Геннадий Дорогов – Мелодия (страница 5)

2005 г.

Милая Леночка

На улице Весенней пахло весной. И хотя ещё было немного прохладно, май уже твёрдо заявлял о своих правах. Молодая листва на деревьях и ласковое солнце, каким оно бывает только весной, создавали ту атмосферу свежести, в которой чёрные, угрюмые мысли становятся совершенно неуместными.

А именно в таком негативном расположении духа пребывал мужчина, выходящий на свет Божий из гостиницы «Кузбасс». На вид ему было около сорока лет. Пройдя несколько шагов от двери, он остановился, окидывая взглядом завораживающую картину весеннего города. Несколько раз он глубоко вздохнул. Яркие солнечные лучи и свежий прохладный воздух немного развеяли хандру, улучшили настроение, но не спасли от одиночества. Он ещё раз огляделся, прикидывая, куда бы направить свои стопы. Ничего не придумав, вышел на аллею и бесцельно побрёл в сторону Набережной. Зачем он приехал в этот город, на что рассчитывал? Хотел сбежать от своих проблем, от себя самого? Но от себя не бегут в одиночество.

Анатолий Иванович Горцев, глава Барнаульской фирмы по продаже, обслуживанию и ремонту компьютерной техники, находился в том состоянии, которое принято называть кризисом среднего возраста. Но кризисы, как известно, не возникают на пустом месте, всегда имеют под собой почву в виде накопившихся проблем. А проблем у Горцева хватало – и на работе, и дома. Однако если на работе они были сложны, но вполне решаемы, то дома ситуация была тупиковой; во всяком случае, казалась такой. Горцев старался держать себя в руках, не давать волю эмоциям, и, возможно, не было бы никакого срыва, если бы повод для него не возник в самый неожиданный момент.

Выбросив наружу мощную струю накопившегося внутри пара, Анатолий по телефону передал полномочия главы «на неопределённый срок» своему заму Саньке Зельцову, наскоро собрал чемодан и укатил сюда, в Кемерово. Почему именно в Кемерово? Здесь жил его институтский товарищ Илья Борисов. Хотелось излить душу в дружеской беседе, почувствовать понимание, участие. Но, поговорив с Ильёй по телефону, Анатолий понял всю нелепость своей затеи. Тащить свои жизненные неурядицы к человеку, с которым не виделся много лет, по меньшей мере, глупо.

Разумеется, Илья обрадовался его звонку и настойчиво приглашал к себе, но Анатолий отказался от визита, сославшись на кучу дел и необходимость скорого отъезда. У каждого свои проблемы, и каждый старается удержаться на ногах в меру своих сил и способностей. «А кому сейчас легко?» – вспомнил он самую популярную в наши дни поговорку.

Миновав здание драматического театра, он пересёк Советский проспект и ступил на аллею Героев. А что, собственно, влечёт его на Набережную? Ну, будет он там стоять, навалившись на парапет, уставится на Томь невидящим взором, а всё те же проклятые мысли, от которых хотел сбежать, слетятся со всех сторон и начнут массированно бомбить мозги. Надо придумать что-нибудь другое. Но какие бы идеи не приходили ему в голову – всё было не то. Душа ни к чему не лежала. Накануне вечером он заказал себе в номер девочку, надеясь, что это поможет ему расслабиться. Довольно быстро явившаяся проститутка была молода и недурна собой. Но когда она затянула «песню» о своей трудной и несчастной жизни, у Горцева всё желание пропало. Он заплатил девчонке и вытолкал её из номера.

Купив в киоске газету, Анатолий присел на скамейку. На соседней скамейке, отделённой от него ещё не вступившим в пору цветения сиреневым кустом, сидели двое – женщина лет тридцати или чуть больше и девочка-подросток. Из их разговора, который Анатолию невольно приходилось слышать, было ясно, что это мать и дочь, но беседовали они, шутили и смеялись как добрые подруги.

– Мамуль, у меня есть чудесная идея, – сказала девочка. – Давай навестим кафе «Мороженое».

– Ох, дочка, – грустно вздохнула женщина, – не знаю, как мы с тобой до получки дотянем. Столько долгов накопилось!

– Жаль, – девочка тоже вздохнула. – В организме катастрофически не хватает мороженого. Но ничего не поделаешь, приходится считаться с состоянием семейного бюджета.

Женщина обняла дочь.

– Бедная ты моя! Вокруг столько соблазнов, а я тебе ничего, ничего не могу дать.

– Ну что ты, мама, – сказала девочка ободряющим голосом. – Какая же я бедная? У меня есть ты.

– Да, – женщина немного помолчала. – А знаешь, Лена, порция мороженого нас не разорит. Идём в кафе.

– Почему только порция? А как же ты? Я так не согласна!

– Я вполне могу обойтись без мороженого.

– Я тоже могу обойтись.

– Ну ладно, – в голосе женщины звучали слёзы. – Две порции нас тоже не разорят. Какая же ты у меня славная!

