография, неплохая, кстати. Это у нас ты, а здесь мы вместе в Центре. А это фотографии, сделанные во Фламине.
— И так во всех газетах. Здесь только отечественная пресса, но на Западе то же самое. Когда американцы подняли бучу, их поначалу никто не принял всерьез. Ну какая, в самом деле, может быть магия и другие миры без космических кораблей? Американский президент явно начитался фантастики. И даже дальнейшие шаги их администрации, довольно серьезные, кстати, никого не убедили. Все изменилось позавчера, когда президент России собрал пресс-конференцию, на которой подтвердил факт помощи группе соотечественников, борющихся в другом мире с произволом так называемых магов за права местного человечества. Рассказал, как мы вышли на правительство и попросили помочь в этом благородном деле, пообещав взамен излечить людей с тяжелыми заболеваниями и оказать содействие в развитии нетрадиционной энергетики. Показал фильм, собранный из роликов, снятых операторами и спецслужбами Проекта, и повез прессу в село Болычево. Оно недалеко от Москвы. Там им показали электростанцию, которая обеспечивает это село электроэнергией, не потребляя ни капли горючего. Корреспонденты фотографировали работающую непонятно от чего турбину и поле с четырьмя сотнями накопителей, похожее на мемориальное кладбище. А потом привели данные министерства здравоохранения по результатам лечения трех сотен безнадежно больных людей, направленных в нашу клинику, и много интервью излечившихся. Это первая на моей памяти пропагандистская компания, которой правительство может заслуженно гордиться. Когда мы схлестнулись с Грузией из‑за Цхинвала, картина была совершенно другая. Весь мир слушал не нас, а грузинского президента. Сейчас все было прекрасно спланировано и также прекрасно выполнено. До мировой общественности довели, что, благодаря руководству Соединенных Штатов, мир потерял возможность далеко продвинуться в деле излечения тяжелых заболеваний и решения энергетического кризиса. Говоря о разрыве отношений руководством русской диаспоры в другом мире с Россией, президент объяснил этот шаг опасением навредить своей родине и недоверием, которое испытывают наши сограждане к Штатам из‑за их традиционной политики двойных стандартов в отношении России. Он прямо сказал, что руководству США некого винить, кроме самих себя, и привел факты грубого вмешательства в торгово-экономические отношения России с третьими странами. Большинство откликов мировой прессы благожелательное в отношении России, мы же с тобой теперь герои планетарного масштаба. По всему миру теперь начнут выпускать футболки с твоим портретом.
— Пусть носят, — сказала Лена. — Петр, бери свои газеты, и идем к родителям. Проведем вечер у них. Когда мы у них были в последний раз? По-моему, дней десять назад. Похвастаюсь перед матерью, поплачусь отцу, повожусь с близнецами. Кажется, именно этого мне сейчас не хватает. Только никаких разговоров с отцом о работе!
Утро началось со срочного вызова на Совет.
— Что у вас случилось такого важного, что нельзя отложить до завтрака? — сердито спросила Лена Фотия и похлопала себя по животу. — Видите? К спине прилип!
— Это ненадолго, — сказал архимаг. — У нас два вопроса, которые нужно срочно решить. Нам понадобится Лей, так что я его пригласил на Совет.
Дверь зала заседаний открылась, и дежурный пропустил в нее Лея.