Геннадий Брусов – Пацаны 90-х назад в СССР (страница 2)

Все потому, что на него что-то такая злость накатила. Отец с матерью за эти деньги на севере горбатятся, а барыга просто взял и накрутил на них двойной ценник, еще и не уступает ни рубля. Но спекуляцию-то в это время еще никто не отменял, а госцена этим кроссовкам тридцать рублей. Вот и всплыло в памяти, как он в девяностые деньги ломал. В этом времени люди вообще не пуганные, и даже если обман вскроется, что ему малолетке сделают? Тем более, что купить он их собирается по государственной цене, а это получается вообще не криминал. В худшем случае по шее может получить.

С этими мыслями Гоша пошел вдоль прилавков вслед за отцом. План созрел, когда батя остановился, у прилавка, где кооператоры продавали сшитые ими рубахи. Он сразу вспомнил их по прошлой жизни. Фасон был, как у американских шерифов. Даже пуговицы металлические с выдавленной надписью sheriff и приколотым значком в виде звезды американского стража порядка. Во взрослой жизни, Гоша подобное видел у охранников. Только цвета тут были не синие с голубым, а коричневый и горчичный, да еще и с коротким рукавом. По этим временам пойдет, а если еще и с джинсами вообще пушка-бомба. За две рубахи отдали полтинник.

Тут, Гоша увидел желтую бочку на колесах, на которой крупными буквами было написано ПИВО. В очереди стояло человек двадцать. Надо же вроде уже Горбачевский сухой закон должен действовать, а пиво продают, – подумалось ему.

– Пап, пива не хочешь?

– Не откажусь.

– Ты тогда очередь занимай, а я за кроссовками сбегаю. Ты мне мелкими купюрами давай, а то они только место занимают.

Отец достал кошелек и стал отсчитывать деньги. Получилось два четвертака, два червонца, четыре пятирублевки, семь трешек, и девять рублевых купюр. Отойдя в сторону, Гоша положил один рубль в левый карман своих джинсов. Два четвертака сначала сложил вдоль и уплотнил сгиб ногтями, затем поперек. Так купюры легко складывались и уменьшаясь в четверо, легко помещались в кулаке. Проделав эти манипуляции, расправил их и вложив в общую пачку, направился за кроссовками.

Подойдя к прилавку, он попросил отложенные две пары, достал их из коробок и внимательно проверил на предмет брака. Для приличия, померил свои и сложив все в коробки протянул продавцу деньги. Тот их внимательно пересчитал и обнаружив нехватку рубля, сообщил об этом. Гоша сделав удивленное лицо, взял пачку назад и пересчитал. Делал он это так, чтобы четвертаки в итоге оказались снизу.

Рубля действительно не хватало и Гоша начал шарить у себя по карманам левой рукой, при этом опустив правую руку, держащую деньги вниз и незаметно сложил вчетверо двадцатипятирублевки. Тут недостающий рубль нашелся. Положил его сверху пачки, он протянул ее продавцу. Торговец взял ее и уже не пересчитывая положил во внутренний карман своего пиджака. Четвертаки же остались зажатыми в кулаке Гоши. Подхватив подмышку коробки, он направился в сторону пивной бочки. Отец стоял возле нее с двумя кружками в руках. Причем одна была уже пустой, а во второй оставалась половина, которую он тут же опустошил.

Снова сели на трамвай. Теперь их путь лежал на работу к бабушке. Она была уже пенсионеркой, но продолжала работать. Правда, не барменом, как раньше, а обычной посудомойкой в ресторане КАМА. Зашли в бар, и тут же появилась бабушка в белом халате и клеенчатом фартуке.

– Сынок, тебе коньячку налить?– сходу задала она отцу риторический вопрос. В ответ он лишь кивнул. А она, взяв с прилавка два стакана, поставила их на наш стол. Непонятным образом из недр халата появились пять яиц, которые она разбила в один стакан. Следом початый фунфырик с коньяком, содержимое которого отправилось в другой. Получилось грамм стопятьдесят, которые отец тут же выпил, запив из второго стакана.

– Хорошо! – крякнул он, протирая рукой усы.

Бабушка довольная, что угодила сыну, тут же удалилась в подсобку, наказав подождать пару минут. Вернулась она буквально сразу, неся в одной руке, перевязанную бечевкой, коробку из под торта. В другой, сетку-авоську в которой было что-то завернуто в серую оберточную бумагу.

– Осторожно, в коробке яйца, а в сетке банка сгущенки, – сказала бабушка. Отец принял поклажу и отец с Гошей направились к выходу. Уже дома, развернув бумагу, определили, что банка, литровая…

Дома их уже ждали тетка с мужем. Последнего звали Сергей, но за его кучерявую шевелюру, знакомые называли его Бяша. Едва завидев родственников, он выудил из холодильника бутылку беленькой и они втроем стали накрывать на стол в гостиной. Гоше естественно никто наливать не стал и он пошел в ванную, приводить свои новые джинсы в подобающий вид.