Они поднялись со скамейки и пошли в сторону Набережной, держась за руки. Анатолий глядел им вслед, с удивлением осознавая, какие огромные перемены в его сознании совершил этот короткий, случайно услышанный диалог. Вот ведь какие проблемы бывают у людей, когда они не знают, как свести концы с концами! Когда порция мороженого становится непозволительной роскошью! Ему вдруг стало стыдно за себя. Да, у него есть свои серьёзные проблемы в жизни, но какого чёрта возводить их в ранг трагедии?

Внезапно ему на ум пришла интересная мысль. Он быстро поднялся, перешёл с аллеи на тротуар и торопливо зашагал в сторону кафе. Он рассчитал так, чтобы занять очередь непосредственно перед девочкой и её мамой.

– Что будете брать? – спросила девушка-продавец Анатолия, когда подошёл его черёд.

– Даже не знаю… – он сделал вид, что не может выбрать, потом обратился к девочке. – Сударыня, мне нужна ваша помощь. Я плохо разбираюсь в мороженом. Что вы мне посоветуете взять?

Девочка немного растерялась.

– А вдруг вам не понравится то, что я посоветую?

– Полностью полагаюсь на ваш вкус, – он ободряюще улыбнулся ей. – Обещаю, что с моей стороны претензий не будет.

– Если так, то попробую вам помочь, – сказала девочка. – Лично мне нравится ванильное.

– Очень хорошо! Ещё какое?

– Ещё я бы вам посоветовала взять арахисовое, облитое шоколадом.

– Замечательно! А какое, на ваш взгляд, самое вкусное?

– Вкуснее всех, пожалуй, фисташковое, но оно очень дорогое.

– Спасибо, вы очень мне помогли. Я бы не хотел оказаться неблагодарным. Позвольте мне угостить вас! – не дожидаясь ответа, он повернулся к продавщице. – Пожалуйста, три порции ванильного, три порции арахисового в шоколаде и три порции фисташкового.

У женщины вспыхнули щёки.

– Ну, зачем вы?.. – начала она.

Но Горцев не дал ей договорить.

– Прошу вас, окажите мне эту любезность, – сказал он поспешно. – Клянусь, для меня это важно.

– Почему для вас это важно? – спросила женщина удивлённо.

– Я всё объясню. Но давайте сначала сядем за столик.

Когда они заняли места за столом, женщина повторила свой вопрос.

– Видите ли, – начал Анатолий, осторожно подбирая слова, – я приехал сюда из Барнаула по делам своей фирмы. К сожалению, не успел закончить все дела до субботы и теперь вынужден два дня бездельничать. В этом городе у меня никого нет. Я схожу с ума от тоски и одиночества, не знаю, куда себя деть. Всевышний увидел мои страдания и послал вас спасти меня.

– Но почему именно мы нужны вам?

– Это трудно объяснить, – он сделал небольшую паузу. – Бывает так, что с первого взгляда проникаешься к людям глубокой симпатией, видишь в них родственные души, хотя эти люди тебе совершенно не знакомы, – он улыбнулся. – Но ведь это легко исправить, верно?

Несколько секунд женщина молча смотрела на него и тоже улыбнулась. Незнакомец казался ей человеком искренним, внушающим доверие. Она сказала:

– Ну что же, давайте, исправим это упущение. Меня зовут Екатерина Сергеевна. А это моя дочка Леночка. А как ваше имя?

– Анатолий.

– А по отчеству?

– Иванович. Но для вас я просто Анатолий.

Лена вопросительно взглянула на него.

– И для меня просто Анатолий?

– И для тебя тоже, – улыбнулся он.

– В таком случае называйте меня Катей, – сказала женщина.

После кафе они долго бродили по городу. Катя, как оказалось, была историком по образованию. Она много интересного рассказывала о своём городе. И в это время с её лица исчезало выражение заботы и усталости, которое, словно клеймо, стало привычным для неё. Женщина становилась интересной и привлекательной. Анатолий приглядывался к ней. Нарядить бы её в дорогую одежду, думал он, она бы выглядела очень эффектно, не хуже, чем его жена Эля. А может быть, и нет. Такие, как Эля, с детства впитывают в себя уверенность в своей исключительности и неотразимости. И эта уверенность придаёт им блеск. Кате уже никогда не стать такой.

Они остановились возле пятиэтажного кирпичного дома.

– Здесь мы живём, – сказала Катя и, помолчав, добавила. – Извините, я не могу пригласить вас.

– Понимаю, – ответил Анатолий. – Но, может быть, вы дадите мне номер вашего телефона?

Катя смутилась.

– Телефон у нас временно не работает.

– Тогда я предлагаю встретиться завтра.

Катя взглянула на дочь и, встретив её просящий взгляд, ответила:

– Хорошо, встретимся завтра.

Воскресный день выдался солнечным. Народу в городском саду было полно. Во все кассы тянулись длинные очереди. Но, несмотря на это, несколько аттракционов удалось посетить. Обе спутницы Анатолия сегодня выглядели замечательно. Их скромные, но со вкусом подобранные наряды подчёркивали природную красоту обеих: у одной – зрелую, сформировавшуюся, у другой – расцветающую, полную юного очарования. Покинув горсад, они спустились к Томи и некоторое время провели на берегу. Увидев неподалеку приставший к берегу прогулочный катер, Анатолий чуть ли не силой потащил к нему своих дам, которые испытывали смущение оттого, что ему приходилось тратить на них свои средства.