Геннадий Борчанинов – Ренегат космического флота (страница 31)

— Я передам ему ваши слова, — усмехнулся я. — Значит, скоро выходим. Сообщите, как всё будет готово. Итак, дамы и господа, вопросы, замечания, предложения?

На секунду повисла тишина.

— Стоит ли ждать вашего возвращения в Новый Форос? — спросил вдруг Белогорский.

Ответить сразу я не смог, задумался.

— Обещать не могу, — сказал я. — Но если появится возможность, непременно заглянем.

От одной только мысли о том, что мне снова предстоит спускаться на планету, где обитают плотоядные лобстеры и прочие чудеса ксенобиологии, стало не по себе, и я решил, что вернёмся сюда мы только в самом крайнем случае. Но говорить об этом губернатору я не стал.

— Ещё вопросы?

Вопросов не нашлось. Всем был понятен порядок действий и их задачи в происходящем. Эскадра Платонова охраняла систему, граф Белогорский занимался своей вотчиной и налаживанием связей с другими аристократами, Юсупов летел с нами к Ротару-4. Всё просто и понятно. Знать бы ещё, куда подевался адмирал Ушаков, который пока так и не вышел на связь. Это, пожалуй, беспокоило меня даже больше, чем возможное сражение с «Церерой».

— В таком случае, совещание окончено, все свободны, — произнёс я.

Все потихоньку начали прощаться и расходиться. Белогорский отключился, адмирал со своим адъютантом отправились к шлюзу, где их ждал челнок, мои подчинённые офицеры возвращались к своим обязанностям, принцесса пошла к себе в каюту. Я не спешил уходить.

— На пару слов, господин командор, — попросил Игнатов.

Мой адъютант вопросительно взглянул на меня.

— Ступайте, Андерсен, вас вызовут, если понадобитесь, — отпустил я его, оставаясь наедине с разведчиком.

Игнатов терпеть не мог разговаривать на серьёзные темы в чьём-то присутствии. И я его прекрасно понимал.

— Чаю? — предложил я, ставя чашку в распределитель.

Тесная и маленькая кают-компания вновь стала просторной.

— Нет, благодарю, — хмыкнул подполковник.

— А вот я бы промочил горло, — сказал я, наливая себе кофе. — Может быть, чем-нибудь покрепче.

— Меня кое-что тревожит, командор, — сухо произнёс разведчик.

— Меня тоже, — признался я. — Адмирал Ушаков не выходит на связь.

Игнатов замялся.

— Да… Но я о другом, — сказал он. — Её Высочество…

— Что не так? — спросил я, стараясь сохранять невозмутимый вид и прикрываясь чашкой кофе.

— Между вами что-то есть, не так ли? — прямо спросил он.

— С чего вы взяли? — нахмурился я.

— Во-первых, у меня есть глаза, — хмыкнул Игнатов.

— А во-вторых? — спросил я, не желая признавать очевидное.

— Во-вторых, по кораблю поползли слухи, — спокойно продолжил он.

Этого я и боялся. Ждал, и в то же время боялся.

— По большей части, выдумки. Как я полагаю и надеюсь, — сказал Игнатов. — Даже не хочется озвучивать вслух, потому что их содержание оскорбляет и Её Высочество, и вас. Поэтому я спрашиваю вас напрямую. Между вами что-то есть?

Я отхлебнул кофе, чтобы потянуть время и продумать ответ. Признаваться нельзя, да и не его это дело. Отпираться нельзя, это будет то же самое, что признаться. Будь это вопрос про любую другую девушку, я мог бы просто не отвечать. Но речь идёт не о какой-то обычной девчонке, пусть даже дворянке, речь идёт о представительнице императорской фамилии.

— Почему бы вам не задать этот вопрос Её Высочеству? — произнёс я.

Игнатов усмехнулся.

— Как минимум, это будет невежливо, — сказал он. — В любом случае… Вы ей не ровня, командор.

— С каких пор ИСБ занимается амурными делами императорской семьи? — фыркнул я.

— Всегда занималось, — сухо ответил Игнатов, и я понял, что это чистейшая правда. — Вы ей не ровня. Так что… Отступите, командор. Пока не случилось непоправимое.

— Вы мне угрожаете? — не понял я.

— Нет, конечно, — покачал он головой. — А с Её Высочеством я ещё побеседую. Если это её инициатива, придётся её вразумить. Если ваша… Придётся вразумить вас, командор.

Я заскрипел зубами от злости.

— Значит, это не просто слухи, — хмыкнул он, глядя мне в глаза.

Пожалуй, мне стоит научиться лучше владеть собой. Не поддаваться на провокации, тем более, такие очевидные. Но в этот раз не получилось.