Дело в том, что вид новой джинсы ему не нравился, и он решил это как-то исправить. Нет, делать «варенки» он не стал. Просто набрал в стиральную машину горячей воды и опустил в нее кипятильник. Когда вода закипела, он закинул в нее свои штаны, предварительно вынув из кармана две сложенные вчетверо фиолетовые купюры. Затем включил машинку. Пять минут она усиленно гудела, после он деревянными щипцами выудил штаны и не отжимая повесил их сушится тут же на веревку. К следующему утру, они должны были выглядеть слегка поношенными.

Выйдя в зал в одних трусах, он застал следующий диалог Бяши с отцом:

– И сколько лет твой Гоша борьбой занимается?

– Три года, – с гордостью ответил отец.

Гоша уже вспомнил, чем этот диалог закончился в прошлой жизни, но встревать не стал.

– Ну и чему он за это время научился?

– А ты сам у него спроси.

Бяша повернулся к Гоше слегка осоловевшим взглядом и произнес:

– Ну что племяш, сможешь дядьку побороть?

– Легко, – ответил он и вышел на середину зала.

Бяша встал из-за стола и самонадеянно выставив руки вперед, пошел на Гошу и… Как и в прошлый раз улетел на бросок через бедро. Со всего маху припечатавшись спиной на деревянный пол. Нет, ковер конечно смягчил удар, но не сильно. Дядька еще долго кряхтел и не мог восстановить дыхание, а довольный отец подтрунивал над ним.

Уже вечерело, с работы пришла бабушка и быстро разогнала застолье. Гоша посмотрел по телеку программу ВРЕМЯ и отправился спать. Засыпая, отметил, что первый его день в прошлом прошел более чем продуктивно. Новый прикид, намного лучше, чем в прошлой жизни, да еще и полтинник заработал. Толи еще будет, подумал он и погрузился в сон…

Глава 2: Ростов-папа

Прошла неделя с тех пор, как Гоша перенесся из две тысячи двадцать второго года в тысяча девятьсот восемьдесят шестой. Он уже свыкся, что это не сон и даже был рад такому переносу сознания в свое тело четырнадцатилетнего подростка. Из каждого утюга звучали слова: Перестройка, ускорение и гласность. Только весной, на очередном съезде КПСС, обещали разрешить создание кооперативов, а до распада СССР оставалось чуть больше пяти лет. Правда, в этой реальности, данной информацией, владел только он.

И свое послезнание решил использовать по полной программе. Нет, Гоша не собирался прикладывать усилия, чтобы сохранить страну. Не в его это силах, но подготовиться к приходу девяностых и пережить их с меньшими потрясениями для себя и своей семьи, было той задачей минимум, что он себе поставил.

И делать это нужно постепенно, шаг за шагом исправляя допущенные ранее просчеты. Прежде всего, его родителей, которые совсем ничего не понимали, ни в рыночной экономике, ни в том, куда нужно вложить заработанные деньги, чтобы их накопленные за десять лет работы на севере сбережения не превратились в тыкву.

Но пока продолжался отпуск, можно было просто расслабиться и получать удовольствие. Как и в прошлой жизни, часть его было решено провести у тетки матери, которая проживала в двухстах километрах от Ростова-на-Дону на берегу реки Маныч. Правда, в прошлый раз они поехали на поезде до станции Пролетарск, а уже потом на автобусе до нужного им хутора. В этот, Гоша решил внести поправки и лететь на самолете.

Причин для этого было несколько. Во-первых, так быстрее. Во-вторых, отец, как и Гоша в этом возрасте, никогда не были на море. Так что уговорить первого заехать на день- другой в Таганрог не представило большого труда. Гоше море было не особо нужно, не зря же он в сорок один год, перевез свою семью в Краснодар. Откуда, даже с учетом пробок, можно за три часа добраться хоть до Азовского, хоть до Черного морей. Просто в его понимании, быть рядом с морем и не побывать на нем, верх кощунства. Да и в Таганроге он ни в той, а уж тем более в этой жизни, не был ни разу. Еще и батю хотелось порадовать новыми для него впечатлениями.

И вот шасси ТУ-154 коснулись взлетной полосы Ростовского аэропорта. Получили багаж и на стоянке поймали такси до автовокзала. В кассе приобрели два билета до Таганрога. До отправления автобуса было чуть менее часа, поэтому решили, экскурсию по городу провести на обратном пути. Солнце пекло нещадно, и расположиться пришлось прямо в здании автовокзала, а продавщица с лотком мороженного оказалась вообще как нельзя кстати. Отец взял себе пломбир в вафельном стаканчике за 20 копеек, а Гоша выбрал эскимо на палочке в шоколадной глазури за 22 копейки. Вкус и вид которого снова были и впрямь не такие как в двадцать первом веке. Никаких тебе заменителей жира и усилителей вкуса близких к натуральным.