Геннадий Добряков – S-T-I-K-S. Водила книга 8 (страница 8)

– Порядок? – спросил его Ворон.

– Угу.

– Отлично. Как наши вернуться, пуляй. Двигун уже завесил квадрокоптер в двухстах метрах и чуть в стороне. Посмотрим, что может творение наших умников.

– Ну, они велосипед не изобретали, – заметил Фаркоп. – За основу брали боеприпас типа ПТУР «Корнет». Хоть у нас и не фабричный экземпляр, да ещё и с комбинированной боеголовкой, всё равно мишень для изделия не подходящая.

– Говоришь, начинка у нас мощная?

– Не считая кумулятивного заряда это около 2-х кг взрывчатки внутри осколочно-фугасной части, – пояснил рейдер.

Через несколько минут вернулись немного уставшие, но довольные собой Маэстро со Шмелём. Фаркоп отправился на место оператора стрелка. Без каких-либо пауз он откинул предохранительный колпачок с одной из двух кнопок запуска ракет. Палец левой руки «завис» над ней, в то время как правая рука взялась за небольшой джойстик, позволявший менять траекторию полёта снаряда. Нырнув в особое состояние и скомбинировав режимы, рейдер быстро нашёл цель и, не выходя в «реал», надавил на клавишу. Оставляя тепловой росчерк горячей струи из сопла, ракета понеслась к старому дереву. Плавно корректируя курс, мужчина направил её чётко в цель. Талант меткость опосредованно через электронику не работал, но он и не требовался. Примерно через десять секунд после старта яркая тепловая засветка на миг скрыла контур ствола берёзы и всего, что отрисовывалось рядом. Мысленно включив фильтр, мужчина увидел, как могучее дерево, ломая ветви, падает на землю. Выйдя в обычное состояние, Фаркоп без суеты и спешки вернул боевой комплекс в транспортное положение и лишь после этого покинул машину. Лесники радовались успешному испытанию и делились впечатлениями. Лидер группы следил за процессом, глядя в экран своего служебного планшета, на который транслировалась картинка с камеры квадрокоптера. Не нужно было обладать разогнанным восприятием, чтобы заметить, насколько он доволен результатом.

– Всё это здорово, командир, но расстояние около трёх км снаряд преодолел примерно за одиннадцать секунд, – с некоторым скепсисом на лице, высказался Краб.

– И что тебя в этом смущает? – встречным вопросом ответил лидер.

– Будь цель не далее километра, да ещё и двигайся, как в неё попадать? – не дожидаясь ответа, крепыш продолжил задумчиво рассуждать. – Есть высокий шанс промахнуться, если корректировать полёт вручную. Можно просто не успеть поправить траекторию.

– Есть в твоих словах разумное опасение, – согласился Ворон и повернулся к Фаркопу.

– Универсального решения на все случаи нет, – честно ответил рейдер, поймав вопросительный взгляд. – На такой случай есть сделанная умниками базы тренировочная консоль и программа симулятор. Стрелку оператору имеет смысл потренироваться на ней.

– Не думаю, что в проге смоделированы все возможные варианты, – высказался Краб.

– Нет, конечно, но навык определённо этот тренажёр даёт. Потом, не забывай, что когда цель в пределах видимости системы наведения и сопровождения, то тебе в помощь идут все возможности комплекса, плюс для вычисления оптимальной траектории используются данные с коптера корректировщика. Как именно это реализовано, посмотри сам. В конце концов, на случай промаха есть вторая ракета, – ответил Фаркоп.

– Так, детали потом на базе обсудите, – вмешался в разговор глава группы. – Сейчас установите на пусковую установку новый боеприпас и поедем, посмотрим вблизи, что там и как.

Не прошло и четверти часа, как бронемашины группы подъехали к небольшой роще на краю ржаного поля. Проверив окрестности на отсутствие заражённых, рейдлидер оставил Шмеля наблюдателем в «Черепахе», а остальных позвал оценить последствия испытаний. Большая берёза, ствол которой у основания был около 45 см в диаметре, упала, подмяв под себя кусты и несколько молодых деревьев. Из земли на высоту чуть более метра торчал пень. Его верхняя часть сильно пострадала от взрыва. Язычки огня облизывали древесину в нескольких местах, в небо поднимались струйки дыма. К запаху горения сырых берёзовых дров примешивался кисловатый привкус использованной взрывчатки. Солнце Улья за прошедший после перезагрузки период подсушило землю и растительность на ней. Дожди случались, и всё же оставалась высокая вероятность, что пламя само собой не угаснет. Фаркоп некоторое время вместе со всеми рассматривал результат попадания ракеты. Перейдя в состояние особого зрения, рейдер активировал режим «тепловизорный блин». Добавив детализацию, он выявил ещё несколько мест тления и горения, которые могли послужить причиной распространения локального пожара. Его слух улавливал разговоры товарищей, обеспокоенных тем же. В БТРах был запас из нескольких пятилитровых фляг с водой, но Ворон сомневался, что этого хватит. Тогда Фаркоп, не покидая своего «виртуала», напомнил лидеру, что у них есть Радист с подходящим для решения проблемы даром.

