Геннадий Ищенко – Третий путь (страница 72)
— Рано все это начинается, — высказался Фотий. — Через год мы бы настолько усилились, что могли бы не принимать этих Кель в расчет, а сейчас придется придумывать что‑нибудь, чтобы не допустить их на нашу территорию, а сделать это не так просто из‑за большой протяженности границы.
— А если первыми нанести удар по территории их дома? — предложил Потапов. — Тем же «Градом».
— Идеальный вариант, но по многим соображениям нам нежелательно нападать первыми, — задумчиво сказал Фотий. — Вот если бы они нас спровоцировали, совершив нечто такое, что просто нельзя спустить с рук… Но боюсь, что они, опасаясь нашего усиления и памятуя все те мерзости, которые нам чинили, постараются нанести удар на упреждение.
— Все‑таки надо подумать, нельзя ли вынудить этот дом нанести вам ущерб, не начиная полномасштабной войны, — не унялся Сергей. — Я еще слабо разбираюсь в нюансах обстановки, но уверен, что такая возможность существует. А пистолеты я завтра сам пойду выбивать в Центр. Сегодня пришли АК-103, поэтому надо быстрее перевооружить ваших ребят. Это все‑таки более совершенное оружие, чем старые автоматы.
— Сделаем, — обещал Петр. — Завтра с утра и займусь. А тебе, Сергей, надо пройти хотя бы первую магическую трансформацию. Если собрался надолго у нас задержаться, это просто необходимо.
— Раз сами предлагаете, отказываться не стану. Спасибо. Но это после визита в Центр.
У ворот коротко взвыла сирена.
— Фатеев вернулся, — сказал Петр. — Пойду узнаю с чем.
— Я вижу, что вы перевооружили людей новыми автоматами, Петр, — сказал Потапов. — И пистолеты у каждого. Пробовали в стрельбе?
— Конечно, как же без этого? — удивился Петр. — Этот ваш «Пернач» — классная вещь, Макаров ему и в подметки не годится. И патронов вы не пожалели. Это серьезно повысит живучесть бойцов.
— Сегодня обещали передать реактивные минометы, о которых шла речь на совещании, а к ним пятьсот ста двадцати двух миллиметровых снарядов. С тем, что вы взяли раньше, должно хватить надолго. Прибудет большой груз взрывчатки и противопехотных мин ОЗМ-72. Их еще называют лягушками за прыгучесть. Подготовили вам и двух минеров-подрывников, но не на постоянное заселение, а на время. Поработают с вашими парнями инструкторами и обучат постановке мин и работе с взрывчаткой. У вас только один тип мин и два вида взрывчатки, поэтому за две недели всех натаскают.
— Я не был сегодня в Центре, поэтому не знаю, что там планировали на передачу. Ты не в курсе?
— Связное оборудование, буровую установку и горючее для автопарка и вашего вертолета.
— Да, масштабы, — покачал головой Петр. — Скоро все это просто негде будет складывать. Если бы не угроза со стороны соседей, можно было бы просто поставить склады за стеной и усилить патрулирование.
— Есть по ним что‑нибудь новое?
— Молчат. Но граница у нас с ними большая, поэтому всю ее перекрыть нереально. Так что с большой долей вероятности можно предположить, что их люди уже собирают о нас информацию в одном из городков. Как, кстати, твоя трансформация?
— Ощущения не из приятных, но сил прибыло, не хожу, а летаю.
— Ну ты еще только в самом начале, да и возраст под пятьдесят. Ничего, станешь моложе лет на двадцать, жена не узнает.
— Я не женат.
— Что так?
— Жена и оба сына погибли в Египте при падении автобуса в обрыв. Внуков я от них не дождался.
— Извини, Сергей.
— Да не за что извиняться. Прошло уже восемь лет. Так что в жизни у меня осталась только работа и вы теперь.
— Зря ты поставил на себе крест. Даже если не останешься у нас, все равно помолодеешь, да и жить будешь еще лет сто. Неужели на такого ценного кадра никто не положит глаз?
— Вот когда помолодею, тогда и поговорим на эту тему. Чем ты планируешь сегодня заняться?
— Дома дел накопилось невпроворот, так что буду помогать Егору Кузьмичу и заниматься с новенькими.
— Ну а я схожу к магам «на обработку» и пойду в Центр решать ваши дела. Я смотрел недавно склады Фатеева и сделал вывод, что у вас плохо с оптикой, причем во всех смыслах. Биноклей мало, а оптических прицелов нет вообще.
— Почему нет? — не согласился Петр. — Есть три снайперских винтовки, но они все прикреплены к бойцам и не хранятся на складе.
