Геннадий Ищенко – Третий путь (страница 119)

— Елена Дмитриевна, из всего того, что нам известно, следует, что вы первой попали на Алкену и уже позже привели туда своих друзей и помощников. Не расскажите, как было дело?

— Молодой была и дурной, — сказала Лена, вызвав усмешку спецкора при слове «молодой». — А что вы хотите от десятилетней девчонки, насмотревшейся фильмов о Гарри Поттере? Шла из школы и увидела мага, которого не видел никто из прохожих. Имела глупость к нему подойти и дать себя уговорить посетить местный Хогвардс. Как я потом узнала, не мог он меня тащить порталом без моего на то согласия. У меня и тогда был большой для человека запас энергии, а при попытке похищения я бы начала сопротивляться, неосознанно используя магию. А у этого мага энергии осталось совсем немного, и он не стал так рисковать, предпочтя навешать мне лапшу на уши. А уже дома вся вежливость с него вмиг слетела. Исследования с целью найти во мне что‑нибудь особенное ничего не дали, поэтому похититель решил использовать свою добычу для накопления магической энергии. Подходят для этого далеко не все, многие в процессе переделки сходят с ума или умирают от болевого шока. Мне удалось выжить и не потерять ни воли к жизни, ни желания освободиться. Как я ушла из этого дома и стала магом, рассказывать не буду. Долго, неприятно и не слишком интересно.

— Нашим читателям о вас все интересно, — возразил Игорь Данилович, — но если нет желания, то не смею настаивать. Расскажите тогда о вашей роли в руководстве домом.

— Она у нас занимает пост министра науки, — пошутил Петр, — а в свободное от основной работы время подрабатывает дипломатом или боевиком.

— А ваши функции, Петр?

— Он у нас министр обороны, — сказала за мужа Лена, — а в свободное время подрабатывает тянитолкаем.

— Это как? — удивился корреспондент, очевидно, никогда не читавший Айболита.

— Это значит всех подталкивает, а когда не получается у других, то тянет сам.

— Веселая у вас семья. А какой пост занимает Элора Потапова?

— Она у нас министр образования и директор главной школы магии в одном лице.

— А в свободное от работы время?

— У нее не бывает свободного времени, — сказала Лена. — Такие мероприятия, как интервью в Аргентине, для нее большая редкость и праздник души. У нас не очень много преподавателей по некоторым разделам магии, и Элора сама обучает несколько групп ребятишек.

— Я знаю, что у нее не осталось родителей, но ваши родители, Елена Дмитриевна, живы и находятся здесь. Довольны ли они и кем работают?

— Вполне довольны. Отец возглавляет службу безопасности дома, а мама работает у него лаборантом. Мои младшие брат и сестра учатся в школе.

— А как ваша работа в Совете магии?

— Пока никак. Совет собирается довольно редко по инициативе кого‑нибудь из его членов. В последний раз собрались совсем недавно, для того чтобы принять меня и нового главу одного из домов.

— А как меняются главы домов?

— Как правило, нового главу назначают после смерти предшественника.

— Значит, глава в том доме погиб? Была война или причина в старости?

— Ни то, ни другое. Войны у них давно ни с кем не было, а от старости архимаги умирают не каждое столетие. Этот погиб из‑за неосторожности.

— Когда я смотрел вашу пресс-конференцию, у меня вызвали недоумение некоторые цифры, которые вы озвучили. Я имею в виду площадь контролируемой территории в шестьдесят тысяч квадратных километров и население на ней в триста шестьдесят тысяч человек. Получается плотность населения целых шесть человек на квадратный километр. Для средневековья это многовато.

— Здесь нужно учитывать несколько факторов, — начала объяснять Лена. — Во-первых, не надо путать мир Алкены и земное средневековье. Это далеко не одно и то же. На Земле основными регуляторами численности населения были голод, постоянные войны и эпидемии, причем часто все эти факторы действовали одновременно, практически опустошая земли Европы. Поэтому населения в тот период никогда не было много. У нас из‑за благоприятного климата и отсутствия засух неурожаев практически не бывает, а поскольку налоги невелики, крестьяне много зерна продают на рынках по низкой цене. Изобилие дешевого продовольствия приводит к росту городов и ремесел, а маги давят любую эпидемию в зародыше, так как опустошение земель никому не выгодно. Да и народ в империи гораздо чистоплотнее, чем был в той же Западной Европе. Я уже говорила, что войны относительно редки и в них гибнут в основном маги. Второй момент, который нужно учитывать, — это то, что названные цифры очень приблизительные. Мы еще не проводили ни переписи населения, ни картографирования своей земли. Совершенно не учитывались земли, на которых нет поселений. Так нам принадлежит восточная часть длинного горного хребта, где нет постоянного населения, но эти земли используются для добычи ряда полезных ископаемых. В лесистой местности, где нет дорог и человеческих поселений, границы между владениями домов условны.