– И как он, по-твоему, сможет нейтрализовать очаги возгорания? – спросил Ворон.

– Охлаждение объёма пространства вызывает разные процессы в атмосфере. Например, конденсирование влаги и её кристаллизацию. Мой крестник может попробовать себя в новой роли, не всё же ему взрывать и ломать, – вернувшись в обычное состояние, ответил рейдер.

– Любопытная идея, может, что и выйдет. Помоги ему, а мы пока за округой присмотрим, – сказал лидер, и стал отдавать соответствующие распоряжения экипажам.

Подошедшему Радисту Фаркоп коротко обрисовал, что предстоит сделать. Наблюдая особым зрением за формированием области холода, мужчина давал практические рекомендации товарищу. Задумка оказалась вполне рабочей и эффективной. Радист левой рукой формировал зону холода размером с метровую сферу, в то время как правую ладонь направлял вверх, где максимально растягивал объём горячей зоны. Талант «теплообменник» позволил быстро справиться как с открытым пламенем, так и с тлеющими щепками, разбросанными по сторонам.

– Послушай, крёстный, а есть что-то ещё из разряда полезного, что я могу делать? – спросил воодушевлённый успехом Радист.

– Разумеется. У тебя дар позволяет творить самые разные вещи, которые не каждая специальная лаборатория в состоянии воспроизвести. Только экспериментировать нужно с осторожностью, а то себя и всех кто рядом окажутся, угробишь, – ответил Фаркоп.

– Ты о том случае, когда я клевцом лужу заморозил, а потом, чтобы освободить его сменил руки и резкий нагрев подал?

– Угу. Кстати, а почему бы тебе не научиться делать так, как у тебя действует новый талант в пассивном режиме?

– Ты имеешь в виду мою защиту? – получив утвердительный кивок в ответ, мужчина сказал. – Не имею понятия, почему она вообще срабатывает.

– Как твоя энергетическая оболочка распознаёт угрозу, не скажу, но принцип построения энергетических линий я подсмотрел, пока Кардан своей призрачной рукой пытался тебя дубиной по обнажённой спине охаживать.

– И что там такое происходит, если от деревяшки в месте контакта толком даже трухи не оставалось?

– Даже не знаю, как тебе лучше это объяснить, чтобы было понятно, – задумавшись, ответил Фаркоп. – Ты ведь электронщик-технарь и представляешь устройство витой пары?

– Разумеется. Два скрученных между собой изолированных провода. Если из них собирается жгут, то с целью уменьшения наводок используют разный шаг навивки, – ответил рейдер.

– Ага, вот и представь себе, что твой дар формирует подобную косу только вместо красного и синего электрических проводков, она представляет собой некую энергетическую субстанцию.

– И что? Разве они не должны компенсировать друг друга?

– Они и компенсируются в пограничных зонах, но при рассинхронизации импульсов воздействия возникает эффект деструкции материалов.

– Поясни, – попросил Радист. – Как это на практике реализуется?

– Слушай, ты же сам видел, как я толстый лист железа с твоей помощью пробил на базе ПВО из пистолета.

– Видел, но так и не разобрался до конца в деталях. Очевидно, металл стал хрупким.

– За обстоятельными разъяснениями стоит обращаться к нашим умникам с базы, но суть ты уловил верно. Так вот, если ты научишься сворачивать генерируемые из твоих конечностей энергопотоки в две вкладывающиеся друг в друга спирали, то при направлении этого «свёртка» на материальный объект, получишь в своём арсенале мощное оружие ближнего радиуса действия.

– Ты не сказал, как сделать так, чтобы витки горячего и холодного не поглощали друг друга?

– Важен лишь момент нанесения удара талантом. Научись хотя бы на мгновение «сбивать» импульс генерируемых потоков на разную частоту и не забывай, что между энергетическими слоями должен оставаться зазор, – ответил Фаркоп.

– Хм. Звучит вполне правдоподобно, вот только соорудить требуемое будет не просто. Вытянутые вперёд руки в перехлёст смогут сделать только по одному витку, – заметил рейдер с талантом «теплообменник».

– Возможно, это и будет решением. Для начала поработай над формой сфер. Ты уже научился сжимать и растягивать их, чтобы увеличить или уменьшить эффект воздействия. Попробуй сплести или разделить потоки тепла и холода, изобразив луковицу. У меня нет готового ответа, нужно пробовать.

Радист хотел о чём-то ещё спросить, но в этот момент со стороны «Зверобоя» донёсся призыв Ворона, вернуться по машинам. Как только рейдеры оказались внутри БТРов, лидер отдал по рации распоряжение: «Сделайте из установленного на носу пулемёта «Черепахи» несколько очередей в разном темпе по деревьям на краю рощи и возвращаемся». Приплюснутая турель шевельнулась, электропривод закрутил стволы и по окрестностям разнёсся грохот выстрелов. Их частота сменялась, от чётко различимых пауз, до сливающихся в монотонный шквал громких звуков. Пули калибра 7,62 расщепляли деревья и перебивали ветки. Не пожалей стрелок патронов, то вполне мог бы сделать просеку. Впрочем, это было лишним. Всего-то и требовалось проверить модернизированный пулемёт в работе, а не переводить боекомплект понапрасну.