Геннадий Ищенко – Третий путь (страница 118)
Американский корреспондент застыл, уставившись на фигу, которую ему демонстративно показала инопланетянка.
— Мы немного отвлеклись, — вмешалась Лена, — и не поговорили о целях нашего дома. Подчиненное положение людей само по себе не является злом. В большинстве случаев маги не вмешиваются в жизнь людей, но бывают и исключения, когда ни во что не ставятся жизнь людей и их право на имущество. На первом этапе мы постараемся это ликвидировать, не исключаю, что вместе с магами, которые не захотят менять поведение. Вторая беда нашего мира — это статичность. Он застыл в развитии и не меняется тысячи лет. Мы постараемся придать импульс этому развитию сначала в империи, а потом и за ее пределами. Ваше развитие создает много угроз существованию человечества, поэтому мы не хотим его повторять. Используя магию и накопленные знания, мы намерены создать техномагическую цивилизацию, свободную от ваших ошибок. Постепенное увеличение числа магов за счет обучения магически одаренных детей, в конечном итоге приведет к переходу обычного человечества в человечество магическое. Задача не на десятилетия, а на века, но она достойна того, чтобы за нее бороться и, если потребуется, отдать жизнь.
— Что там за стук в дверь? — посмотрел на выход в студию один из репортеров.
— Это ломятся по нашу душу представители силовых структур, — сказала Элора. — Очевидно, кое-кому показалось, что наша пресс-конференция излишне затянулась. Мы там поставили магический щит, и можно было бы не беспокоиться, но пора заканчивать. Нам остается поблагодарить наших хозяев, так любезно предоставивших нам возможность пообщаться с прессой и рассказать правду о себе миллионам людей. В благодарность мы приняли у себя их съемочную группу, которой помогут заснять все, что они захотят и смогут без риска для жизни. А теперь мы снимаем щит.
С последними словами Элоры входная дверь в студию развалилась, и створки влетели в павильон. Следом ввалились вооруженные люди в камуфляже с темными повязками на лицах. Через минуту все корреспонденты оказались на полу с вывернутыми за спину руками, а оружие прибывших было направлено на девушек. Те последний раз улыбнулись в объективы все еще работающих камер и исчезли вместе с мебелью, оставив на полу съемочной площадки сложный многоугольный рисунок мелом.
— Это что такое, я тебя спрашиваю?!
— Не видишь, что ли? Обыкновенный аур.
— Ах, обыкновенный? А на аверсе у него кто?!
— Что ты кипятишься? — Петр попробовал обнять жену, но она вырвалась. — Ну ты здесь изображена, ты. Разве плохо получилось? Ни один дом ничего подобного никогда не выпускал. Даже Казначейство не додумалось чеканить на одной стороне портрет императора. Да и сложно это с их технологией.
— А вы, значит, додумались! А меня кто‑нибудь спросил, хочу я этого или нет?
— Так тебя в тот момент не было, а вопрос надо было решить срочно. Решили и здесь выделиться. На реверсе поместили изображение печати дома, а на аверсе решили чеканить портрет кого‑нибудь из его руководства. Было всего две кандидатуры: твоя и Фотия. Старик снял свою кандидатуру в твою пользу. Радоваться должна тому, что тебя все так любят. Смотри, как красиво получилось!
— Ах, я еще и радоваться должна! А если я сейчас же отправлю ваши штампы обратно на Землю для переделки на твою физиономию?
— Не получится, — возразил Петр. — Это все надо делать заново. Да и наштамповали мы таких монет уже порядочно и разослали по имениям и в столицу. Так что извини, родная, но поезд ушел. И не переживай ты так, закажем со временем еще штампы с кем‑нибудь другим.
— Ну что вы творите? — Лена беспомощно смотрела на мужа, не находя слов, чтобы выразить возмущение.
— Ну что ты кипятишься, малыш? Солнышко мое ненаглядное! Тебе не идет сердиться. Смотри, вон уже морщинка образовалась!
— Да ну тебя, — Лена начала остывать. — Еще хоть раз решите такое без меня, я просто не знаю, что сделаю. Но мало вам точно не будет!
— Вот и хорошо, вот и умница! А сейчас готовься к приходу гостей.
— Каких гостей? — подозрительно спросила Лена. — Кого еще приволок? То‑то я смотрю, что ты какой‑то неестественно ласковый: не иначе опять какая‑нибудь пакость.
— Ну почему сразу пакость? Кто же такое делает любимой жене? Просто Сотников попросил забрать с собой репортера и оператора, чтобы взять у нас с тобой интервью, так сказать, в кругу семьи. Аргентинцев пустили, а наши чем хуже? Кстати, президент очень доволен вашим выступлением. Реакция на него в мире огромная и неоднозначная, но в основном в вашу пользу. А американцы на время заткнулись. Надолго их растерянности не хватит, но сколько‑то времени мы выгадали.