— Вас это не касается, подполковник, — процедил я.

— Меня это касается напрямую, — возразил он. — Я отвечаю за безопасность Её Высочества, если вы вдруг забыли.

— На борту «Гремящего» ей ничего не угрожает, — сказал я.

— Разве? Не вы ли полчаса назад уверяли её, что ей не стоит лететь с вами, потому что это опасно? — спросил он.

Ну было и было.

— Вы забываетесь, господин подполковник, — холодно процедил я.

— Никак нет, господин командор, я выполняю свои прямые обязанности, — спокойно ответил Игнатов. — С этого момента Её Высочеству будут запрещены любые встречи и контакты один на один с вами или с кем бы то ни было ещё. Вам это ясно?

— Вполне, — произнёс я.

— Очень хорошо. Надеюсь, вы не доставите проблем, командор, — кивнул Игнатов, повернулся на каблуках и вышел из кают-компании, оставляя меня в одиночестве.

Дверь закрылась, я почувствовал, как изнутри меня поднимается горячая волна безудержной злости, которая срочно требовала выхода. Рука сама по себе цапнула за бедро, но верный «Кракен» покоился в оружейке, так что в дверь полетела чашка с недопитым кофе. Пластиковая, она только лишь отскочила обратно.

Глава 18

«Гремящий» мчался через гиперпространство вместе с «Гелиосом». Очень условно вместе, ведь даже на одинаковой скорости, с одинаковым временем входа в гипер, нас разделяли миллионы километров. В гиперпространстве корабль всегда один, это аксиома. Но выходили мы из него плюс-минус одновременно, заранее условившись, что будем друг друга ждать.

Мы летели к системе Ротар-4, чтобы так или иначе привести её к согласию. Она была тем недостающим звеном в цепи, ключом, открывающим нам прямой путь к Новой Москве. Так что эту систему нужно было забирать любой ценой.

Пока что мы летели по необитаемым системам. Крайне осторожно и скрытно, стараясь не попадаться в зону действия автоматических сенсоров и не подключаться к ретрансляторам, чтобы нагрянуть внезапно, как снег на голову. Благо, в космосе для этого есть все возможности.

Подполковник Игнатов свою угрозу исполнил, причём радикальным методом. Приставить охрану к каюте принцессы он не мог, на корабле он был единственным представителем ИСБ. Так что он просто переселился в коридор, к её двери, подобно сторожевому псу, и сопровождал Елизавету везде, куда бы она ни пошла.

Само собой, Её Высочество учинила ему страшный скандал, отголоски которого долетели и до мостика, а наиболее сочные эпитеты пересказывались в команде из уст в уста, но Игнатов упрямо стоял на своём. Всё ради, якобы, её безопасности. А что хуже всего, благодаря Игнатову и этому скандалу, теперь весь корабль знал о наших с Елизаветой отношениях. Кто-то поддерживал позицию Игнатова, мол, я ей не ровня, но большая часть команды однозначно встала на нашу сторону.

Я же теперь вместо того, чтобы продумывать план боя за систему Ротар-4, думал о том, как бы половчее удалить Игнатова от Её Высочества. Рассматривались даже самые безумные планы. Кроме, естественно, физического устранения. На такое я был не готов.

А ведь он даже переписку и созвоны запретил, насколько я понял, потому что все мои попытки связаться с Елизаветой обернулись крахом. Сообщение не доставлено. Ладно хоть на совещаниях, которые я теперь созывал чаще обычного, мы могли спокойно видеться. В его присутствии. Хотя бы видеться, обсуждая исключительно деловые вопросы.

Сама принцесса же демонстративно игнорировала присутствие подполковника, считая его за пустое место. Устраивать новые скандалы на потеху толпе она не собиралась.

Так что я тщательно выстраивал планы, как убрать с дороги нелюдимого и холодного разведчика, старого и опытного, а потому — мнительного и осторожного. С Ротаром-4 всё понятно, прилетаем, разносим всё в щепки, ставим лояльного губернатора, финиш. А тут придётся поломать голову.

Судя по взглядам, которые украдкой бросала на меня Елизавета, она строила похожие планы со своей стороны, так что своей опекой подполковник Игнатов добился ровно противоположного. Но и он сдаваться не собирался.

Мы, впрочем, тоже.

Но сейчас пока было не до того. Да и сам подполковник Игнатов всё равно был мне нужен, вместе с его обширными связями и кучей информаторов на самых разных планетах и станциях.

Даже сейчас он, несмотря на наш конфликт, исправно снабжал меня информацией о системе Ротар-4, её губернаторе, силах обороны и обо всём остальном, о чём я даже и не подумал бы спросить.