— С этим понятно. Теперь расскажите, пожалуйста, о том, что ваш мир может дать Земле.

— Не так и много, по-моему. Мы можем воспитать ваших собственных магов, способных и в условиях Земли, лечить очень многие заболевания, перед которыми бессильны врачи. Если обеспечить каждого такого мага несколькими накопителями, от которых он смог бы восстанавливать потраченную на лечение энергию, то отдача может быть весомой. Возможна помощь в восстановлении плодородия почв и энергетике.

— А возвращение молодости?

— А вот такая услуга принесет больше вреда, чем пользы. Более того, при массовом использовании это очень быстро приведет вас к катастрофе.

— Из‑за избытка населения?

— Демографический кризис на Земле и так является одним из факторов, ставящих под вопрос само существование человечества, а при резком увеличении продолжительности жизни нехватка жизненно важных ресурсов приведет к таким войнам, что вам небо покажется в овчинку.

— Но у нас в России много свободной территории.

— А у других? Или предлагаете жить долго только вам? И все остальные будут на это спокойно смотреть? Это неминуемо приведет к вашей конфронтации с остальным миром. Да и невозможно массовое внедрение этой технологии на Земле из‑за низкого уровня магической энергии. Когда мы в порядке эксперимента омолаживали всего несколько десятков человек, приходилось каждый день носить накопители из нашего мира.

— Жаль. А что вы имели в виду, когда говорили о возможном спасении остатков земного человечества на Алкене?

— По-моему, говорили понятно. Если вы погубите свой мир, начнете гибнуть сами. Ну а мы попробуем спасти тех, кого стоит и получится спасать.

— И кто будет решать, кто достоин спасения, а кто нет?

— Да мы и будем. Или наши дети, если агония затянется.

— И в каких цифрах может быть выражено возможное количество спасенных?

— Если исходить из наших теперешних возможностей, то это будут сотни тысяч, а если катастрофа случится через сто лет, счет может пойти на миллионы. Но в любом случае Алкена не резиновая и заселена своим человечеством, так что для Земли это будет капля в море. Но все равно это шанс не исчезнуть совсем, оставив после себя планету-могильник, сохранить наследие цивилизации и слить ее с цивилизацией Алкены.

— А почему это не сделать прямо сейчас?

— Потому что даже сейчас, при наличии доброй воли, разума и настойчивости, вы еще можете спасти свой собственный мир. У вас ничего этого нет? Тогда вас никто не пустит загаживать другой мир. Вы часто используете слово человечество, подразумевая под этим общность всех людей. Так вот, по-моему, никакого человечества в этом смысле не существует. Есть огромная совокупность людей, разделенных по национальному, религиозному, имущественному и еще бог весть каким признакам, которые не хотят и не могут договориться между собой по самым очевидным вопросам, отличаются редкой недальновидностью и плодятся, как блохи на Бобике. Никто не думает, что закусанный Бобик может в один далеко не прекрасный момент принять радикальную песочную ванну, избавившись от паразитов раз и навсегда.

— Не слишком деликатно и достаточно жестоко.

— Вам нужна деликатность или искренность? А на жестокость можете не обижаться. Вы уже зашли так далеко, что пора мягкой терапии давно закончилась, и помочь может только радикальная хирургия. Почешитесь еще немного, и не поможет уже ничего. На этой не слишком оптимистичной ноте давайте и закончим наше интервью. Время подошло к обеду, а после него у меня назначена важная встреча. Рада была познакомиться и пообщаться и с вами, Игорь Данилович, и с вами, Олег.

После обеда, когда проводили прессу, дежурный привел к Лене очередного посетителя, которым оказался Игорь Петрович Абаев, получивший в доме прозвище «Главный застройщик».

— Здравствуйте, Елена Дмитриевна!

— Я вам уже предлагала звать меня Еленой?

— Предлагали, но как‑то непривычно так обращаться к заказчику.

— Обращайтесь, как хотите, но для меня вы Игорь без всяких Петровичей.

— Уговорили. Я попросил вас о встрече, потому что хочу определиться с персоналом по острову. Такими темпами, какими мы строим отели, рестораны и игровые центры, они будут готовы уже через неделю. Добавим еще две недели на окончание строительства кинотеатров, и еще несколько дней на аквапарк и парк аттракционов. Может быть, немного задержат Русские горки, а так все должно быть готово. Две электростанции уже смонтировали и ждем третью.