— И когда будет твой репортер?
— Он уже в доме. Пока ходит с оператором по территории в сопровождении дежурного и берет интервью у рядовых жителей дома. У нас появятся где‑то через полчаса. После этого накормим их обедом и отправим восвояси. Я в разговоре с Сотниковым сказал, что в дальнейшем прессу будем пускать только в крайнем случае, чтобы не наглели.
— Тогда я сейчас приведу себя в порядок, а ты займись квартирой. Ковры я утром пылесосила, надо только убрать лишние вещи, которые ты набросал.
Гости прошли позже, чем их ожидали.
— Здравствуйте, Елена Дмитриевна, — поздоровался спецкор Известий. — С вашим мужем мы сегодня уже виделись. Извините, что немного задержались: увлеклись съемками. Меня зовут Игорь Данилович, а моего спутника — Олег.
— Отчества, значит, пока не заслужили? — пошутила Лена, обращаясь к высокому молодому человеку с камерой.
— У нас по отчеству только мэтры, — отшутился он. — Может быть, после такого репортажа и я сподоблюсь.
— Думаю, что никакого плана интервью у нас не будет, — сказал Игорь Данилович, садясь в предложенное ему кресло. — Просто побеседуем на разные темы, а потом мы из отснятого подберем что нужно. Вы в курсе последних событий в мире в связи с вашей пресс-конференцией?
— Прессу еще не читала, а муж сказал вкратце, что реакция была сильная и неоднозначная.
— Это он еще очень слабо выразился.
— Я тоже прессу не читал, — объяснил Петр, — да и на Земле был только сегодня. Вся информация из разговоров в Центре.
— Все, что об этом говорится и пишется, можно условно разбить на две группы: в Соединенных Штатах и в остальном мире. Я вообще не помню события, которое так сильно отличалось бы в оценках американцев и их партнеров и союзников. Безоговорочно поддерживает США только правительство Великобритании, но это его традиционная позиция. Все остальные в большей или меньшей степени выражают недовольство их позицией. Это на официальном уровне. Если брать отношение в массах, то здесь это разделение выражено еще в большей степени. Вы своим выступлением сильно подогрели во многих странах антиамериканские настроения.
— А как обстоят дела в России?
— Да примерно так же. В нашей стране тоже есть центры влияния Штатов, но после вашего выступления у них на какое‑то время будут связаны руки.
— А как реагируют на попытку захвата девушек на телестудии? — спросил Петр.
— С возмущением, естественно. Правительству пришлось оправдываться в парламенте.
— Их можно понять, — сказала Лена. — Янки в Латинской Америке большой любовью не пользуются, но от них там многие зависят. Иной раз приходится делать и то, что не нравится. А как дела у студии?
— Двадцать шестой канал и раньше был очень популярен, а теперь после того шоу, которое вы там устроили, они вообще вне конкуренции. Их съемочную группу ждали и, невзирая на протесты, конфисковали все отснятые материалы. Несмотря на это на следующий день их фильм уже был в эфире и вызвал, естественно, огромную сенсацию. Одно дело рассказ, а совсем другое — возможность увидеть все собственными глазами.
— Мы предполагали что‑то в этом роде, — пояснил Петр, — и дублировали их записи на флешку, которую наши люди в тот же день передали на студию.
— Все так и подумали. Формально запрета на показ не было, так что фильм прошел на ура, и был тут же раскуплен десятками ведущих телекомпаний разных стран.
— Надо было оговорить процент с продаж, — пошутила Лена. — Надеюсь, американский репортер не подал на нас в суд за причиненный моральный ущерб?
— Напротив. Стал популярен и очень этим доволен. Первый и, наверное, единственный человек, который летал с помощью магии. Коллеги прозвали его «Наш Копперфильд».
— А на кукиш Элоры как реагируют?
— Этот кукиш сейчас красуется на многих самодельных плакатах в разных странах, иногда в сочетании с фигурой американского президента, которому он предназначался.
— А как все восприняли в самих Штатах?
— Как вам сказать… С одной стороны, много воплей о нарушении прав и свобод американцев, а также жизненно важных интересов Соединенных Штатов, особенно в официальных кругах и консервативной прессе. С другой стороны, были скандальные выступления довольно влиятельных политиков, которые фактически поддержали многие ваши высказывания в адрес своей страны и требовали смены политического курса. Сенатор от штата Мичиган так вообще пригласил вас обеих к себе в гости с гарантией безопасности.
— Принять, что ли, его приглашение, — задумчиво сказала Лена, глядя на Петра.
— Хватит тебе уже мотаться по чужим мирам, — отрезал Петр, заметивший подначку, но решивший подыграть жене. — Пора, наконец, всерьез заняться своим.