— Это все чепуха! — отмел его возражения Сергей. — У вас лежит с сотню СКС. Завтра постараюсь забросить для них оптические прицелы ПОСП. «Зенит» производит, а не какой‑то Китай. И еще будут сотни две прицелов для АК-103. Все чистая оптика, от которой в ваших условиях больше пользы, но будут и несколько ночных прицелов для проведения спецопераций. Берите, пока дают. Твоя жена интересовалась бесшумными пистолетами, так я лично для нее принес презент из десятка стволов ПСС. Машинка классная, весит меньше килограмма, но требует специальный патрон, поэтому много не дают.
— Когда вернешься?
— Наверное, только к вечеру, так что сегодня больше не увидимся.
Не успели они разойтись по своим делам, как к Корнееву подбежал посыльный и передал просьбу Фотия срочно зайти в Совет.
— Чует мое сердце, что у них там опять что‑то случилось, и накрылись мои планы медным тазом, — сказал Петр Сергею на прощание.
Планы действительно пришлось срочно менять, потому что на имя Корнеевых пришли сразу два приглашения из разряда тех, которые не принято игнорировать. Точнее, только одно приглашение было на двоих и пришло оно от президента России, который приглашал их в заранее согласованное время встретиться с ним приватно в кругу семьи. Второе прибыло из столицы от императора лично Ларессе Корнев на празднование дня Богов-Дарителей. Если время встречи с президентом не было определено, то до праздника во Фламине оставалось пятнадцать дней.
— Опять пойдешь? — спросил жену Петр.
— Не пойду, а пойдем. Император просил познакомить его с тобой, вот и познакомлю. Фотий, на этом празднике у императора будет много гостей?
— Когда как. Некоторые предпочитают праздновать у себя дома, игнорируя приглашение. И это, в отличие от празднования дня рождения, является нормальным. Но все равно архонтов из великих домов должно быть много, да и из других тоже. А если узнают, что будешь ты, наверное, съедутся все.
— Я имею право взять с собой кого‑нибудь?
— Ты личный гость императора и можешь взять во дворец кого угодно, кроме слуг. Петр сейчас внешне ничем не отличается от архонта, а с учетом амулетов является сильным боевым магом, так что появление на балу ему не грозит ничем, кроме повышенного интереса женской части собравшихся.
— Петр, — обратилась к мужу Лена, — мы с тобой в браке так давно, что я уже не помню себя незамужней, но до сих пор не знаю, умеешь ли ты танцевать.
— Это умение не входит в число моих талантов, — сознался он. — Так, топтался на танцплощадке под музыку.
— Этот недостаток будем срочно исправлять, — сказала она и попросила Элору: — Научи его всем местным танцам, а я научу вальсу. Есть у меня подозрение, что этот танец пришелся магам по вкусу. То, что вы танцуете, трудно назвать танцами, сплошные смены поз и переходы.
— Может ну его, этот вальс? — сказал Петр, который не любил танцевать и не хотел тратить время на бесполезное, с его точки зрения, занятие.
— Это необходимо не только для того, чтобы сделать мне приятное, — отмела его возражения жена. — Я хочу еще раз ковырнуть шилом в задницу столичное общество, поэтому кроме вальса мы с тобой разучиваем танго. И еще появилась ценная мысль. Не все здесь читали Стругацких, поэтому поясню на пальцах, что нужно сделать. Надеваем на лоб обруч с телепередатчиком и с двух точек пишем весь праздник на диск. Аппаратуру для записи оставим в карете на площади перед дворцом. Будет нелишним получить такой материал о верхушке империи. Обручи, естественно, должны быть произведением искусства и выглядеть на миллион баксов. Здесь такого никто не носит, по крайней мере, я не видела, а мы лишний раз покажем свою оригинальность. Петр, тебе надо сходить в Центр и потребовать два комплекта оборудования для видеозаписи. Нужен передатчик минимальных размеров при нормальном качестве изображения. Дальность связи с приемной частью — метров триста-четыреста, и должна быть возможность разнести частоты, а то мы не сможем работать одновременно.
— А нас не пошлют с такими запросами?
— Пообещай им копию записи бала у императора, и тебе еще выпишут премию. Теперь дальше. Искать ювелиров здесь не будем. Они не умеют нормально гранить камни и могут растрезвонить о заказе, так что не получится сюрприза. Поэтому посылаем кого‑нибудь с серебром в Архею. Купцы помогут выбрать алмазы на обручи и для подарка. Потом Петр идет к своему знакомому ювелиру, и тот делает огранку. Последним этапом будет мой визит в дом Хааб, где по нашим эскизам уже из готовых бриллиантов изготавливают обручи и серьги для дочери президента.
— Тут на носу вторжение, а ты предлагаешь заниматься черт-те чем.
— Вот умный ты человек, Петр, а не понимаешь простых вещей, — начала сердиться жена. — Со вторжением соседей, если оно когда‑нибудь состоится, прекрасно справится Егор Кузьмич, да и Потапов поможет, а тебе надо немного поработать на перспективу, а то только и делаешь, что тащишь в дом все полезное, как добросовестный муравей.
— Ну спасибо, — обиделся Петр. — Что, не надо было тащить?